нская война — это война на уничтожение. При обычном военном конфликте двух государств есть возможность разойтись по своим территориям, обозначить границы и, условно говоря, больше никогда не видеть своего нехорошего соседа. Если же конфликт касается жителей одной страны, прекратить конфронтацию чрезвычайно сложно.
Киев, вводя войска на территорию Юго-Востока — а подбивала и подгоняла его в этой ситуации администрация президента США Барака Обамы, прежде всего тот же самый Джон Байден, — совершил роковую ошибку. Гражданскую войну очень легко начать — но невозможно потом остановить. Дело в том, что возникающая на почве пролитой крови взаимная ненависть моментально разъедает сердца, становится главной доктриной деятельности враждующих сторон и людей на долгие годы. И хорошо еще, если на годы.
В худшем случае последствия будут ощущаться на протяжении десятилетий, и все это время будут совершаться разрушительные действия и сеяться ядовитые зерна вражды между вчерашними братьями, отравляя жизнь потомкам на многие поколения вперед.
Все попытки как-то объяснить украинским политикам и политологам, к чему это может привести, разумеется, не возымели действия. Ведь граждане Украины, так же как и граждане России, учились в одних и тех же советских школах и знали об истории Гражданской войны только то, что преподносилось советским агитпропом. Но по каким сведениям люди выстраивали в уме картину колоссальной трагедии, охватившей бывшую Российскую империю после революции и продолжавшейся с 1918-го по 1922 год? Трагедии, унесшей миллионы жизней и почти полностью разрушившей экономику и сельское хозяйство.
Первое — всегда говорилось о триумфальном шествии Советской власти. Разумеется, без объяснений того, что конкретно вкладывается в это определение. Второе — что на территории Украины пытались поднять голову разного рода враги и противники нового справедливого общественного строя. Лучше всего изучать этот момент по фильмам и книгам советского времени. О деятельности бандформирований рассказывает замечательный фильм «Адъютант его превосходительства» — в нем прекрасно показан атаман батька Ангел в исполнении Анатолия Папанова, на тачанке которого написана программа действий: «Бей белых, пока не покраснеют, бей красных, пока не побелеют». Кроме того, были какие-то махновцы и какие-то петлюровцы. Представление о петлюровцах может дать фильм «Дни Турбиных» по одноименной пьесе Михаила Булгакова с Басовым и Щербаковым в главных ролях, а также «Как закалялась сталь» по культовому роману Николая Островского, где есть выразительная сцена еврейского погрома, устроенного петлюровскими сечевиками. Ну а батька Махно получил свое воплощение во множестве кинолент, начиная от «Красных дьяволят» и завершая «Хождением по мукам», причем его образ обычно носил трагикомический оттенок.
На этом познания населения о драматическом, героическом и страшном периоде истории, именуемом Гражданской войной в России и на Украине, заканчивались. Так что, когда украинцам говорили: послушайте, самое последнее, что вы должны сделать, это развязать гражданскую войну, да еще и на Донбассе, — это никоим образом на них не действовало, да и не могло подействовать.
Украина, сформировав неонацистские батальоны в основном из выходцев из западных областей и отдав им целиком на откуп идеологию Организации украинских националистов, закрыла дверь за последней возможностью мирного урегулирования ситуации. Как только русских людей идут убивать и уничтожать, в них сразу просыпается очень сильное национальное чувство. Народ немедленно вооружается и дает отпор любому обидчику — что, собственно говоря, и произошло на Донбассе.
На что был изначальный расчет у американцев? Они считали, что там, на Донбассе, бузят какие-то десять-пятнадцать человек, их можно быстренько локализовать, и тогда уже никто не помешает Америке подчинить себе Украину и провести ее бандеризацию. Однако неувязочка заключалась в том, что бунт против киевской хунты подняли вовсе не десятки и даже не сотни, а тысячи, точнее, десятки и сотни тысяч людей. А что это означает? Означает, что недовольство политикой Киева выразил народ — тот самый народ, который, в принципе, в 2004 году уже сорвал попытку окончательно завершить историю бандеризации Украины. Тогда, напомню, жители Донбасса, осатаневшие от выходок киевских властей, стали собираться вместе и в итоге двинулись маршем на столицу, намереваясь положить конец безобразию в высшем эшелоне украинской политики. Когда было пройдено уже полпути, в украинской столице перепугались, в дело вмешалось посольство Соединенных Штатов, протестующих начали уговаривать, выдвигать встречные предложения. Пообещали провести справедливые демократические выборы и тому подобное. Марш был остановлен. Что случилось потом, все прекрасно знают: в историю Украины эти события вошли как «оранжевая революция».
