Поставив стакан на столик, неожиданно для себя спросила то, о чём приличная девушка спрашивать была не должна. Но меня этот вопрос отчего-то тревожил.
— Ты спал с Настей?
— Нет, не спал. Почему ты об этом спрашиваешь?
— Настя не пропустила бы такого парня, как ты, — мои щёки предательски заалели.
Он вправе был меня послать, далеко и надолго. Я интересовалась личной жизнью практически незнакомого человека. Но Пётр до мозга костей был интеллигентным мужчиной. Помолчав, он всё же ответил. Я же не опустила глаза от смущения. Любовалась идеальными чертами Петра. Как же он мне нравился. Сказка, а не мужчина.
— Настасья работает на меня. И я не сплю со своими подчинёнными. У меня такое правило. Ему я и следую по жизни. Выручало неоднократно.
— Представляю, как её это правило бесит, — невесело усмехнулась я.
Тема разговора явно ушла не в ту степь. Но услышав ответ, мне стало легче на сердце. Пётр повернул голову в сторону леса, прислушался к чему-то.
— Тебе не следует об этом беспокоиться, свет моих очей. Настя прекрасная девушка, но она не в моём вкусе.
Про себя я ахнула. Он, кажется, понял, что я ревную его к подруге.
Но как Настя может быть не в его вкусе? Красавица с большой грудью, тонкой талией, идеальной кожей — и не в его вкусе? Да быть такого не может. Я верно сплю. Так, глядишь, к концу сна и поцелуюсь с вампиром. Так, стоп! Что за ерунда мне в голову лезет? Почему вампир? И почему Настя не рассказывала мне об этом красавчике? Берегла его для себя?
— Не знала, что Настя работает на тебя. Она никогда о тебе не упоминала, — мне стало интересно, о чём ещё подруга умолчала. Я думала, что мы говорили обо всех секретах и тайнах. Оказывается, нет. Вернее, у меня-то от неё секретов почти не было. А вот у неё от меня, судя по всему, были.
— Да. Выполняет кое-какие поручения. Ты хотела поговорить о твоём спасении?
— Да, хотела. Расскажи.
— Я был дома. Услышал крик, побежал к озеру. Не раздеваясь, бросился в воду и спас тебя. Озеро находится недалеко от особняка. Всего в паре километров.
— В паре километров? И ты услышал крик? Ты верно шутишь?
— Нет, не шучу. У меня хороший слух. И зрение, кстати, тоже.
— Надеюсь, и эрекция у тебя неплохая, раз со всем остальным повезло? Боже, что я несу? — нервно засмеялась я. Я точно сплю. Пётр либо не услышал мои слова, либо попросту их проигнорировал. Но улыбка его стала шире.
— Вытащил тебя, принёс сюда. Обтёр насухо, надел рубашку. Честное слово, — выставил перед собой руки Петр, как тогда в автобусе, — на тебя не смотрел. Честно-пречестно. Ты проспала полдня и всю ночь. Проснулась только утром.
— Подожди, — в его рассказе были несоответствия. Или меня течением отнесло к другому берегу, или я что-то не понимаю. — На берегу были ребята, играли в волейбол. Там была Маша и парень Николай. Или меня отнесло течением на другой берег озера? Где ты меня нашёл? — завалила я парня вопросами.
— Ты была одна, на дальнем озере.
Я не понимала, как такое могло произойти.
— Я была не одна, и плавала на ближнем озере. Я точно схожу с ума. Да что со мной происходит? — мой голос сорвался на крик. Мне стало страшно.
— Успокойся, — мои холодные ладони оказались в ладонях Петра. Я и не заметила, когда он оказался подле меня. — Тише, милая, тише. С тобой всё в порядке.
Его пальцы коснулись моих волос.
Пётр подхватил меня за талию, и вот я уже сижу на его коленях, а он прижимает моё вздрагивающее тело. Меня бил озноб.
— Я ничего не понимаю, Пётр. Что происходит?
В его объятьях мне было уютно. Я почувствовала себя маленькой девочкой. Глупой, ничего не понимающей девочкой.
— Наш мир огромен. В нём столько загадок и тайн. Человеческий глаз не в состоянии увидеть тех, кто скрывается в ночи. Тех, кто не хочет, чтобы их видели. Самые опасные — это тени, слуги тьмы. Ошибочно тенями называют вампиров, оборотней и разную нечисть. Вампиров — за то, что могут превращаться в летучих мышей, оборотней — за ночные превращения, ну а нечисть, она и в Африке нечисть. Раньше тьма обитала везде, она жила тут до появления Бога. Он решил, что тьмы слишком много и задумал её изгнать. Она не должна была помешать его планам, и он загнал тьму в бездну. В мир, где обитают жуткие монстры, где вечная тьма и могильный холод. Бог прогнал тьму, она уступила силе света. Бог подарил этому миру свою частичку, отдал свой свет. Создал планету, горы и реки, океаны и звёзды. Бог создал солнце и ветер, цветы и людей. Он создал прекрасный мир, который мы зовем Землёй.
— А кто создал вампиров, оборотней и домовых? Кто их создал?
Пётр пожал плечами.
— Мы теневая сторона этого мира. Дети ночи. Раньше так и было, но не сейчас. Никто не верит ни в вампиров, ни в оборотней. Мы перестали бояться солнца и света.
— Это хорошо? — то, что он говорил о себе, как о теневой стороне нашего мира, меня почему-то не смутило.
— Не знаю, голубка моя, хорошо ли это для людей. Скорей всего, это первая весточка того, что тьма перестаёт бояться света.
— А ты к какой нечисти относишься? К вампирам?
— Да. Это тебя пугает?
