Когда перед вами такое обширное и универсальное понятие, как любовь, кажется правильным разобрать его на аспекты и рассмотреть каждый в отдельности. Моя религия учит, что у каждого духовного закона, данного нам Богом, есть физический близнец, помогающий нам понять его. Именно поэтому, когда мы говорим о любви, на которой построены все религии мира и которая имеет важнейшее значение в наших писаниях (в них сказано: «любовь с неизменной и безграничной силой раскрывает тайны, сокрытые во вселенной»), нам удобнее рассуждать о ней на обычном, бытовом языке, ведь мы не можем просто ходить вокруг с наклейками на одежде, указывающими нам любить, но не поясняющими, что под этим подразумевается.
Давайте все упростим. Я знаю, что существует бесконечное множество способов и типов любви, но эта глава посвящена той любви, которая бывает в романтических отношениях и, конкретнее, в браке. Мне нравится представлять себе брак как дом (эту метафору можно применить к любым отношениям). И как любой дом, он должен строиться последовательно, кирпич за кирпичом, доска за доской. Но дом невозможно построить, если вы сначала не возвели фундамент. Дом без фундамента — не дом. Он просто выглядит как дом. И первый же шторм или порыв ветра снесет его, словно декорацию для фильма. Киношники творят чудеса, они умеют создавать полноразмерные дома за несколько дней, и эти дома внешне не отличаются от тех, что строились много лет. Но войдя внутрь такого дома и опершись на стену, вы обнаружите, что она не выдерживает вашего веса, потому что единственная цель этого строения — хорошо смотреться в кадре. Съемочные площадки требуют видимости, а не функциональности. У домов из декораций нет фундаментов, а в реальном мире именно сооружение фундамента занимает недели и месяцы. В «фиктивных» домах нет электропроводки, не соблюдены никакие строительные стандарты. Их строят, чтобы попользоваться какое-то время, а затем максимально быстро убрать и позже поставить на другой площадке.
Так я воспринимаю и нынешнюю культуру дейтинга (онлайн-знакомств). Используя для выбора свайп в приложении, желая получить «услугу по требованию» и «короткий путь к счастью», мы строим миллионы отношений без фундаментов. Мы начинаем с чего-то, что неплохо выглядит снаружи, и, пока нас это устраивает, пытаемся подогнать под это строение фундамент. Конечно, это снова упрощение, ведь благодаря дейтинговым приложениям и сайтам вроде Tinder и Bumble произошло много хорошего. На самом деле моя сводная сестра после болезненного развода нашла своего нового мужа на Tinder, и они счастливы вместе. Но это два взрослых сорокалетних человека, прошедших через трудный процесс разрыва, знающих, что именно они ищут, приложивших для этого усилия и построивших крепкий фундамент. Всегда есть исключения из правил, и каждый человек на планете заслуживает любви, но одним из эффектов культуры свайпа стало то, что нас постоянно тренируют и иногда даже призывают строить несколько домов одновременно. В наше время приемлемо, и даже принято, иметь эмоциональную и физическую близость с несколькими людьми одновременно. Нужно понимать, что каждое из этих социальных движений или институтов обладает собственным набором правил и ограничений и нам следует выбрать что-то подходящее для себя. Правда, по моему убеждению, всем нам дано определенное количество сил и времени и мы должны определить, куда их потратить, ибо растет только то, что поливают. Что мы решим построить, то и будет построено. Вы когда-нибудь нанимали бригаду строителей, которая берется за одновременную постройку четырех-пяти домов? Я нанимал. Они плохо работают, потому что их внимание рассеивается и притупляется с каждым новым домом. А начинается-то все круто. Рабочие вовремя появляются на площадке, трудятся до пота несколько недель подряд, а потом, мало-помалу, по мере добавления в график новых объектов всё с большей неохотой выполняют свои обязанности. Качество снижается, и процесс в результате занимает в два раза больше времени и обходится вдвое дороже. Но повторюсь: в конце концов, у всех разные представления о домах, и как мы решаем их строить — это наше личное дело. Просто мне хотелось бы видеть как можно больше крепких, надежных зданий, способных пережить любой шторм.
У меня есть радикальная идея. Что, если вместо того, чтобы строить отношения снаружи внутрь, мы строили бы их изнутри наружу и тратили бы больше времени на «исследование личности» — пытаясь понять, из чего она состоит?
Ведется множество дискуссий (особенно среди мужчин), помогающих нам разобраться, в чем именно заключается исследование личности. С самого нашего рождения старые диснеевские фильмы, да и все остальные кинохиты, воспроизводящие «правильную» мужскую картину мира, повторяют мысль о том, что найти свою любовь мужчина может, выручив из беды принцессу. И напротив: большинство романтических фильмов до недавнего времени обучали женщин тому, что они должны исцелить и «спасти» своего странноватого, но очаровательного мужчину, чтобы он в конце концов смог стать в полной мере собой. Готовый рецепт стихийного бедствия: двое спасителей ищут, кого бы спасти, при этом оба совершенно ничего не знают о себе. Это создает проблемы по многим причинам, и хотя существует множество книг и историй, рассказывающих, как это вредит женщинам, я думаю, важно также указать, какой ущерб все это наносит мужчинам.
