К концу своего пребывания на посту президента Обрегон решил поддержать в качестве своего преемника Плутарка Элиаса Кальеса, лидера восстания в Агуа-Приете, министра обороны в правительстве Уэрты и министра внутренних дел в своем. Помимо того что он был опытным политиком с многочисленными связями и сильной поддержкой со стороны организованных народных масс, как военный, он опирался на армейские круги. На этот пост было много претендентов, особенно среди военных. Это не могло не привести к восстанию, во главе которого стояло несколько человек, но основным претендентом был бывший президент, затем министр финансов Адольфо де ла Уэрта. Возможный исход определялся рядом факторов. Во-первых, в середине 1923 г. был убит Панчо Вилья, который, скорее всего, выступил бы на стороне Уэрты, что оставило мятежников без популярного военного каудильо. Во-вторых, между мексиканским и американским правительствами существовала договоренность о взаимном признании и выполнении «Договоров Букарели». С другой стороны, если Уэрта располагал поддержкой лишь части армии и «политического класса» в лице Национальной кооперативной партии, то Обрегон и Кальес опирались на США, на подавляющее большинство политических и военных кругов, а также на многочисленные крестьянские и рабочие организации. Этот конфликт преподал ряд уроков. Первый состоял в том, что восстания в Агуа-Приете и выступления сторонников Уэрты, связанные с выборами, ясно показали, что бывшие революционеры должны регламентировать разделение постов, получаемых в ходе избирательного процесса. Второй выявил необходимость деполитизации национальной армии и создания национального гражданского института, который стал бы основным политическим институтом страны. Третий продемонстрировал необходимость поддержания хороших отношений с США.
Плутарко Элиас Кальес, будучи соратником и последователем Обрегона, тем не менее был в меньшей степени милитаристом и в большей — политиком. Поэтому его правление с конца 1924 по конец 1928 г. было связано с процессом институционализации, цивилистской деятельностью и отмечено столкновением с католической церковью. Особенностью его правления стало двоевластие, воцарившееся в результате того, что Обрегон сохранил свое влияние в обществе. Кальес поставил перед собой задачу обеспечить порядок и придать рациональность всему процессу постреволюционных преобразований. Для этого им были разработаны нормы и правила, а значит, введены определенные ограничения, которые проводились в жизнь через национальные комиссии — Аграрную, Банковскую, Комиссию дорог и ирригации. Кальес также стремился возродить экономику и внести в нее порядок путем создания банковских институтов, например Банка Мексики и Банка сельскохозяйственного кредита, а также обеспечить правительство финансовыми средствами, более эффективно используя нефтяные доходы и совершенствуя налоговую систему. В аграрной сфере Кальес был сторонником эффективной средней собственности и больше, чем в распределение земель, верил в ирригацию, финансирование и использование новых технологий как инструментов решения проблем крестьянства. Что касается рабочих, то он предложил взаимную помощь крупным профцентрам трудящихся, в частности Региональной рабочей конфедерации Мексики. Восстания в Агуа-Приете и уэртистов привели Кальеса к необходимости сокращения, деполитизации и реорганизации революционной армии. Эту работу проводил один из его основных сторонников, Хоакин Амаро.
Правительство Кальеса в своем стремлении расширить и консолидировать государство невольно вступало в крупные конфликты с другим институтом, имеющим общенациональное значение, — католической церковью. Конфликт был очень серьезным, так как касался соперничества между ними в сфере культуры, образования, общества, политики и контроля над населением. Столкновения приняли вооруженный характер и вылились в так называемую «войну кристерос». Этот конфликт, длившийся почти три года (с конца 1926-го до середины 1929 г.), привел к упадку в сельском хозяйстве нескольких центральнозападных штатов: Халиско, Колины, Мичоакана, Гуанахуато, Керетаро, Агуаскальентеса и Сакатекаса. Кристерос не только защищали свою веру. Как правило, они были выходцами из районов с большим количеством помещиков, которые видели в аграрной реформе больше угрозу, чем перспективу. К тому же они чувствовали порабощающее их присутствие северян почти на всех правительственных постах. Была заметна их военная слабость: они не смогли сформировать армию с единым центром управления и координацией всех ее частей. Скорее, можно было говорить о местных силах обороны, возглавляемых соседями с небольшим или вообще нулевым военным опытом. Были у них и экономические трудности, поэтому и вооружены они были плохо. Они не смогли заключить союз со своими городскими сторонниками — Национальной лигой защиты религиозной свободы. И наконец, они были атакованы правительственной армией и организованными силами рабочих и селян. Несмотря на то что у них не было достаточного количества сил для разгрома правительства, все же было очевидно, что кристерос победить не так просто. Конфликт привел к внутренней нестабильности в регионе. Правительство вынуждено было начать переговоры с церковными иерархами, которые пошли на соглашение и отказались от прямого участия в политике в обмен на то, что со своей стороны правительство откажется вводить в действие наиболее якобинские статьи Конституции 1917 г.
