Но так ли это?
Признаюсь: это, возможно, самая трудная для меня тема. Она вызывает во мне наибольшую неуверенность. Наибольший стыд. И сделаю еще одно признание. Я долго думал, насколько откровенным готов быть и почему. Тема эта беспокоит меня, я страшусь возможного осуждения и унижения. Она наполнена болью и раскаянием.
Одной главы не хватит, чтобы подробно рассмотреть и изучить ее, но я надеюсь открыть дверь для более широкого обсуждения этой чувствительной и часто табуированной сферы, создать пространство для вопросов и таким образом запустить процесс исцеления. Не каждого моя история заденет за живое — ведь это только моя история. Тем не менее одни и те же темы волнуют многих из нас, идущих по жизни с ранами и травмами; отличаясь по масштабу, они влияют на наши решения, связи и общее ощущение счастья.
Мужчинам внушают, что секс — это то, в чем они должны быть особенно уверены. Но для многих мужчин это не так. Нюансы этих установок варьируются в зависимости от таких факторов, как возраст, раса, религия и культура. И они выстраивают те рамки, в которые, по моему ощущению, — и я до сих пор чувствую это в определенной степени — мужчине необходимо уместить себя, чтобы считаться «настоящим», ведь именно «сексуальный мужчина» и есть «настоящий».
Я всегда намеревался дождаться свадьбы, чтобы заняться сексом (то есть совершить половой акт), так как хотел сберечь девственность для той, с которой решу провести всю свою жизнь. И независимо от того, был ли у меня секс, на меня до сих пор давит необходимость быть постоянно готовым к роли короля спальни, иметь пенис определенных формы и размера и каким-то образом интуитивно знать, что нужно делать в любой ситуации, которая может возникнуть на пути от флирта до полового акта и на всех промежуточных стадиях. В том, что касается секса, ошибкам нет места. По крайней мере, общество хочет, чтобы мы так думали. Но как мы в предподростковом возрасте, да и позже, должны осваивать все эти навыки и изучать собственную сексуальность? Есть какое-то негласное правило, согласно которому мы, мальчики, рождаемся с этим багажом, а все нужное уже записано в нашей ДНК? Или нам полагается приходить в этот мир с одинаковыми знаниями и уровнем уверенности? В одном я убежден: здоровое сексуальное воспитание не возникает из интимных бесед с друзьями и не приходит от родителей или учителей, особенно если семья консервативна либо религиозна. А раз это не идет от тех, кого мы знаем, то какого черта все выглядят такими осведомленными в сексуальных вопросах? Или это просто болтовня? Кто-то из нас действительно чувствует себя уверенно и комфортно в отношении собственной сексуальности с подросткового возраста или мы просто изображаем это и подсматриваем приемчики в порнографии, фильмах и рассказах тех, кто притворяется более опытным? Какую культуру мы ни создали бы, последовательная травля и цензура, возникающие в ней, снова и снова нагружают нас, мужчин, стыдом, который мы даже не осознаём подавляющую часть времени. Мы испытываем стыд, потому что чувствуем себя неполноценными, думая, будто все вокруг осведомлены, будто другие парни разбираются в этом с рождения и, следовательно, отлично помещаются в рамку «достаточно сексуального» мужчины. Но достаточно — для кого?
Я сомневаюсь, что существует много мест, куда мальчик мог бы обратиться, чтобы разобраться с передаваемыми из поколения в поколение мифами о «полноценности» мужской сексуальности. У одних мальчиков половое созревание начинается раньше, у других — позже, но по мере того, как тестостерон наполняет наши тела, мы просто стремимся подтвердить свою «нормальность» или хотя бы получить наглядное представление о том, что все хорошо. Конечно, бесчисленное множество сайтов и статей готовы рассказать нам о том, каков средний размер эрегированного пениса и что такое эректильная дисфункция или преждевременная эякуляция, обучить нас альтернативным способам удовлетворения партнера — но они в основном пытаются продать нам продукт, способный «исправить» ситуацию, в которой мы чувствуем себя неуверенно. А какие еще имеются варианты? Представьте себе: вы шестнадцатилетний мальчик, который задает кому-то из своих друзей очень интимный вопрос о чем-то связанном с сексом, о чем-то, в чем вы не уверены. Черт возьми, нет. Потому что, как мы знаем, даже сам вопрос — это уже знак того, что ответ вам неизвестен, следовательно, вы неполноценны как мужчина и можете быть мишенью для атаки.
Приведу несколько фактов о мужчинах, пенисах и сексуальных травмах.
• Большинство мужчин считают, что их пенис меньше среднего размера. Поделюсь, вдруг вам любопытно: согласно одному исследованию, средний размер эрегированного члена составляет тринадцать сантиметров, и это далеко от тех представлений, которые нам внушаются.
• Эректильная дисфункция средней и легкой тяжести растет пропорционально возрасту: примерно 10% мужчин прибавляются к статистике с каждыми десятью годами возраста (так, она есть у 30% тридцатилетних, у 50% пятидесятилетних и так далее).
