— Скорее, любопытство!
— А-а-а. — Это все, что нашлось в моем лексиконе на данный момент.
— Вот и у меня нет слов, — вздохнул Эльлинир, а затем поднялся, подошел ко мне и снял со стула, но на ноги не поставил. Он смотрел на меня каким-то особенным ласкающим взором.
— Я грязная и липкая! — попробовала образумить его.
Эльф улыбнулся, поставил меня на ноги, а затем сделал какие-то пассы руками. Я ощутила легкое дуновение, а затем моя одежда, лицо и руки вновь стали чистыми. Потупилась, а Эльлинир отошел к бортику и встал, заложив руки за спину.
Им можно было бы залюбоваться: шелковистые волосы, идеальная фигура, облаченная в белоснежную рубашку и темно-зеленый камзол.
Но я не поддалась на его очарование, а эльф, что-то обдумав, заявил:
— Я выбираю вас, террина Нилия!
— Что? — У меня внутри все похолодело.
Одновременно с моим возгласом вдруг ни с того ни с сего упала одна из напольных ваз с цветами и разбилась вдребезги.
Эльлинир как-то странно взглянул туда, быстро подошел, осмотрел осколки, задумался, словно пытался что-то понять.
— Почему я? — унылым голосом спросила я.
Эльф оглянулся на меня и отчеканил:
— Я так решил!
— Я не согласна! — попробовала взбунтоваться я, но тут же почувствовала боль в груди и зашипела, как рассерженная кошка. Клятва! Будь она неладна!
Эльлинир озадаченно подбежал ко мне, подхватил и заботливо усадил на стул.
Я выдохнула.
— Что с вами, террина? — обеспокоенно спросил он.
— Обрадовалась известию! — буркнула я в ответ, делая очередной глубокий вдох.
Эльф окинул меня внимательным взглядом, а затем задумчиво произнес:
— Я, конечно, представлял, что вам будет больно, когда сообщу вам о своем решении, но не думал, что вам будет больно на САМОМ ДЕЛЕ!
Я недовольно морщилась, но молчала, а Эльлинир продолжил размышлять:
— Хм? Загадочная все-таки у вас реакция… И если предположить… хм… то… Кстати, я до сих пор не интересовался у вас о той единственной ночи, которую мы провели в гостях в вашем доме…
Я вскинулась и поспешила сменить тему:
— И тем не менее господин мир Тоо’Ландил, почему вырешили жениться именно на мне?
Эльф оценивающе оглядел меня, я не мигая смотрела на него.
— Вопрос, конечно, интересный… но если я скажу, что мне так захотелось, то вы поверите?
— Мне бы хотелось получить более развернутый ответ.
— Что ж… я скажу, пожалуй! Не хочется начинать наши отношения (тут я заметно поморщилась) со ссоры.
— И?
— Ваша кузина Лиссандра слишком несдержанна и прямолинейна, а с возрастом эти качества лишь усилятся. Это вполне естественно, ведь она будущая боевая ведьма, а жить с такой женой — пфф… мало удовольствия.
— А Иена?
— Вы так хотите женить меня на ней? — усмехнулся он, а я насупилась.
Затем Эльлинир продолжил:
— Йена? Она излишне скромна!
— Не скромнее меня!
— Да не заметил я ничего подобного при наших с ней встречах!
— Плохо смотрели!
— Допустим… но мне больше импонируете вы. В вас больше тайн и загадок. Я не могу предугадать ваш следующий шаг. Мне интересны вы, Нилия. Так что думаю, век, который мы проведем вместе, будет для меня очень веселым.
— Я на скомороха похожа?
— Вовсе нет!
— Мм! Тогда я постараюсь испортить вам этот век! Или даже два!
На мой выпад эльф ответил смешком.
— Правда-правда! Я все сделаю, чтобы испортить вам семейную жизнь! — зло проговорила я.
— Зачем, террина?
— Что — зачем?
— Зачем портить НАШУ семейную жизнь, террина, ведь ВАША жизнь так коротка. Разве вы не хотите прожить ее хотя бы в спокойствии?
— О каком спокойствии вы говорите? — возмутилась я. — Моя жизнь уже испорчена и загублена!
Глаза перворожденного яростно блеснули, на скулах заиграли желваки, но речь была спокойной:
— Я понял вашу точку зрения, Нилия. Но менять решения не буду!
— Кто бы сомневался!
— Не язвите — вам это не к лицу!
— Не вам судить!
— Все! — рявкнул он. — Наше свидание на сегодня окончено. Вас проводят.
Эльлинир прикоснулся к какому-то рычагу за одной из кадок с цветами. Спустя лирну дверь открылась, и на пороге возник мой давешний сопровождающий.
— До встречи, террина! Завтра в первой половине дня будет Совет у Владыки. Там все узнают о моем решении. Вас и ваших родных также призовут.
Я, сжав зубы, кивнула и вышла следом за эльфом-слугой. И снова мы отправились по бесконечным коридорам, а затем вышли к подвесной дорожке. Осенние сумерки сгустились быстро, и долину осветили тысячи магических фонариков, а здесь наверху светлился из многочисленных окон дворца. Затем снова коридоры, но уже обители Владыки и, наконец, знакомое гостевое крыло.
— Дальше я сама дойду, — сказала я.
Эльф поклонился и ушел, а я задумалась. Как же мне обо всем сообщить родным, особенно матушке с батюшкой? Медленно двигалась по направлению к своей комнате, стараясь не шуметь. Открыла дверь, вошла, но захлопнуть ее мне не дали. За мной в комнату ввалились кузины.
