— Да! Но перед этим колдунья прокляла наш род, и теперь у нас рождаются только девочки, а все мужчины сбегают из нашей семьи. Просто удивительно, как это батюшка все еще остается с нами! — нервно вставила я.
— Но ведь бабушка победила и…
На этом «и» дверь в комнату распахнулась, и к нам ввалились Этель, Тинара и Латта.
— Мы все слышали, — проговорила последняя.
— И мы с вами! — добавила Тинара.
— А кто не с нами, тот против нас, — зловеще закончила Этель, но потом умоляюще продолжила: — Ну же, Нилия, мне уже целых двадцать лет, а я все еще в девках сижу!
Я закатила глаза и произнесла:
— Ну и кто не закрыл дверь?
Йена и Лисса пожали плечами.
— А что батюшка сказал? — вздохнула я.
— Что подумает над этой проблемой, — сказала Этель.
— Ты же знаешь, он всегда так говорит, чтобы его оставили в покое, — напомнила Тинара.
— А князь чем тебя не устраивает?
— Дядюшка же сказал, что приданого не хватит, — отозвалась Этель.
Я вздохнула. Пять пар глаз с надеждой смотрели на меня. Я вздохнула снова.
— Нет. Старшей надо было родиться мне!
— Но ты только третья… но самая разумная… — попыталась подлизаться Лисса.
— Вообще-то я самая разумная, — опровергла Тинара, но тут же уточнила: — Была раньше…
Я опять вздохнула.
— Ладно… Ищем же мы семейные сокровища на месте сгоревшего имения, а тут всего лишь чуть дальше на семейное кладбище пройти…
Тут все разом закричали и принялись обниматься.
— Ну и какой у нас план? — через несколько лирн осведомилась Этель.
Тут заговорили все сразу, причем в основном я слышала слова: «лопаты», «пойдем» и «могила».
— Погодите, погодите, — я попыталась перекричать всеобщий гвалт, — не шумите, а то старшие прибегут! Хотя было бы неплохо, если бы с нами отправилась тетушка Ратея…
Все возмущенно посмотрели на меня, а я продолжила:
— А что? Если вдруг что-то пойдет не так? Ведьму кто упокаивать будет? А так… взмах мечом — и все, колдунья опять спит.
— Да не ведьму уже, а скелет, — успокоила начавших волноваться младших Йена, — если что, лопатой «тук», и все — скелет упокоен.
— Взрослые все разошлись. Мы проверили. Никого в доме нет, — сказала Тинара.
Я опять вздохнула, а Этель подытожила:
— Так какой у нас план?
— Только давайте высказываться по очереди, — предложила я, прежде чем все снова закричали.
— Предлагаю завтра с утра взять лопаты, всем сказать, что мы за травами, а сами на кладбище, — начала Лисса.
— Ага! Тогда батюшка с нами вместе отправит половину гарнизона для охраны, — сказала Тинара.
— Да, — кивнула я, — когда мы с мамой отправляемся за травами в лес, то с нами минимум пять человек охраны отправляют.
— Тогда выход один — идти ночью, — пожала плечами Йена.
— Ночью? — испуганно переспросила Латта.
— А что? По-моему, самое время, — подтвердила Йена.
— Верно, — согласилась Этель, — ночью контроль над нами ослаблен.
— И как вы себе представляете выход ночью за ворота Крыла? Когда весь городок охраняется? — спросила я.
— Она что, — шепотом проговорила Этель, обращаясь к Йене и Лиссе, — про дверь не знает?
— Какую дверь? — подозрительно осведомилась я.
Девочки захихикали.
— Что тут смешного? — не поняла я.
— Мы тоже ни про какую дверь не слышали, — обиженно проговорили Тинара и Латта.
— А вы еще маленькие, — бросила Этель, а потом снова обратилась к Лиссе и Йене: — Она что же? Еще не того?
— Что я не того? — начала злиться я.
— Ага! — усмехнулась Лиссандра, — только с Ильяном на рыбалку с утра два раза ходила. Так и то он ее, наверное, даже за руку не держал.
— Да о чем вы? — возмутилась я. — И при чем здесь Ильян?
— Ильян — это тот темненький помощник дядюшки? — поинтересовалась у сестер Этель, по-прежнему не обращая на меня внимания.
— Да. Да.
— О-о-о! И даже за руку не держал? Правда, Нилия? — наконец обратилась ко мне старшая кузина.
— Да к вашему сведению, мы целовались… — начала я и поняла, что проговорилась. — Ой…
Теперь захихикали все сестры, а Тинара заявила, смутив меня окончательно:
— Ой, ладно тебе, Нилия, все уже давно знают, что он тебе нравится. Видели, как он тебя целовал у дома за кустом акации!
О Луана! Неужели? Тот единственный первый и последний поцелуй!.. А я думала…
Я покраснела, и мне вдруг стало жарко.
— Да успокойся, Нилия, тебе почти шестнадцать. Пора бы уже! А то крылатские девки уже в твои годы замуж собираются. А ты еще и за дверцу ночью не ходила, — утешила меня Этель.
— Так это крылатские… — начала я, но Лисса меня перебила:
— Да ладно тебе, ничего там особенного не происходит… Просто прогулки и поцелуи при лунах. Ну и…
— Ничего серьезного, — закончила Йена.
— Да все у нее впереди, — сказала Этель.
— И у нас тоже? — заинтересовалась Латта.
— И у вас!
— А подробнее про «ничего серьезного» можно? — решила разузнать я.