• Один из пяти мальчиков в возрасте до десяти лет подвергается сексуальному насилию (и это только зарегистрированные случаи); практика показывает, что насильником часто выступает кто-то из близких (член или друг семьи, тренер, вожатый, священник), и сексуальное развитие таких подростков проходит наиболее тяжело и болезненно. Если вы играете в баскетбол, то это как минимум один ребенок из стартовой пятерки или двое из всей команды (и, конечно, одним из них можете быть вы сами); если вы играете в футбол, то это почти десять ваших товарищей по команде.
Последний факт трогает меня не только как человека и отца; за последние годы сразу несколько моих ближайших друзей-мужчин признались, что подвергались насилию в детстве и в подростковом возрасте. Об этом сейчас говорят, но недостаточно, особенно в свете множества групповых судебных процессов против таких мощных организаций, как «Бойскауты Америки» и Католическая церковь. Сколько еще знакомых нам мужчин становились жертвами сексуального и иного насилия, но до сих пор хранят молчание? Сколько мужчин, ежегодно кончающих с собой, подвергались насилию в детстве и жили с этим стыдом и травмами до того дня, когда жить дальше стало невозможно? Сколько мужчин, бывших когда-то невинными детьми, были изнасилованы и теперь, не найдя выхода для своей боли, лишенные помощи, во взрослом возрасте повторяют цикл или пытаются заглушить боль наркотиками, лекарствами или жестокостью? Страдающие люди причиняют страдания, но в дискуссиях о мужественности этого предмета касаются редко. Вместо того чтобы рассказать о проблемах, которые окружают сексуальную сферу, нам рассказывают лишь о том, как получить больше секса, когда его можно получить и как сделать секс незабываемым.
На более элементарном уровне доступно крайне мало информации о том, что ежедневный стресс, давление обстоятельств, под которым живут многие, и тревожность напрямую влияют на способность и готовность тела к сексу. Нам не говорят, что либидо различается куда больше, чем размеры пенисов, что каждый пятый мужчина признаётся в низком влечении к сексу, в преждевременной эякуляции, а также в задержке эякуляции (которые случаются рано или поздно с любым) и что все это тесно связано с нашим психическим и эмоциональным состоянием. Как правило, единственное пространство, в котором все эти темы поднимаются, — это комедии и сатиры на темы «стояка», а также унизительные, но часто забавные истории из комиксов, использующих неудобные вопросы, чтобы вызвать смех. Готовясь к написанию этой книги, я изучил результаты огромного количества исследований и выяснил: если я действительно хочу достучаться до мужчин, мне нужно обернуть свои мысли в шутливую оболочку, чтобы мужчины восприняли их. Но ведь в какой-то момент необходимо перестать шутить о вещах, которые делают нам больно. Смех — это защитный механизм, и чем больше мы смеемся, тем менее серьезно относимся к тому, над чем смеемся. Почему мы любим и тянемся к комикам, которые высмеивают свои проблемы и травмы? Потому что находим нечто общее с собой, потому что знаем: во всем этом есть зерно истины, и намного проще смеяться над чужим затруднением, чем над своим. Как гласит поговорка, «в каждой шутке есть доля правды». Но в основном мы смеемся потому, что с самого юного возраста нас научили: единственный приемлемый способ обхождения со своими слабостями и слабостями других парней — это смех.
К кому же мы обращаемся за ответами на по-настоящему болезненные вопросы о своем сексуальном здоровье? Конечно, к Google, ведь все, что написано в интернете, — правда. Статья в Esquire от 2017 года перечисляет десять самых частых запросов в Google о сексе:
1. Где находится точка G?
2. Как довести женщину до оргазма?
3. Можно ли вылечить герпес?
4. Как избавиться от генитальных бородавок?
5. Что такое гонорея?
6. Как увеличить пенис вручную?
7. Как измерить пенис?
8. С какого возраста можно покупать презервативы?
9. Как вставить мужской орган в женский орган?
10. Сколько продолжается секс?
Как печально, что мы создали культуру, в которой единственным не унизительным способом спросить о сексе (о том, благодаря чему жизнь продолжается на этой идущей к черту планете) является обращение к поисковой системе, чьи алгоритмы стараются продать нам что-нибудь для «поправки» проблемы или подкрепления нашей неуверенности — собственно, заставившей нас гуглить!
Итак, я собираюсь говорить на эту тему (как и на другие в этой книге), потому что существующие установки и принятая сегодня модель поведения в моем случае не работают и никогда не помогали мне стать тем мужчиной, которым я хотел быть. А в процессе своего исследования я к тому же пришел к выводу, что все это не работает и для большинства людей.
Хотя мне повезло избежать таких травм, какие получил каждый пятый мальчик, я несу багаж собственного опыта, начинавшегося с безобидного любопытства и переросшего в стыд и пристрастие. На моих плечах — тяжесть лет, проведенных в попытках сгладить эффекты того, что я могу назвать «Сексуальным недообразованием Джастина Бальдони».