— Как же ты все это выдержала?
— Дело тут не в том, чтобы учиться вместе, или жить в одном городе, или даже находиться в одной комнате, Лекси. Главное, быть вместе. Любовь — это тот выбор, который ты делаешь. А я знаю, что ты молода, хотя это ничего не значит. Ты веришь в собственные чувства? Вот что имеет значение.
— Хочу верить.
— А разве это не одно и то же? Подумай об этом. — Ева похлопала ее по руке и поднялась. — Ладно. Если я сейчас не уйду, то опоздаю на ночную смену. Какие планы на вечер?
— Фарадеи хотят отпраздновать поступление. Пригласили меня на ужин.
— Не самый тактичный поступок. Как ты, пойдешь?
— Придется пойти, — ответила Лекси, а когда тетя дошла до дверей, добавила: — Спасибо, Ева.
Ева махнула рукой с узловатыми пальцами, мол «пустяки», и вышла из комнаты.
Оставшись снова в одиночестве, Лекси взглянула на снимки и вырезки, прилепленные к стене. В последний раз устало вздохнув, она поднялась и заправила постель.
Сорок пять минут спустя — минута в минуту — она уже сидела в гостиной и ждала. На ней было лучшее платье, она тщательно уложила волосы и сделала макияж, так что и следов не осталось от пережитого срыва.
К трейлеру подъехала машина. Фары осветили гостиную и сразу потухли.
Лекси хотела подняться, но почему-то не шелохнулась.
От стука в дверь содрогнулся весь вагончик.
Наконец она заставила себя подняться, сделать несколько шагов, открыть дверь. За порогом стояли Зак и Миа.
— Ты можешь в это поверить? — воскликнула Миа, бросившись обнимать подругу, которая изо всех сил старалась ответить с таким же энтузиазмом.
Лекси бросила взгляд через плечо Мии на Зака, у которого был убитый вид.
— Поздравляю, — сказала она безжизненно.
Он кивнул.
Миа взяла Лекси за руку и увела подругу к поджидающей их машине, где вся троица забралась на заднее сиденье, как обычно, с Лекси посередине.
— Привет, Лекси, — сказал Майлс, глядя на нее в зеркало заднего вида. — Мы рады, что ты смогла к нам присоединиться.
— Я бы ни за что не пропустила такой праздник, — сказала она, с трудом улыбаясь.
— Это будет общий праздник, — заявила Миа. — Лекси дают стипендию сразу в двух университетах. Прямо сон наяву, да, подруга?
— Сон наяву, — глухо ответила Лекси.
После того как они забрали Тайлера, разговор пошел оживленнее. Всю дорогу до ресторана Миа и Джуд обсуждали университеты Калифорнии и Лос-Анджелеса и пытались представить, каково это — бродить по пляжам Южной Калифорнии. Каждое предложение начиналось с «Как будет здорово…».
Зак держал Лекси за руку, сжимая ее чуть крепче, чем обычно.
Наконец, когда они подъехали к ресторану, Лекси осмелилась взглянуть ему в лицо.
«Я не хочу уезжать», — одними губами произнес он. Но уехать придется, и они оба это знали.
Май пришел на северо-западное побережье Тихого океана, как любимый родственник, принеся с собой солнечные дни. В прошлом остались вечно затянутое серыми облаками небо и нескончаемые дожди. Казалось, за одну ночь туманный ландшафт вернул себе краски. По всему острову на окнах отдернули шторы, хотя давно этого не делали, из гаражей выкатили мангалы, оттерли дочиста садовую мебель. Это всегда был славный месяц, яркая вспышка перед бледным цветением июня, а в этом году май выдался на удивление смелым. Сочетание солнца, похожего на яичный желток, и необыкновенного тепла заставило молодежь наводнить парки и велосипедные дорожки.
В субботу, пятнадцатого, Лекси проснулась рано. Ночь прошла беспокойно, ей снились плохие сны про самолеты, выруливавшие на взлетные полосы и взмывавшие в облачное небо. Она вышла из комнаты и зашлепала по коридору.
Ева ждала ее на кухне в своем старом белом халатике и остроконечном колпачке из фольги. На столе рядом с ней на желтых бумажных тарелках лежали два глазированных пончика; из одного торчала голубая свеча спиралью.
— С днем рождения, — сказала Ева и подула в бумажную скрученную дудочку.
Лекси чуть не расплакалась — за всей этой суетой с поступлением она совсем забыла о своем восемнадцатилетии. Зато Ева не забыла.
— В этом году у меня для тебя два подарка. — Ева показала кивком на два свертка на столе.
Лекси невольно вспомнила свои дни рождений до Евы — длинные и невеселые, проводимые в ожидании мамы, которая так и не появлялась. Лекси поцеловала морщинистую бархатную щеку тетушки и уселась за стол.
— Открывай, — велела Ева, занимая место напротив.
Лекси начала с энтузиазмом разворачивать бумагу. Внутри оказался ярко-голубой хлопковый свитерок с крошечными серебряными пуговичками. Она принялась восхищенно его рассматривать.
— Очень красиво.
— Если не подойдет по размеру, мы можем обменять его в магазине.
Лекси ни за что бы не вернула свитер, пусть даже он оказался бы на два размера меньше. Он всегда будет лежать в верхнем ящике ее комода вместе с розовой толстовкой, из которой она выросла.
