напоить. Что именно едят драконы? У Лены было немало вариантов: в книгах, которые ей доводилось читать, драконы ели неосторожных овец и коз, оленей или коров. Некоторые, более изысканные в своих предпочтениях, довольствовались отбивной котлеткой и несколькими пинтами эля в таверне, куда их с почестями пускали в компании героев в стальной броне. Иные же не брезговали прекрасными девицами. «Прекрасная девица – это я», – с замиранием сердца подумала Лена: «Он спланировал рядом со мной, потому что хотел меня съесть».
Мысль была неожиданно приятной, несмотря на предположительный риск быть съеденной, потому что Лену – худощавую, чрезмерно веснушчатую, с торчащими костлявыми коленками – мало кто (кроме разве что мамы и папы) назвал бы прекрасной.
Впрочем, от этой версии пришлось отказаться, когда Лена вспомнила, с какими словами обратился к ней дракон. Редко кто осведомится о своем местоположении у того, с кем уже через мгновение собирается расправиться.
«Он испугался, – подумала Лена. – Не понял, где оказался, и испугался. Возможно, притворился, чтобы его не тронули. Или и вправду упал в обморок от страха». Мысль о многометровом драконе, лишившимся чувств, заставила Лену хихикнуть, но к ней быстро вернулась серьезность: она вспомнила о нем, лежащем прямо сейчас на полу ангара, связанном и обездвиженном, и ей стало очень грустно.
«Ведь никто, кроме меня, не знает, что он разумен и умеет разговаривать, – думала Лена, поднимаясь по ступенькам и доставая ключи из рюкзака. – Все думают, что он опасен, и никто не попытается с ним поговорить». Мысль о том, чтобы рассказать взрослым о том, что она слышала, как дракон разговаривает, Лена отмела сразу: они наверняка ей не поверят.
Вот так, за поеданием разогретых в микроволновке макарон с сосисками, Лене пришла в голову самая простая и естественная мысль: нужно пойти в старый ангар (это будет нетрудно, ведь они с ребятами не раз пробирались туда, чтобы поиграть) и побеседовать с драконом. Вероятно, он окажется напуган куда больше, чем она, и с ним легко будет договориться.
На автомате отвечая на расспросы родителей и готовясь ко сну, Лена в красках представляла себе, как появляется в городке вместе с прирученным драконом, вызывая восхищение и уважение тех, кто прежде не замечал ее или не видел в ней ничего, заслуживающего внимания.
Уже видя себя верхом на крылатом ящере, Лена начала засыпать, когда прозвенел предусмотрительно поставленный на полночь будильник. Сон как рукой сняло, и, торопливо одевшись, Лена быстро и бесшумно набила школьный рюкзак всем, что могло пригодится для ночной операции. Перочинный ножик для походов по грибы вряд ли помог бы перерезать автомобильные тросы, но и идти без ножа казалось неразумным. Теплая кофта, сверток с бутербродами и фонарик – и Лена была готова.
Дом спал. Он вздыхал и поскрипывал досками, ворочаясь во сне. Проходя мимо родительской спальни, девочка старалась двигаться совершенно бесшумно, привычно минуя самые скрипучие половицы. Родители не проснулись.
Ехать на велосипеде до старого ангара было всего ничего – через коттеджную часть поселка, а потом полем. Обычно, отправляясь на ночные прогулки с друзьями, целью которых был ангар или лесное озеро за ним, Лена очень боялась именно этой части пути. Коттеджи казались огромными хищными зверями, настороженно присевшими перед прыжком, и, проезжая между ними, Лена старалась не смотреть по сторонам. Поле встречало ее сотней запахов влажных трав и цветов, шелестом и щелканьем, кваканьем и шипеньем – изо всех сил крутя педали и пригибаясь к рулю, Лена тихонько взвизгивала от восторга и страха, зная, что уже через десять минут минует пустую, пугающую темноту и присоединится к толпе возбужденно хохочущих мальчишек и девчонок.
На этот раз все было иначе – все ее мысли были заняты только целью поездки. Страх и ожидание удивительного приключения боролись друг с другом, и, занятая мыслями о встрече с драконом и продумыванием деталей разговора с ним, Лена не думала ни о коттеджах, ни о поле, ни об опасностях, которые могли бы подстерегать ее в темноте.
Подъехав ближе к ангару, Лена заметила полицейскую машину, стоявшую рядом со входом. Неподалеку маячило несколько оранжевых огоньков: полицейские, чьих лиц она не могла различить, курили и негромко разговаривали, коротая ночную вахту. К счастью для Лены, подъехавшей к ангару с другой стороны, они ее не заметили. Осторожно уложив велосипед в высокую траву, Лена скользнула в густые заросли жасмина, за которыми находился надежно укрытый ветвями лаз в ангар, куда не смог бы пролезть взрослый, но с легкостью пробирался ребенок.
На мгновение девочке стало жутко – вглядываясь к темноту внутри ангара, она уже понимала, что не воспользуется этой последней возможностью отступить. И все же ей было страшно. Лена сделала глубокий вдох, прежде чем протиснуться в лаз – оказывается, с прошлой осени она подросла сильнее, чем ожидала.
