Собирались в спешке, но на выходе из дворца нас поджидал Эльлинир.
— Я могу поговорить со своей нареченной?
Тут уж матушка не выдержала:
— Вашей нареченной моя дочь станет только после первого обручения, а это произойдет только через два года!
— Через полтора, — ехидно поправил эльф.
Маменька сделала вид, что не услышала этого и продолжила:
— Извините, но моя дочь себя плохо чувствует! Нам необходимо как можно скорее добраться до дому!
— Вы извините мою жену, — спокойно произнес батюшка. — Она порой бывает несдержанна!
— Понимаю, — кивнул Эльлинир, — поэтому не буду вас задерживать, а свою террину я смогу и в Славенграде увидеть.
Матушка вскинулась, но вмешалась тетушка Ратея:
— Спасибо за приглашение, господин мир Тоо’Ландил. Мы хорошо провели время в Астрамеале!
Путь домой я помню как в тумане. На границе нас встретили воины, а потом я задремала в карете. Разбудили меня уже тогда, когда пора было утепляться. Матушка обратилась к батюшке:
— Надеюсь, что на этот раз соглашение ты изучил внимательно, прежде чем подписывать его!
— Обижаешь! Несколько раз оба экземпляра прочитал! Да и Лей нам помогал. Кстати, не подскажешь, чего он столь любезным стал?
— Самой интересно! А ты, Ратея, что думаешь?
Ответа тетушки я не слышала, засыпая под мерное покачивание кареты.
ГЛАВА 13
Прошло совсем немного времени, и произошедшее в Астрамеале несколько стерлось из моей памяти. Я снова в академии, здесь царит суматоха. Снова студенты бегают туда-сюда, а завтра начинаются занятия — каникулы закончились. За минувшие дни я успокоилась, и мы с кузинами негласно решили не затрагивать тему любви Йены к Эльлиниру, по крайней мере, пока. Да и учебу никто не отменял!
На выходе из академии нас встречали Конорис, Лейс и Андер. Я обрадовалась и обняла друга.
— Все хорошо, подружка? — озадачился он.
— Так себе, — призналась я.
— Тогда, может, завтра к «Магу» сходим?
Я улыбнулась и согласилась на это предложение — мне жизненно необходимо было обсудить события в Астрамеале хоть с кем-нибудь.
Следующий день начался ожидаемо — с занятий. На первом уроке мы продолжили изучать законодательство Норуссии. Его у нас вел сам архимаг мир Самаэль.
— Солнечного утра, сударыни! Сегодня в первый день нашей встречи после каникул я предлагаю вам вспомнить пройденный материал. Мы разберем некоторые ситуации, которые могут возникнуть в вашей будущей практике, — начал учитель.
Все радостно закивали, в том числе и я, потому что сегодня действительно было сложно быстро прийти в себя после отдыха.
— Ситуация первая, — продолжил мир Самаэль. — Представьте себе, что вы практикуете в небольшом городке, скажем, в Тейпаре. К вам приходит некая молодая девица и просит изготовить для нее любовное зелье якобы для мужа, чтобы тот не ушел к другой. Ваши действия?
— Отказать, — ответила Мейра. — Применение любовных зелий на территории Норуссии запрещено.
— А ты что скажешь по этому поводу, Нилия? — обратился ко мне учитель.
— Я бы не была столь категорична, — задумчиво произнесла я.
— Подробнее!
Я, немного подумав, продолжила:
— Конечно, использование большинства так называемых любовных зелий запрещено в Норуссии, но всегда найдутся исключения. Я думаю, что конкретно об этих исключениях мы узнаем на уроках зельеварения.
— И все-таки, Нилия, если абстрагироваться от состава любовных напитков, то какими были бы твои действия? Начни с самого начала, — попросил архимаг.
— Если это город, пусть и такой небольшой, как Тейпар, то для начала необходимо получить сведения о самой просительнице…
— Что нужно сделать для этого?
— Самое простое — это потребовать метрику и записать данные…
— А зачем?
— Затем, чтобы в дальнейшем все разузнать о данной особе. А еще можно попросить показать свадебные узоры или браслеты.
— И как ты это сделаешь?
— Можно просто попросить, — ответила Зила. — Если браслетов или узоров нет, то, значит, и мужа тоже нет.
— А если она надела простые украшения? — вклинилась Мейра. — Ведь любая женщина может просто надеть свадебные браслеты, дабы ввести знахарку в заблуждение.
— Или если зима на дворе… — озадачилась Ката.
— В таком случае какими будут ваши действия? Помимо осмотра метрики, — хитро прищурился мир Самаэль.
— Тогда только смотреть узоры, их не подделаешь! — уверенно заявила Нелика.
Архимаг, по-прежнему прищурившись, смотрел на нас.
— Я бы переписала данные незнакомки, а потом сходила и разузнала бы все о ней у ее соседей, — озвучила свою версию Мейра.
— А если она не проживает по указанному адресу? Нилия, подумай, — задал очередной провокационный вопрос учитель.
Я произнесла в ответ:
— Я бы все же продала посетительнице зелье, но любовным в нем было бы только название.
— Хм… а если несчастной действительно муж изменяет?
— Зачем тогда он такой нужен? — вставила одна из гномок.
— Хм… интересный вопрос! И тем не менее, барышни, кто-нибудь вспомнит правильный ответ?
