Прошлые сутки выдались адские, а новый день радовать не спешил. Начальник отказался дать отгул. Ведь нужно было готовить отчёты и по второму кварталу, и за первое полугодие в целом. А Дмитрий Фёдорович только и успел, что душ принять, да закинуть форму в стиральную машину. Хорошо, что был запасной комплект. Во второй половине дня объявили, что на следующей неделе будет аттестация. Булов физически почувствовал, как в его жизни начинается чёрная полоса. Или просто поднялась температура?
Дмитрий Фёдорович добрался до дома в полубессознательном состоянии. Шутка ли, не спать почти двое суток! И, как есть, в одежде, уснул на диване.
Утро снова не принесло радости. Тело ломило, появилась одышка, а из-за сна без подушки заклинило шею с левой стороны. Булов понял, что работать сегодня он точно не сможет, о чём и сообщил начальнику. Тот повозмущался, но отпустил на больничный с условием, что завтра обязательно нужно выйти на работу.
День стал ещё хуже, когда Дмитрий Фёдорович увидел очередь к терапевту. Но ему удивительным образом повезло: люди в дружном порыве пропустили его вперёд. Возможно, этому поспособствовала мятая форма сотрудника ФНС, а то и вид Булова в целом. Бледный, трясущийся почти всем телом… Кроме шеи.
– Пил? – спросила терапевт.
– Только воду, – честно и просто ответил Булов. На большее у него не было сил.
– Ага. Я вижу, – в голосе врача было много скепсиса, но осмотр она всё-таки провела.
Температуры не было, и шумов в лёгких не оказалось, однако из-за шеи терапевт всё же выписала больничный на три дня, записала на повторный приём и отправила сдавать кровь на анализы. Ибо так завещал минздрав.
Булов воспрял духом. Ура! Можно немного отдохнуть и подлечиться. И с последним лучше не затягивать… Всё равно завтрак оказался безнадёжно упущен.
Тут снова что-то пошло не так. Процедурная медсестра сначала не могла найти вену, а потом попасть в неё. Пять игл испортила! С исколотыми руками налоговый инспектор и вовсе стал походить на наркомана. Но на удивление Дмитрий Фёдорович почувствовал себя лучше. Даже шею отпустило.
Дома первым делом Булов решил наконец нормально поесть, но в процессе нарезания колбасы на бутерброды вспомнил про форму в стиральной машинке. Поздно. Как только Дмитрий Фёдорович открыл дверку стиралки, в нос ему ударил противный запах прокисшей ткани. Форма была безнадёжно испорчена.
В глазах защипало. То ли от расстройства, то ли от непередаваемого аромата.
Зазвонил телефон. Булов ответил – уже с пониманием, что ничего хорошего этот звонок не несёт. Так и оказалось.
– Скотина! – сразу начала ругаться бывшая жена. – Ты чего трубку не берёшь?! То недоступен, то не в сети! Ты о сыне своём подумал?!
– В связи с обстоятельствами непреодолимой силы… – попытался оправдаться Булов.
– Ой! Да заткнись! Твоя манера говорить дико бесит. Ты заявление на летний лагерь в Анапе для ребёнка написал? Только коротко!
– Нет. – Дмитрий Фёдорович с ужасом понял, что крайний срок подачи заявления был вчера, но из-за недавних злоключений он совсем об этом забыл.
– Вот, значит, как… У нас была договорённость. А теперь её нет. Мне плевать, что у тебя маленькая зарплата. Раз ты не хочешь заботиться о собственном сыне, то я полностью возьму это на себя. Я подаю на алименты. Всё. – И телефон замолчал.
Дмитрий Фёдорович даже не понял, как оказался на полу. Он тяжело дышал. Даже когда жена с ребёнком сбежала от него к другому мужчине, Булов так не переживал, ведь всё к тому и шло. Ограничился трёхдневным запоем, а потом спокойно вернулся на работу. И, несмотря на развод, старался быть хорошим отцом своему сыну.
Горькие размышления Булова прервал настойчивый стук в дверь. Подозрительно настойчивый. Человек с той стороны словно пытался выбить дверь кулаком. Или не кулаком? Дмитрий Фёдорович испугался и затих. Чего ожидать от такого гостя?
– Открывай давай! Я знаю, что ты там! – кричал кто-то. – Кристалл поиска врать не будет!
Инспектор медленно поднялся с пола и стал потихоньку, спиной, отходить на кухню. Потому что на кухне есть не только еда, но и универсальные средства для самообороны.
– Если не откроешь, то я сам зайду! – продолжал орать неизвестный. – Твой замок – фуфло! Даже не заговорён! А, неважно. Считаю до трёх! Ха-ха-ха! Три!
И дверь распахнулась. Но Дмитрий Фёдорович уже был к этому готов – он взял на кухне самое эффективное оружие против внезапных нападений. Едва нарушитель статьи 25 Конституции Российской Федерации пересёк порог, в его лицо полетело облако чёрного перца. Только вот не долетело. Булов с удивлением смотрел, как перец аккуратной горкой падает к ногам незнакомца.
– Серьёзно? Мог и нормальный перцовый баллончик взять или хотя бы нож. Что за детский сад? Или у тебя был коварный план, чтоб я зачихался до смерти? Ха! Это была бы нелепая смерть. Мне нравится. А ты изобретательный малый! Мы с тобой точно кучу ведьм перебьём. И они будут сильно страдать! Му-ха-ха! – злодейски рассмеялся незнакомец.