— Он превосходен, Ева. Спасибо.
Ева кивнула.
— Открывай второй.
Второй подарок был размером с тонкую записную книжку. Лекси осторожно открыла коробочку.
Сверху лежала цветная брошюра, рекламирующая многоквартирный комплекс на Помпано-Бич во Флориде. «Веселье на солнце» обещала она большими жирными буквами. Под брошюрой оказался каталог местного колледжа.
— Это дом, где живет Барбара, — пояснила Ева, наклоняясь вперед. — Я должна думать о твоем будущем, вот я и решила, что за дела, почему бы тебе не поехать со мной во Флориду? У Барбары две спальни, нам и раньше с ней случалось делить одну комнату. Ты могла бы занять вторую, а днем ходила бы на занятия. Так, по крайней мере, тебе не придется платить за жилье.
Лекси посмотрела через стол на женщину, столько для нее сделавшую, и у нее сжалось горло.
— План отличный.
— Мне давно следовало догадаться, что ты не захочешь учиться на парикмахера. Ты первая в нашей семье, кто пойдет в колледж. Колледж! — с благоговением повторила Ева. — Мы так тобой гордимся. А еще ты должна познакомиться со своей второй тетей. Ее детям и внукам не терпится тебя увидеть. — Она похлопала Лекси по руке. — Я знаю, ты думаешь о своем молодом человеке, но ведь он уезжает куда-то вместе с сестрой. Поэтому мне хотелось, чтобы ты знала, у тебя есть еще и я. Ты больше не одна, Лекси. Если только сама не выберешь одиночество. Ну а теперь давай разделаемся с этими пончиками. Мне скоро на работу. Загадай желание и задуй свечу.
Желание.
Лекси уставилась на маленькое пламя, танцующее над голубой свечой.
У нее было единственное желание, которому никогда не сбыться, но она все равно его загадала.
— Удачи тебе, Лекси. Надеюсь, твое желание сбудется.
После этого они съели пончики, чокнулись за ее день рождения молоком, и каждый пошел по своим делам — у Евы начиналась субботняя смена в «Уолмарте», Лекси отправилась в кафе-мороженое. До конца дня Лекси даже ни разу не присела. В солнечный выходной — такой, как этот, — от посетителей не было отбоя.
Так и работала, не снижая темпа, до закрытия, когда Зак и Миа приехали забрать ее.
Лекси постаралась не портить им настроения, смеялась и шутила за обеденным столом, но когда Джуд вынесла торт со свечами, ее показная веселость дала трещину, и она с трудом заставила себя не расплакаться и не убежать.
На следующий год ей предстояло отпраздновать свой день рождения одной. Миа и Зак будут в солнечной Южной Калифорнии осуществлять свою мечту о колледже. Она хотела, чтобы они были счастливы, действительно хотела. Но при этом все время поглядывала на будущее, которое возникало на горизонте, словно грозовое облако. Разумеется, они обсуждали, что не потеряют связи, что жизни их переплелись, все останется по-прежнему, при этом они говорили серьезно, не кривя душой, но ведь одних писем мало. Когда она рассказала им о предложении Евы уехать во Флориду, оба застонали и начали упрашивать ее не уезжать так далеко. Они хотели видеть ее хотя бы во время каникул.
Легко им просить! Ведь и ей хотелось того же.
— Как же все будет? — спросила Миа в тот вечер, когда вся троица лежала на одеялах на пляже. Впервые один из них осмелился задать этот вопрос вслух.
Они держались за руки, глядя на звезды.
— Я так давно мечтала об этом, — призналась Миа, — но теперь, когда до мечты осталось совсем немного, мне страшно.
Лекси услышала, как рядом с ней вздохнул Зак. Она его любила, а потому знала, что означает этот вздох: он разрывался меж двух огней. Он любил Лекси — она знала это, верила в это всей душой, — но Миа была ему не просто сестра. Она была его двойняшкой, со всеми вытекающими из этого последствиями. Они могли читать мысли друг друга. А Лекси как раз больше всего и нравилось в Заке его умение заботиться о тех, кого он любил. Он не мог причинить боль другому человеку, тем более Мии.
Вот поэтому он и собирался учиться в университете Южной Калифорнии. И не важно, как сильно он любил Лекси, сестру и родителей он любил еще больше и не мог их разочаровать. Его волновало, что Миа слишком застенчива, ей не справиться одной с самостоятельной жизнью в университете.
— И все равно мы останемся друзьями, — сказала Лекси, всей душой желая, чтобы это было именно так.
Миа рядом с ней тихо охнула и расплакалась.
— Не плачь, — сказал Зак.
На Лекси вдруг накатила печаль, и она сама не заметила, как тоже начала плакать.
— Мы… мы такие дураки, — сказала она, вытирая глаза и даже улыбаясь, однако плакать все равно не перестала. Она любила обоих, но вскоре им предстояла разлука.
— Я буду скучать по тебе, Лекси, — сказала Миа. Она перекатилась на бок, обняла Лекси и снова перекатилась на спину.
А над головами раскинулось ночное небо, такое же непостижимое, как их будущее; и под этим небом Лекси осознала, какие они маленькие.
Зак высвободил руку из пальцев Лекси и со словами: «Сейчас вернусь», поднялся и побежал в дом.