Развязав войну против собственного народа, Украина — с согласия и при поддержке Соединенных Штатов — целиком и полностью погрузилась в этот разрушительный процесс. При этом никто, буквально ни один человек не задавался ключевым вопросом: друзья, а что, собственно, будет с украинской экономикой? Заметим, что этот вопрос регулярно поднимался именно членами российского экспертного сообщества. Американцы сказали примерно следующее: нам важно, чтобы Украина была целостной и независимой. Это все, конечно, замечательно, но ни одно государство в мире не может существовать без экономики. Деятели из госдепартамента по этому поводу молчали. Ведь в их планах, в их понимании — а русская весна в определенном смысле реинкарнировала новую базу холодной войны — Украина должна была стать второй Прибалтикой. Да, конечно, прискорбно, что здесь слишком большое население — на тот момент около сорока миллионов человек, — территория для Европы просто гигантская, однако всегда можно пойти по примененной в Прибалтике схеме. Что это означает? Во-первых — ликвидацию всего экономического потенциала страны. Во-вторых — значительное сокращение числа граждан. В-третьих — полную и абсолютную вассальную зависимость государства от его подлинного хозяина. Этот хозяин конечно же находится на Западе.
Теперь посмотрим внимательно, что произошло с Украиной. Начнем с экономики. Сегодня некоторые украинские политики — разумеется, оппозиционные, я это подчеркиваю, официальные ни о чем таком даже не думают — высказывают парадоксальную на первый взгляд мысль: вот когда все это рухнет, снова станет хорошо. А хорошо станет потому, что Украина опять подружится с Россией, восстановит экономику и будет жить, как встарь, то есть как при Советском Союзе, когда уровень жизни в Украинской ССР был одним из самых высоких среди союзных республик.
Я таких мечтателей должен очень сильно огорчить. То, что сотворили Соединенные Штаты Америки в рамках реализации программы запуска нового витка холодной войны, подразумевает, что с экономикой Украины возникают огромные проблемы. Сразу после того, как киевские власти начали самым решительным образом рвать все торгово-промышленные связи с Москвой, Россия в порядке решения вопросов с импортозамещением стала открывать те же самые производства на своей территории, переманивая к себе украинских специалистов на Востоке. А что это означает? Если завтра Соединенные Штаты скажут: всё, мы наигрались с вами, теперь делайте что хотите, нам вы больше не интересны, — а украинские власти решат вдруг быстренько восстанавливать экономику, то окажется, что… восстанавливать-то нечего! Существовавшую ранее модель придется, по сути, выстраивать заново. То есть идти ровно тем же путем, которым пошли большевики, когда в середине 1920-х годов с самого начала выстраивали экономику Советской Украины. С воспроизведением всех великих строек тогдашнего времени — Днепрогэса, металлургических, химических и машиностроительных промышленных комплексов в Запорожье, и так далее, и так далее. Потянет ли это разоренная Украина?
Это первая проблема. Вторая — массовый отток населения. Согласно последним статистическим данным, опубликованным на Украине, пятьдесят два процента жителей, в основном молодежь, мечтают покинуть страну. При этом, согласно оценкам СБУ, около шестидесяти семи процентов населения являются в той или иной мере сепаратистами. Иначе говоря, жителям Украины предлагается покинуть территорию, на которой они сейчас живут. Тем, у кого русофильские настроения, следует ехать в Россию, тем, кто настроен проевропейски, — выезжать в Европу. А территория остается. Во что она превращается, будучи освобожденной от жителей? В Дикое Поле? Она становится, как сказали бы в 1919 году, неким санитарным кордоном между азиатской, варварской Россией и культурной цивилизованной Европой. Судьба народа при этом абсолютно никого не волнует, даже судьба, если угодно, нации в политическом значении этого слова тоже никого не тяготит. Выбор сделан. Украина должна сыграть на антирусском, русофобском поле ту же роль, что и Прибалтика.
Третий момент. Что вообще делать с украинским государством как таковым? А его судьба опять же никого не волнует. Обратите внимание — при полном одобрении Соединенных Штатов Америки Польша на полном серьезе начинает говорить, что неплохо бы вернуть ей восточные территории, так называемые Восточные Крессы, которые являются не чем иным, как западными областями сегодняшней Украины. И даже рисует эти земли на своих картах как входящие в состав польского государства. Венгрия столь же серьезно говорит, что Закарпатье, вероятно, слишком загостилось на территории Украины. Было бы правильнее и разумнее, с точки зрения исторической справедливости, возвратить этот регион в лоно Венгрии, где он когда-то находился. Румыния также считает, что часть ее земель оказалась незаконно отторгнутой и сейчас числится в составе Украины без каких-либо оснований. А тут и Словакия вспомнила, что в Украине ее земли тоже есть.
Такие разговоры звучат все громче и громче. А почему? Да потому что очевидно — украинский эксперимент в том виде, в каком он затеян Соединенными Штатами Америки, в формате холодной войны, утопичен по определению. Санитарный кордон ведь в принципе можно создать и проведя границу по Киеву — для этого не обязательно удерживать в составе страны территорию всей Западной Украины, если ее вполне можно разделить между другими государствами, которые являются абсолютными союзниками США в этой ситуации. Я скажу больше — тем самым эти государства получают от США дополнительные площади и территориальные преференции. Что же в этом случае остается самой Украине? Украине говорят: а вы воюйте! Ваша главная задача — создавать максимальную напряженность на границе с Россией. Что, собственно, украинские власти и делают, поскольку другого варианта у них все равно нет.