Библиотеки забиты исследованиями о том, как именно женщины и мужчины понимают любовь. Но лишь малая часть из них действительно поможет разобраться в том, чем любовь является. Похоже, мы воспринимаем любовь только посредством образов, которые нам транслируют медиа. И описываем ее в терминах, определенных женщинами и для женщин. Ведь слово «любовь» — женского рода. Хотя мы знаем, что есть и «ее», и «его» способы любить.
В 1980-х годах социолог Кэти Гринблат опрашивала в колледже женщин и мужчин, состоящих в серьезных отношениях (но при этом незамужних/неженатых). Она задавала им вопросы: «Как вы понимаете, что любите этого человека?» и «Как вы понимаете, что этот человек любит вас?». Эти «добрачные» ответы были различными. Мужчины «знали», что любят своих подруг, так как хотели многое сделать для них, с готовностью шли на жертвы, соглашались поменять свои жизненные планы ради их счастья и даже, по словам одного парня, охотно «бросали все и среди ночи ехали на машине три часа под снегопадом, потому что она испугалась паука в ванной». Женщины же «знали», что любят своих мужчин, потому что «хотели заботиться» о них.
Со вторым вопросом — немного лучше. Мужчины «знали», что их подруги любят их, так как чувствовали их заботу и могли открыто выражать свои чувства. А женщины «знали», что мужчины их любят, так как мужчины были готовы ради них на героические жертвы. Совершенная симметрия: женщины знали, что они любимы, так как находили в мужчинах то, что сами мужчины считали проявлениями своей любви, и наоборот.
Перемотаем немного вперед. Исследовательница далее опросила двадцать пять пар, состоящих в браке более десяти лет; она задала им те же вопросы, но добавив один новый: «Сомневались ли вы когда-нибудь в том, что супруг/супруга любит вас, или в том, что вы любите его/ее?». И тут ответы разошлись довольно интересным образом. Женщины не сомневались в своей любви к мужьям, но не были настолько же уверены в том, что мужья всё еще любят их. А мужчины, напротив, были уверены в чувствах жен, но выражали сомнение в собственных чувствах по отношению к ним.
Удивительно — и немного пугающе. Почему так? Что ж, давайте немного поразмышляем о браке. Брак во многих аспектах «одомашнивает» любовь; он приводит ее в дом и делает более «прагматичной». С ним исчезает дух авантюризма, ведь довольно трудно гнать ночью три часа по пурге, чтобы успокоить своего партнера, когда вы спите в одной постели. Так что в гетеросексуальном браке (вроде моего) совместная жизнь и быт поддерживают «ее» способ любить и лишают смысла «его» способ. Насколько часто связи и браки распадаются из-за того, что пропадает «страсть»? Из-за того, что надоедает и порой вовсе исчезает секс либо супруги всё больше ощущают себя соседями, а не любовниками? Будучи женатым уже семь лет, я могу сказать без сомнения: случалось, что я скучал о духе авантюризма и вспоминал моменты расставания и ожидания встреч с любимой, когда мы только начинали встречаться. Я скучаю по тому чувству, которое испытывал, когда она писала мне СМС или звонила, когда я готовился пригласить ее на свидание. Как я страдал без нее, когда мы разъезжались далеко или она не находила времени встретиться со мной. Я помню эндорфиновое опьянение молодой любви и то, как мое тело и мозг отвечали на ее запах и прикосновения к ней. Однако довольно просто сконцентрироваться на утраченном, забыв обо всех приобретениях, полученных мной в браке. Очень легко отвлечься и сосредоточиться на том, чего у нас нет. Брак особенно уязвим в наше время, когда миллионы аккаунтов в соцсетях наполнены фотографиями и видеороликами людей, которые, как нам кажется, разобрались с этими проблемами, выглядят счастливее нас, имеют больше секса и живут такой жизнью, о какой мы только мечтаем. Просто вспомните первые шесть месяцев карантина. Сколько ваших знакомых пар или публичных личностей расстались? Казалось, каждую неделю очередная уважаемая пара заканчивает отношения. Чем слабее фундамент, тем легче ветрам жизни снести дом.
Ясно, что нам нужно многое поменять. Вероятно, нам следует меньше воспринимать любовь как элемент оперного спектакля и постараться больше видеть в ней внутренние переживания отношений и близости, то, что раскрывается не в героическом самопожертвовании, а в повседневных, практических делах. Это мы и должны романтизировать. В конце концов, все эти мелочи в действительности являются очень большими и важными. Проблема в том, что нас, мужчин, постоянно обстреливают образами, заставляющими нас думать, будто мы хотим того, чего на самом деле не хотим. У этого дома, выстроенного за неделю на съемочной площадке, нет фундамента.
Нынешняя ситуация создает иллюзию — иллюзию выбора лучшего, бесконечных возможностей и вечного счастья. Честно говоря, я очень рад тому, что пропустил глобальный бум онлайновых знакомств: могу представить, сколько времени я потратил бы на короткие и пустые развлечения, предоставляемые приложениями для знакомств, подозрительно похожими на онлайн-игры и эксплуатирующими наши дофаминовые рецепторы при помощи принципов случайного вознаграждения (звучит знакомо?). Приложения вроде Tinder в основе своей используют достижения науки — чтобы зацепить нас теми же способами, что азартные игры и порнография. Этими же инструментами оперирует казино, сутки напролет удерживая возле одноруких бандитов людей, надеющихся на тройную семерку. Эти же приемы заставляют нас тратить часы на бессмысленное пролистывание ленты в Facebook