Ангар встретил ее темнотой гораздо более густой, чем темнота снаружи, и потому Лена не сразу увидела, что в центре ангара, где она ожидала увидеть связанного дракона, никого не было. Но постепенно глаза девочки привыкли к нехватке света, и она растерянно огляделась по сторонам – ничего, кроме куч хлама, сдвинутых ближе к стене. Крохотными шажками Лена продвигалась ближе к центру ангара, пока не споткнулась об обрывки автомобильных тросов. «Он разорвал их, – холодея, подумала она. – Ему совсем нетрудно было их разорвать. Но если он освободился, то где он?»
Словно отвечая на ее безмолвный вопрос, ближайшая к ней куча хлама едва заметно шевельнулась:
– Здравствуй.
Голос дракона был низким, и Лена снова различила в нем шипение. А потом дракон двинулся вперед. Его глаза неярко засияли в темноте зеленым, как кошачьи, и Лена впервые подумала о том, что, возможно, совершила большую ошибку, придя сюда. Закричать она не успела: заметив в ее глазах страх, дракон стремительно бросился вперед. В мгновение ока он ухватил Лену поперек туловища передней лапой, а затем, взмахнув упругими парусами-крыльями, поднялся в воздух. С протяжным криком, похожим на птичий, дракон пробил крышу ангара спиной с такой легкостью, словно она была сделана из слюды, и поднялся в ночное небо, стремительно набирая высоту.
Все произошло так быстро, что полицейским, караулившим вход в ангар, понадобилось несколько мгновений на то, чтобы среагировать и начать стрелять. Этих мгновений оказалось вполне достаточно для того, чтобы дракон скрылся из виду, улетев по направлению к лесу. Впрочем, это было к лучшему – если бы полицейским удалось ранить или убить дракона, уже набравшего достаточно большую высоту, его падение определенно закончилось бы для Лены очень плохо.
К чести Лены, оказавшейся в беспомощном положении болтавшейся в воздухе пленницы, она не утратила возможности думать. Впрочем, мысли, посещавшие ее, были неутешительны. «Сейчас он разожмет лапу, – подумала Лена, чувствуя, как что-то в ее животе холодеет и сжимается, а на глазах закипают слезы. – Разожмет лапу и бросит меня вниз. Он поднимает меня выше, чтобы убить».
Но дракон держал ее крепко, и Лена немного успокоилась – настолько, насколько это вообще возможно, когда похитивший тебя дракон летит в сторону леса, а деревья, проносящиеся внизу, кажутся маленькими, как брокколи. Лапы, державшие ее, оказались неожиданно мягкими, и Лене не было больно, несмотря на то, что дракон сильно сжимал пальцы. Когда они пошли на снижение, Лена зажмурилась: земля приближалась слишком стремительно, и девочка успела подумать, что ее похититель камнем падает вниз, не управляя полетом.
Однако дракон стал снижаться плавно, сужая круги, и Лена успела рассмотреть маленькую полянку, которую, очевидно, дракон наметил своей целью. Приземление отозвалось упругим толчком, и на мгновение весь мир встал с ног на голову, а Лена мягко приземлилась в кучу сухой листвы. Некоторое время она лежала неподвижно, каждую секунду ожидая, что дракон бросится на нее, но ничего не происходило. «В конце концов, лежать здесь бесконечно просто глупо, – подумала девочка. – А значит, придется встать». Так она и сделала.
Дракона рядом с ней не было, но Лена не обманывалась, понимая, что он находится где-то неподалеку. Оставаться на месте было страшно, как и бежать в лес – в темноте, не зная, куда, поэтому Лена осталась на месте и нащупала в кармане куртки свой бесполезный ножик. Крепко стиснув его в кулаке, она почувствовала себя немного увереннее.
Громкое хлопанье крыльев известило ее о возвращении дракона – в лапах он сжимал большую охапку веток.
– Не бойся, маленькая леди, – сказал дракон, очевидно, стараясь, чтобы его голос звучал успокаивающе. – Я не причиню тебе зла. – С этими словами он осторожно опустил ветки в углубление в центре поляны и выпустил на них медленную, прицельную струю пламени. Через мгновение посреди полянки запылал веселый костер.
– Ночами здесь довольно холодно, как я погляжу, – светски заметил дракон. – Прошу, располагайся.
Лена опасливо подошла ближе к огню. Костер был огромен, и очень скоро ей стало жарко. Настороженно поглядывая на дракона, она стянула куртку и расстелила ее на пятачке жухлой травы ближе к огню.
– Если ты голодна, я мог бы попытаться найти что-то в этом лесу. – Дракон смотрел на нее, не мигая. – Здесь наверняка есть кабаны, зайцы и прочие звери. Я и утку могу поймать.
– У меня есть бутерброды. – Лена попыталась ответить ему в тон, словно ее каждый день похищали и уносили в лес драконы, но из ее горла вырвался тоненький отчаянный писк, очень мало напоминающий ее обычный голос.
Несколько минут прошло в молчании.
– Интересно, – прервал его дракон, – скоро ли прибудет витязь или рыцарь?
Лена искоса поглядела на него:
– Витязь?
– Да. Там, откуда я родом, все так и происходит. – Дракон пристально всматривался в пламя, словно там можно было различить, скоро ли появится тот, кого он ждал.
– А откуда вы родом? – прошептала Лена.
Дракон моргнул.