Выглядел он весьма колоритно. Бобровая шапка, чёрная майка в сеточку и чёрные кожаные шорты, а руки почти до локтя украшены самыми разнообразными фенечками и браслетами. Дмитрий Фёдорович застыл на месте. Однако незваный гость не проявлял агрессии.
– В-в-вы про… извели незаконное прон-ик-новение на частную т-т-тер-риторию. Ст-тат-тья д-д-д-вадцать пятая, – слегка заикаясь, произнёс Дмитрий Фёдорович.
– Чего? А, неважно, – отмахнулся незнакомец. – Пойдём на кухню. Выпьем чего. У тебя же есть чо?
И парень, не стесняясь хозяина квартиры, прошёл внутрь, а входная дверь за ним закрылась сама… Словно по волшебству.
Дмитрий Фёдорович постарался незаметно выдохнуть. Как минимум сразу его никто убивать не будет. Гость в это время чем-то шуршал на кухне. Булов с опаской заглянул туда, но ничего криминального не увидел: парень в бобровой шапке бодренько дорезал забытые бутерброды.
– Я уже посмотрел, что пива у тебя нет. Хоть чай поставь. А то как неродного встречаешь. – Гость уже переработал всю палку салями и переключился на сыр «Российский».
Булов лишь кивнул и поставил чайник. Это всё, что ему оставалось. В каком-то смысле Дмитрий Фёдорович уже был готов к любому развитию событий – и даже к тому, что это последний чай с бутербродами в его жизни.
– Да расслабься ты. Мы с тобой буквально братья по несчастью. А значит, должны помогать друг другу, – сказал незнакомец, ставя на стол доску с кусками колбасы и сыра. – Кстати! Забыл совсем. Меня Игорь зовут.
– Булов. Фёдор Дмитриевич. То есть Дмитрий Фёдорович, – налоговик никак не мог прийти в себя после такого знакомства.
– Да хватит нервничать! Пей чай, кушай колбаску. Всё хорошо будет. Причём скоро. Тока ведьму убьём.
На этих словах Дмитрий Фёдорович подавился чаем. И если обычно этим и заканчивалось, то на сей раз он умудрился пролить немного кипятка прямо на штаны. Булов взвыл от боли и очередной неожиданности.
– Классика, – философски изрёк Игорь, жуя кусочек сыра. – Сглазили тебя. И очень качественно сглазили, скажу. Прям на оба глаза.
– Интерпретация случайных стечений обстоятельств подобным образом является противоречием здравому смыслу.
– Ну и загнул! А нормально говорить можешь? Я же простой антиведьмак. В общем, сглаз на тебе. Не смертельный, но неприятный – ты, скорее, сам в петлю полезешь. Понимаешь, чем тебе больнее, тем меньше с тобой творится разной фигни. Вот сейчас ты обжёгся. И это хорошо! Значит, ничего эдакого в ближайшее время не случится.
– Интерпретация случайных стечений обстоятельств…
– Да прекрати ты нести эту чушь! Слушай, что тебе прошаренные в этом вопросе говорят. Меня ведь тоже так проклинали. Ей-богу! Еле выжил. Тоже антиведьмак помог. Мы ведьму, которая мне подгадила, в пруду притопили. И как рукой сняло! Я потому и решил сам антиведьмаком стать – таким же бедолагам помогать. Ну а ещё убивать ведьм весело! Тебе понравится.
Дмитрий Фёдорович в этом сомневался. В чём в этом? Да во всём! И в том, что это сглаз, и в том, что убивать – весело.
– Убийство по предварительному сговору является тяжким преступлением и карается…
– Кажется, я понял, за что тебя так. Да говори ты уже по-человечески! Кстати, а не подскажешь, кто именно тебя сглазил? Ну, кто на тебя недавно смотрел самыми страшными глазами в твоей жизни?
– Калинина Маргарита Умировна, – не задумываясь, ответил Дмитрий Фёдорович.
– Кто?! – удивился Игорь.
– Баба Мара. По крайней мере, именно так в моём присутствии её именовали окружающие.
– А-а-а-а! О-о-о-о… Ну ты и попал. Там же не деревня, а целая ведьмачья крепость! Придётся тебе убивать ведьму одному. Но не боись! Я научу как. Эт не сложно.
Подобная концепция с трудом укладывалась в голове у Дмитрия Фёдоровича. Вот так просто пойти и кого-то убить? Невозможно! Да и в существование какого-то там сглаза налоговый инспектор не очень-то верил.
– Настоятельно рекомендую воздержаться от подобных предложений. Также вами в обязательном порядке должно быть совершено действие по избавлению моей квартиры от своего присутствия.
– Жесть! Если бы я мог, сам бы тебя проклял за такие ругательства! Ладно. Вот моя визитка. Когда совсем припрёт, звони. – Игорь положил на стол кусочек бумажки.
Затем встал, молча забрал с собой весь сыр и удалился, недовольно хлопнув входной дверью.
Совершенно незаметно со стола исчезла колбаса. Дмитрий Фёдорович так глубоко задумался, что не заметил, как съел абсолютно всё. Прав ли этот странный антиведьмак? Или он какой-то мошенник? Налоговик не мог понять, как проверить слова Игоря.
Снова зазвонил телефон.
Это был начальник, который требовал немедленно явиться на работу. И как бы Дмитрий Фёдорович ни жаловался ему на самочувствие (и вообще у него больничный), тот оставался непреклонен и грозил увольнением. Булов от расстройства ударил кулаком в стену. Силу он не рассчитал от слова совсем, и от боли перед глазами запрыгали чёрные мурашки.