— Ну что? Как прошло свидание?
— Давай рассказывай?
Я задумчиво кусала губы, не зная, как им обо всем рассказать.
— Что? — тут же округлила глаза рыжая.
— Ничего… пока ничего, — невнятно ответила я.
— Фу-у-у, — выдохнула Лисса.
— Значит, Эльлинир еще не выбрал себе невесту? — успокоилась Йена.
Я на ирну задумалась, а затем сообщила:
— Выбрал.
— Как?
— Кого?
Тут же посыпались вопросы, а я опустила взгляд.
— Не томи! — взмолилась блондинка.
— Давай говори уже! — возмущенно потребовала рыжая.
— Меня. Несносный эльф выбрал своей невестой меня. Довольны?
Кузины ошарашенно воззрились на меня.
— Да чего уж там… — начала рыжая, но Йена, вдруг как-то странно посмотрев на меня, выдала:
— Довольны, говоришь? А если нет?
— Э-э-э… Йена, ты чего? — осторожно поинтересовалась Лиссандра, недоуменно глядя на блондинку.
— Что со мной не так? Ты и в самом деле не понимаешь?
— Мм… нет.
— А уже ничего и не надо понимать! — зло проговорила Йена и тут же разрыдалась, бросившись на мою кровать.
Мы с рыжей потрясенно переглянулись.
— Ты что-нибудь понимаешь? — ошарашенно произнесла она.
Я кивнула, а Лисса подошла к кровати и попыталась обнять Йену. Младшая кузина по-прежнему рыдала, уткнувшись лицом в подушку. Лиссандра вопросительно посмотрела на меня и молча указала на блондинку. Я кивнула и изрекла:
— Она все-таки в него влюбилась!
— Вот хмар! — ругнулась рыжая. — А я все надеялась, что это не так!
— Что не так? — тут же вскинулась Йена. Ее губы дергались, так бывает, когда хочешь что-нибудь сказать, но из-за рыданий не можешь этого сделать.
— Я надеялась, что ты не любишь Эльлинира, — шепотом пояснила Лиссандра. — Думала, что ты не настолько глупа!
— Глупа, говоришь? — перестав рыдать, прошипела блондинка.
— Ну да. Мы уже давно замечали твою странную реакцию на этого эльфа.
— Странную реакцию? — переспросила со злостью Йена, и я поняла, что за этим последует скандал. И да, блондинка разразилась злой тирадой: — Странная реакция? Глупая? А вы когда-нибудь любили по-настоящему? Что молчите? Не любили, так ведь? Вы хоть знаете, что такое любовь? А я вам скажу, что я узнала про это чувство! Это самое чудесное, что есть в нашей жизни! А вы меня даже не понимаете!
— Так объясни! — прервала я все еще спокойным голосом, надеясь, что это поможет успокоить Йену, но добилась противоположной реакции. Блондинка еще больше распалилась, и теперь она уже кричала:
— Объяснить? Кому объяснить? Тебе, которая утверждала, что любит Ильяна, а на деле забыла его за месяц! Или ей? — Она указала на рыжую. — Эта вообще никого, кроме себя, не любит! Да и как я могу объяснить то чувство, которое возникло во мне в тот самый миг, когда я увидела Эльлинира? Как рассказать о том, что теперь в моей жизни есть только один мужчина, при появлении которого кровь в моих жилах начинает закипать, сердце готово выпрыгнуть из груди, а ноги сами собой подкашиваются? Глаза мои видят лишь его одного, как будто все вокруг меркнет, становится черно-белым, остается лишь он — такой яркий и живой!
Мы с Лиссандрой во время этого признания смогли лишь ошалело хлопать глазами и потрясенно молчать.
— Вот, — с горечью констатировала Йена, — даже теперь вы не можете осознать всего того, что я вам сказала.
— Мм, — промычала рыжая, видимо, просто чтобы не молчать.
— Ты мне вот что скажи, Нилия! — с яростью в голосе обратилась ко мне блондинка. — Скажи мне, что такого есть в тебе, чего нет у меня? Что ты такого сделала сегодня, что он, мой возлюбленный, выбрал тебя, а не меня? Хотя я все наше с ним свидание старалась быть нежной и благовоспитанной девицей!
Я сглотнула, не зная, что на это сказать, и посмотрела на Лиссу, ища у нее поддержки. Рыжая попыталась разрешить конфликт:
— Слушай, Йена, кто же знает, что у этого вредного эльфа на уме.
— Не называй его так! — тут же набросилась на нее блондинка.
— А-а-а…
— Я жду ответа, Нилия!
Я молчала, мучительно сдерживая рвущийся наружу гнев.
— Молчишь? — подвела итог наша иллюзионистка. — Ну и молчи дальше… — Затем она снова разрыдалась и выбежала из комнаты.
— Да-а, — протянула Лисса.
— Что делать будем? — с отчаянием спросила я.
— Кстати, и вправду, почему эльф тебя выбрал? Что ты такого за ужином натворила, что ему так понравилось?
— Да ничего я не делала! По-твоему, я хотела за него замуж?! Да он мне противен!
— Хоть ты не злись!
— Не злиться, говоришь? А что делать? Радоваться? Я все делала, слышишь, все, чтобы этот вредный эльф меня не выбрал! Я ела, как пьяный крестьянин, ругалась с этим эльфом… Да все оказалось напрасным!
— Э-э-э, Нилия, успокойся, а Йену я пойду догоню, как бы глупостей не натворила!
— Да иди ты, куда хочешь!