Это соглашение явилось одним из факторов, оказавших наибольшее влияние на постреволюционное умиротворение.
Памятник Революции в Мехико (1938). Современное фото.
Срочно пойти на мирные соглашения с кристерос нужно было и по конъюнктурным соображениям: в 1929 г. должны были пройти особенные президентские выборы. Каудильо Обрегон сумел добиться изменения Конституции с тем, чтобы она разрешила повторное избрание на президентский пост после перерыва. Основываясь на принципе переизбрания, два высших военных чина, близких к самому Обрегону, начали оппозиционную кампанию, но вскоре были убиты. Общество, болезненно переживавшее эту ситуацию, лихорадило. Позднее, уже будучи избранным на президентский пост, Обрегон тоже был убит одним воинствующим католиком. Потеряв каудильо, постреволюционная политическая система лишилась своего великого кандидата, своего единственного арбитра. Дилемма состояла в том, чтобы ждать прихода нового каудильо или создавать специальный институт со своими функциями. Политический кризис, вызванный убийством столь популярного человека, был крайне тяжелым. Чтобы выйти из него, было недостаточно выдвинуть другого кандидата и организовать новые выборы. Предвыборные восстания 1920 и 1924 гг. и убийства трех кандидатов в 1928 г. говорили о том, что надо сделать выборы цивилизованными и создать институт, который смог бы объединить, организовать и дисциплинировать всех экс-революционеров, регламентируя процесс отбора кандидатов на выборные посты. Такой политический институт — Национальная революционная партия — был создан в марте 1929 г. С созданием этой партии, с окончанием войны кристерос и институционализацией армии закончился «суровый» период мексиканской революции и начался новый этап истории страны, пока несвободный от перемен и проблем, но характеризующийся социальным согласием и политической стабильностью (хотя и без подлинной демократии) и несколькими десятилетиями экономического роста.
Глава 7ПОСЛЕДНИЙ ПЕРИОД (1929–2015)Луис Абойтес Агилар
НА ПРОТЯЖЕНИИ РАССМАТРИВАЕМОГО В ЭТОЙ ГЛАВЕ ПЕРИОДА мексиканское общество подверглось глобальным преобразованиям, таким же глубоким и радикальным, как те, которые последовали за прибытием в 1519 г. испанцев. Без сомнения, самым значительным из них стал переход от сельского общества к городскому, происходивший на фоне необычайного роста населения. Периоды экономического процветания способствовали тому, что удельный вес промышленности и сферы услуг в экономике вырос, превысив долю сельского хозяйства и горнодобывающей промышленности. Немаловажное значение имели изменения в политической жизни страны. Властям удалось добиться политического урегулирования, которое сделало возможным длительную стабилизацию.
Авторитарный режим, центральной фигурой которого являлся президент республики и официальная партия, прибегал к переговорам, также и к репрессиям, чтобы сохранить свое господство. В конце XX века в стране одновременно происходили и спад в экономике и ослабление авторитарного режима. Однако обществу удавалось сохранять устойчивую тенденцию к продолжению роста городского населения и политическую стабильность.
События, происшедшие на мировой арене за эти десятилетия, коснулись мексиканского общества в гораздо большей степени, чем за все предыдущие века. В наибольшей степени на страну оказали влияние экономический кризис 1929 г., Вторая мировая война и реформы 1980-х годов, приведшие к демонтажу общества благосостояния. Мексиканцы в разной степени страдали, извлекали выгоду, адаптировались, терпели или использовали эти события, но мало что могли сделать, чтобы повлиять на их ход.
Мировой кризис и политическая реорганизация
Осенний кризис 1929 г. на фондовой бирже Нью-Йорка вверг большую часть мира в экономическую депрессию, из которой удалось выйти лишь спустя годы. Цены на товары, а вместе с ними и мировая торговля буквально рухнули. Закрытие предприятий привело к безработице среди миллионов рабочих и служащих в различных странах. В Мексике кризис привел к сокращению экспорта и импорта, что сказалось на доходах федерального правительства, в значительной степени формировавшихся за счет внешней торговли. Безработица в наибольшей степени затронула отрасли, связанные с мировым рынком, например горнодобывающую промышленность Севера. Кроме того, 1929 год оказался очень засушливым, поэтому большая часть мексиканского населения, продолжавшая жить в деревне и заниматься сельским хозяйством, оказалась в трудной ситуации.