— Ничего серьезного и есть ничего серьезного! — отрезала Йена.
— И все-таки…
— Сходи — узнаешь! Пригласи своего Ильяна, — предложила Этель.
— Да я… Да никогда! Я честная девица!
— А мы, по-твоему, кто? — прищурилась Лисса.
— А вы? Ну уже и не знаю даже!
— Что ты имеешь в виду? — пристально глядя на меня, спросила Йена.
— Ну-у… — Я сделала вид, что раздумываю. — Я вот про дверцу и слыхом не слыхивала, а вы даже ходили через нее ночью!
— И что в этом особенного? Йене уже пятнадцать исполнилось, а я на год старше — самый возраст! А тебе, видимо, просто завидно! — вскинулась Лиссандра.
— Вот уж нет! Было бы чему завидовать! — как можно ехиднее улыбнулась я.
— Ну знаешь что… — начала Йена, но Этель ее перебила:
— Хватит! Что вы тут устроили? Вижу, что нормального разговора у нас не выйдет! Оставим до утра. После завтрака соберемся в моей комнате и все обсудим. Надеюсь, что к тому времени ваша троица угомонится! А теперь расходимся и все успокаиваемся!
Йена хотела возразить, но была тоже остановлена старшей кузиной:
— Я сказала — все! А если вы не угомонитесь, то я сделаю все сама. Без вас! И вы не поучаствуете в этом приключении!
Она первая вышла из моей комнаты. Следом направилась Латта.
— Ты мне больше не сестра! — крикнула Лисса и вышла, хлопнув дверью напоследок.
— Придумывай извинения, — бросила на ходу Йена.
— Я… я… извиняться? — От возмущения я начала задыхаться.
— Нилия… — Тинара тронула меня за руку.
— Может, ты тоже от меня что-то скрываешь? — посмотрела на сестру я.
Тинара просто покачала головой.
Уже ночью, лежа в кровати, я не могла заснуть. Травень в этом году выдался жарким — я открыла окно, но уснуть все равно не смогла. Решила сходить на кухню попить. Встала, накинула на плечи платок, зажгла в ладошках магический светлячок. Бытовой магией в нашей семье пользоваться умели с малолетства.
Добрела до кухни и увидела там Йену, в одиночестве сидящую за столом. Повернулась, чтобы пойти обратно, и нос к носу столкнулась с Лиссандрой.
— Что? Тоже не спится? — вздохнула за спиной Йена. — Садитесь уже, раз пришли.
Пришлось развернуться и пройти к столу. Отодвинула стул и села напротив. Лисса устроилась рядом с Йеной.
Уже лирны две я рассматривала потолок. Ничего необычного: белый, ровный. Перевела взгляд на окно — закрыто. Вздохнула. В ответ услышала два вздоха. Невольно улыбнулась.
— Может, по чуть-чуть… за мир в семье? — шепотом предложила Йена.
— Давай, — также прошептала Лисса.
Я кивнула, и Йена полезла за печку: там у кухарки Василины была спрятана бутыль с вишневой наливкой. Достали три резные стопочки из горного хрусталя, разлили наливку. Хорошо… Сладко и внутри греет.
— Ты извини за то, что сказала напоследок, — робко взглянула на меня Лиссандра. — Знаешь ведь, что ты для меня значишь!
— И для меня, — вздохнула Йена.
Я кивнула и, подбежав к ним, обняла.
— Вы мне тоже очень дороги!
Все втроем всхлипнули, обнялись и сделали по глотку из стопочек.
— Почему ничего не рассказывали? — все-таки спросила я.
Лисса вздохнула:
— Честно? Мне стыдно было…
— И мне. Ты дочь воеводы Западного Крыла, а мы так… племянницы. Вот нас и приглашают…
Я вскинулась:
— Вы только скажите кто, и батюшка…
— Нет. Не подумай! Честь мы бережем. Просто… просто… — эмоционально начала Лиссандра, а Йена более спокойно продолжила:
— Просто считают, что раз наши мамы одни воспитывают нас, то… мм… то с нами проще, что ли… ну, в общем, и не знаю, как объяснить…
— В целом ситуацию я поняла — дочь воеводы, то есть меня, сразу замуж надо звать. С вами же пытаются поступить так, как с девицами легкого поведения… ну или как там их называют?
— Да. Правда, потом понимают, что дядюшка относится к нам как к родным дочерям, и вот тогда отношения обрывают, не закончив. У меня так уже два раза было, — призналась Лисса.
— А у меня пока один, но мне и этого хватило, — вздохнула Йена.
— А кто вас приглашал?
— Меня Руфус и Арлин, — сказала Лиссандра.
— Руфус — это блондин, который часто на воротах стоит? А Арлин десятник?
— Ага.
— Симпатичные оба. Понятно, тебя блондины привлекают, а мне вот брюнеты нравятся. Помните Ждана? — сообщила Йена.
— Это тот, который часто нас с матушкой за травами сопровождает? — припомнила я черноволосого и черноглазого воина.
— Угу. И у тебя Ильян симпатичный.
— Давай рассказывай уже, как так тебя угораздило с ним целоваться в кустах акации у дома? Да еще так, что малышня углядела.
— Как поцеловались, я и сама не поняла… А про то, что нас высмотрят, даже не думала, — попыталась вспомнить свой первый поцелуй я.
— Понравилось хоть?
— Ну да, наверное…
— А давно это было?
— Три дня назад, — созналась я.
— И уже не помнишь? Ох, что-то ты скрываешь, сестренка, — допытывалась Йена.