(статья написана после осуждения девушек из Pussy Riot)
Вольтеровская гадина не разжала пасть. Обвинительный приговор Pussy Riot вынесен. Это значит, что наша страна ускорила свое движение к откровенной клерикально-фашистской диктатуре. Как известно, фашистские и близкие к ним антидемократические режимы существовали в середине прошлого века, в основном между двумя мировыми войнами, во многих странах Европы (Португалия, Испания, Австрия, Словакия, Хорватия, Германия, Италия, Румыния, Венгрия, Польша и т. д.). Все они характеризовались тесным альянсом крупного бизнеса и бюрократической олигархии, системной легализованной коррупцией, авторитарной диктатурой «национального лидера», террором против сторонников демократии, значительной ролью в руководстве страны представителей силовых структур (в общем, все как у нас сейчас).
Все эти режимы держались на цементирующей государственной идеологии. В Германии, как известно, этой идеологией был нацизм. В Италии при Муссолини — фашизм, тесно связанный с доморощенным империализмом. В Португалии при Салазаре, в Словакии при Тиссо, в Австрии при Дольфусе и Шушниге, в Испании при Франко (по крайней мере, с 1945 года по конец 50-х) государственной идеологией был клерикализм.
Путин давно установил антидемократический режим, приобретающий все большее сходство с фашистским. У фашистского режима должна быть идеологическая база. Нацизм Путину не подходит: государство у нас многонациональное, да и с Западом проблем не оберешься. Империализм, как у Муссолини, связанный с агрессивной внешней политикой и территориальными захватами, тоже не подходит. Путин, наверное, знает, к какому финалу пришел Дуче в результате неудачной попытки возродить империю. Перспектива быть повешенным вниз головой рядом с очередной любовницей нашего президента, конечно, не привлекает.
А вот клерикальный фашизм — «пользителен и хитер». Очень удобная для диктаторов идеология, придающая стабильность и долговечность авторитарным режимам. Воевать не надо, гнобить инородцев не обязательно, претензий от мирового сообщества минимум. Можно править как Франко или Салазар, по 35 с лишним лет. Попы интегрируются во власть и «пасут стада» оболваненных граждан. Религия насаждается со школьной скамьи и является гарантией стабильности режима, покорности ему масс.
Именно в этом направлении начинает двигаться Путин. Приговор участницам Pussy Riot демонстрирует, что церковь стала полноправной частью правящего олигархата. В дальнейшем государственно-церковное единство будет еще больше укрепляться.
Речи девушек из Pussy на суде напоминают то, как выступали на политических процессах революционерки конца XIX — начала XX века (народницы, народоволки, эсерки). Такая же искренность, пафос, убежденность, жертвенность. Как известно, народники, среди которых было много девушек, переодевшись в простонародную одежду, вели мирную пропаганду среди крестьян и рабочих (тоже перформанс своеобразный). Вскоре их начали в массовом порядке хватать и сажать. После этого те же наивные хрупкие народницы-идеалистки — Перовская, Вера Фигнер, Брешко-Брешковская и др. — взяли в руки револьверы и бомбы. Как они, их соратники и последователи в дальнейшем расправились с тогдашней церковно-государственной гадиной и ее главарями, хорошо известно. Попытка Путина установить репрессивный клерикально-фашистский режим также может кончиться насилием против преступников у власти и революцией. Что ж, как говорится, сами напросились.
Pussy Riot против путинских «Духовных скреп»
Путин не зря заговорил о дефиците духовных скреп. Идеологическая опора режима покачнулась. И началом этого процесса стало дело Pussy Riot.
Любая правящая элита охраняет государственную идеологию, оправдывающую ее господство. Если обществу удается критически осмыслить эту идеологию, режим лишается «духовных скреп», а народ духовных цепей. Власть теряет легитимность в глазах населения, перестающего подчинятся элите. Режим рушится.
Многие сравнивают историю Pussy Riot с делом Синявского и Даниэля в 1965 году. Тогда два писателя были посажены в лагеря за то, что тайно, под псевдонимами печатали на Западе свои произведения. Этот уголовный процесс стал началом диссидентского движения, во многом подготовившего крах СССР.