— Нет, ты не страшный. Меня пугают ночные кошмары. Я не знаю, что могу им противопоставить. Они медленно, но верно сводят меня с ума. Иначе почему я так спокойно говорю с тобой о том, чего просто не может быть?
— Ты прелесть, малышка, поспи. Спи моя радость, усни.
Мои веки отяжелели и я заснула. Уютно устроившись на коленях у Петра.
Глава 13. Подарок
Янина
Проснулась от того, что меня целуют. Глаза, щёки, шею. Я успокоилась и перестала рыдать. Замечательное пробуждение после кошмара.
— Привет, — прошептала я тихо. — Я плакала во сне?
— Плакала. И ещё ты говорила, что не хочешь меня терять. Ты помнишь, что видела во сне?
— Пропасть и твои бездонные глаза, ты падал вниз. Туда, где шевелилась тьма. Я не хочу такого будущего ни для кого. Не хочу, — заплакала я, уткнувшись в мускулистую грудь.
— Всё будет хорошо, милая. Всё будет хорошо, — приговаривал Пётр, гладя меня по голове.
Как же хотелось ему верить. Пётр даже если и вампир, то гораздо человечнее, чем многие из людей.
— Хочешь, я отнесу тебя в ванную? Ты умоешься, а то у тебя нос красный и глаза опухшие. И ещё я попросил приготовить нам пиццу. Ты же её любишь? Там будет много сыра, зелени и мяса.
— Хочу кофе с шоколадкой, — сообщила я Петру чуть капризно.
— Хочешь? Значит, будет тебе и кофе, и шоколадка. А теперь иди, умойся.
Он выпустил меня из своих объятий, и я отправилась в ванную. Странно всё. Я вижу его второй раз, а как будто знаю его всю жизнь. За короткое время он уже столько успел сделать. Спас меня, видел голой, целовал, баюкал, лежал со мной на кровати. Я покраснела, всё так стремительно происходило. Включив холодную воду, умылась. Посмотрела на своё отражение. Под глазами круги, нос красный, ну красавица же, блин горелый. Выйдя из ванной, застала Петра с книгой в руках.
— А я знаю, что тебя развеселит.
— Что?
— Библиотека. У меня шикарная библиотека. Пошли?
Не могла отказать себе в этом удовольствии. Книги — моя страсть. Библиотека — рай для читоголика, как я себя называла. Конечно же, таких, как я, называют книголюбами или, если уж по научному, то библиофилами. Ну, что сказать, люблю читать, погружаясь в сказочные миры, которые создают писатели. Только вот ужастиков избегаю, своих по ночам хватает.
Обед нам принесли в библиотеку. Пётр съел кусочек пиццы, я же и не заметила, как умолотила всю остальную. Я увлеклась книгой и не поняла, что начало вечереть. Вздрогнула от волчьего воя.
— Волки?
— Оборотни, а вернее, оборотень.
— Ты его знаешь?
— Да, знаю, ты тоже его знаешь. Это Никита, твой друг детства.
— Шутишь? — оторопело спросила я, но по взгляду Петра поняла, что не шутит.
— Нисколько не шучу. Ты же видела и его, и меня в своих снах. И всё равно не веришь, — с утверждением сказал Петр.
— Ты прав, не верю. Вернее, хочу верить, но не могу. Вот скажи мне, если ты вампир, то как держишься? Неужели тебя не волнует моя кровь?
— Волнует, очень волнует. Меня волнует твой запах, твоё дыхание. Ты сама. Только я не рассматриваю тебя как гастрономическое лакомство. Ты для меня гораздо больше.
— Больше, чем бурдюк с кровью?
Пётр поморщился, как будто съел кислый лимон.
— Я утром звонил твоим соседям. Сообщил, что ты пришла в сознание, и что вечером тебя привезу. Ну, и ещё попросил покормить Ванильку.
Ванилька! Я ударила себя ладошкой по лбу. Пётр о нём помнил, а я напрочь забыла о своей котейке. Я плохая хозяйка. То лоток забыла, теперь и о коте забыла. А что будет дальше?
— Мне срочно нужно домой. Ты можешь вызвать такси? А то я не знаю твоего адреса. Да и телефон остался на озере.
— Зачем тебе такси? — удивился Петр.
— Как зачем? Мне домой нужно. У меня там животинка дома одна, и о ней некому позаботиться. Я его не оставляла одного так надолго. А ночью? Где он ночью был? Он кроме квартиры, ничего больше в своей жизни не видел. Ты такси вызовешь или я пешком пойду?
— Не понимаю, что за спешка? Но если хочешь, я тебя сам отвезу домой, на машине, — зачем-то пояснил Петр. — Пошли? Или всё же останешься на ужин?
— Нет, пошли, — я с сожалением окинула взглядом библиотеку. — Я хочу перечитать книгу, если не возражаешь, возьму с собой.
— Конечно, бери.
Я бережно прижала к груди книгу Вальтера Скотта «Квентин Дорвард». Люблю рыцарские романы.
На дорожке около дома, где был центральный вход, стояла двухдверная новенькая чёрная BMW. Да, круто я приеду, однако. Присвистнув, спросила:
— А поскромнее ничего не нашлось?
— Предпочитаешь мотоциклы с коляской?
— Откуда ты знаешь про коляску? Следил за мной?
В первый день прибытия в посёлок Никита встречал меня именно на таком мотоцикле. Пётр лишь, засмеявшись, открыл дверь. Сев в машину, осмотрелась. Роскошно, однако, живут предприниматели. О том, что предприниматель был вампиром, думать не хотелось. Пётр не собирался трогаться с места, он смотрел на меня. В его глазах было что-то непонятное для меня. Возможно, тревога?