Все сразу замолчали, напряженно вспоминая материал прошлых уроков.
— М-да, — протянул архимаг, — совсем расслабились в праздники! Нилия, думай, ты правильно про метрику вспомнила!
Тут я наконец поняла, каким должен быть правильный ответ, и высказала его:
— С данными, выписанными из метрики, я должна отправиться в специальный отдел муниципалитета, где мне, как практикующей знахарке, должны предоставить всю информацию о требуемой особе. И если выяснится, что мужа нет, то я должна буду предоставить информацию о просительнице.
— Верно, — кивнул мир Самаэль.
— Только не все такие честные! — хмыкнула Зила. — Чаще знахарки просто поднимают цену и все равно продают любовные зелья.
— Бывают и такие случаи, — согласился архимаг. — Но вы должны понимать, что за подобное всегда наказывают!
— Если узнают, — шепнула полугномка.
Глава академии приподнял бровь и сказал:
— Я, что ни говорите, не советовал бы вам так рисковать. За подобные случаи могут и руки лишить, и головы!
Все помолчали, обдумывая информацию, а учитель продолжил спрашивать:
— Скажите мне теперь вы о том, какие еще меры наказания могут быть применены в случае нарушения законодательства?
Все снова напряженно задумались.
После урока мир Самаэль сообщил мне, что сегодня мы не пойдем в лечебницу, так как у него намечается совещание с магистрами. Я обрадовалась, так как это означало только одно — у меня будет больше времени для общения с другом.
Вечером, с нетерпением ожидая Андера с занятий, выбирала себе платье для похода в таверну.
— Йена, как ты считаешь, какое платье лучше: синее или зеленое?
Блондинка подняла взгляд от учебника, посмотрела на меня и ответила:
— Надень зеленое, оно теплее. Потому что до таверны еще добраться надо, а на улице сильный мороз!
— Верно, — согласилась я, мельком глянув в окно.
— Ого! Куда собираешься? — В комнату вихрем ворвалась Лиссандра.
— К «Магу».
— О! А я завтра туда пойду!
Я удивленно посмотрела на рыжую, а Йена произнесла:
— Нилию приглашает Андер, тебя — Конорис, а Лейс обо мне совсем забыл!
— Подойди к нему сама! — предложила я.
— Я? Сама? — искренне возмутилась иллюзионистка.
— Что в этом особенного? Заодно и отвлечешься! — ответила я, пожав плечами.
— А может, я не хочу отвлекаться! — прошипела Йена.
Мой возмущенный ответ опередила Лисса:
— Хватит вам уже! Йена, тебе действительно нужно отвлечься, а ты, Нилия, попроси Андера передать Лейсу просьбу кузины. Вот и все.
— Ты тоже Конорису скажи на всякий случай, — отозвалась я.
— Завтра на уроках обязательно скажу, если получится.
Что-то в ответе рыжей насторожило меня, и я незамедлительно поинтересовалась:
— Ты завтра вечером к «Магу» не с Конорисом идешь?
Йена воззрилась на Лиссу, а она, чуть замешкавшись, откликнулась:
— Э-э-э… нет. Я иду с Орином.
— Поня-а-атно! — многозначительно поглядев на нее, протянула я.
— Что такого? — начала оправдываться Лиссандра. — Что я? А я ничего!
— Совсем ничего?
— К твоему сведению, это он начал целовать меня!
— Ну да, ну да, а ты и не сопротивлялась! — ехидно заметила я.
— Целоваться? Ты целовалась с Орином мир Ль’Келем? — воскликнула Йена, но Лисса ее не услышала, она попеняла мне:
— Я предполагаю, что ты с Корином тоже не только по лесу прогуливалась!
— Я от хмеля избавлялась!
— Не подскажешь как? Уж не при помощи ли поцелуев?
— Погодите! — возопила Йена. — Вы когда успели с мир Ль’Келями нагуляться?
— А-а-а…
— Э-э-э…
— Понятно! — резюмировала блондинка. — Значит, пока я рыдала в своей комнате, вы развлекались!
— Хм…
— Фу-у-у!
— А кто-то, между прочим, уже почти невеста! — Пальчик иллюзионистки обличающе указал на меня.
— Почти, а не уже! И вообще не напоминай!
— Угу! Ты верна себе! Ни о ком, кроме себя, не думаешь!
— Уж не об Эльлинире ли я должна задумываться? — прищурилась я.
— О нем! О ком же еще? Он, между прочим, живой человек, ну то есть эльф, и ему могут быть неприятны твои похождения!
— А мне все равно, что ему приятно, а что — нет! — отрезала я.
— Э-э-э… девочки, вы чего? — попробовала вмешаться Лисса.
— Тебе конечно же все равно! Ты же у нас вся такая бедненькая-несчастненькая, все должны тебя пожалеть! А никто ничего тебе не должен! — разорялась блондинка.
— Йена! — резко оборвала рыжая. — Это было очень грубо!
Я потрясенно глядела на нашу иллюзионистку. Она отвернулась к окну, а потом изрекла:
— Извини, Нилия, что-то я и вправду груба сегодня… Пойду лучше взвару выпью.
Когда за Йеной захлопнулась дверь, то мы с Лиссандрой молча переглянулись, а затем кузина произнесла:
— М-да, похоже, наша разноглазка сильно влюбилась в этого