Я думаю, что дело Pussy Riot может привести к таким же катастрофическим последствиям для нынешнего режима. Девушки из Pussy Riot, как и Синявский и Даниэль в свое время, покусились на господствующую идеологию. Как известно, советские писатели должны были быть «солдатами партии». Своим поступком Синявский и Даниэль совершили «кощунство» в отношении тогдашних «духовных скреп». Они, как и Pussy Riot, но только символически, нагло «станцевали» на сакральной территории государства.
Сейчас, сажая в тюрьму «кощунниц», власть защищает территорию новой государственной, на этот раз не коммунистической, а религиозной идеологии. Это лишнее доказательство, что Россия вновь становится идеологическим государством. Теперь клерикальным.
Синявский и Даниэль де-факто утверждали право печатать свои повести там, где сами считали нужным, вопреки любым запретам. Девушки из Pussy Riot утверждают право петь и плясать где угодно, вопреки религиозным табу, охраняемым государством. Действия и тех те и других расширили границы свободы и самовыражения.
Служители церкви имели право вывести девушек из храма. Советские писатели могли исключить Синявского из своего союза. Это был бы частный идеологический спор. Уголовное преследование со стороны государства продемонстрировало, что в обоих случаях под ударом оказалась власть.
Основой советского строя были бюрократия, коммунистическая идеология и партия. Бюрократия, церковь и собственность — основа современного буржуазного общества в России. Главный элемент этой триады не изменился — это бюрократия. Если раньше бюрократия распределяла социальные ранги через партию, то теперь она также делает это через раздачу собственности дружественным «предпринимателям». В качестве идеологического подспорья бюрократии коммунистическую идеологию заменила религия.
Сможет ли дело Pussy Riot стать началом конца режима?
Как известно интеллигенция оказывает решающее влияние на общественное сознание. Любая государственная идеология жива только пока ее разделяет образованная часть населения. Дело Pussy Riot, как в прошлом процесс Синявского-Даниэля, стало началом идеологического конфликта интеллигенции и власти. Закончиться он может крахом клерикальной государственной идеологии и нынешнего авторитарного режима.
В свое время многие советские «образованцы» назло бабушке власти, навязывавшей атеистический коммунизм, отморозили уши стали сочувствовать религии. Забыв, что церковь чаще всего выступала в роли слуги диктатуры и врага интеллигенции. Определенную роль в этом сыграло дело Синявского-Даниэля, отвратившее многих советских интеллигентов от коммунизма. Эта идейная трансформация предопределила крах советского режима. Силой инерции позитивное отношение интеллигенции к церкви сохранялось до самого недавнего времени.
Изменила ситуацию агрессивная, саморазоблачительная политика нынешних церковных и светских властей. Путинский режим, теряющий поддержку населения, стал еще активнее искать опору в церкви, в усилении роли религии. Политика формирования клерикального государства столкнулась с противодействием интеллигенции. Особенно сильно оно проявилось в деле Pussy Riot.
Суд над девушками из Pussy и другие скандалы вокруг патриарха Кирилла многим открыли глаза на истинную роль религии в нашем обществе. Они стали причиной резко ухудшения отношения интеллигенции к церкви, неслучайно совпавшего с переходом многих образованных граждан в оппозицию к власти.
СССР распался после краха коммунистической идеологии. Нынешний режим рухнет, если сорвутся его планы клерикализации общества и оно скинет с себя цепи, кандалы, скрепы духовного рабства.
«Антикощунственная» статья УК угрожаетне только свободе, но и безопасности граждан
Недавно Дума приняла закон о введении уголовного наказания «за оскорбление религиозных чувств верующих». Последовательное применение этого закона могло бы привести к парадоксальным и совершенно неожиданным для его инициаторов последствиям. Закон может быть обращен прежде всего против самих верующих. Ведь все священные для них книги содержат прямые нападки и оскорбления по отношению к другим религиям. Этим грешат Библия, Талмуд и Коран, писания Святых Отцов, иудейских и исламских богословов, Иоанна Златоуста, Мартина Лютера, аятоллы Хомейни и т. д. и т. п.
Сильнее всего религиозные чувства верующих могут оскорбить другие вероучения. Ведь любая религия претендует на истину в последней инстанции. Представители иных конфессий воспринимаются верующими в лучшем случае как заблуждающиеся, а в худшем — как злонамеренные слуги темных сил. Каждая религия не допускает сомнений и даже теоретической возможности того, что иноверец может быть прав. Если христианин готов согласиться с тем, что Мухаммед возможно был настоящим пророком, он перестает быть христианином и становится мусульманином. Если иудей признает правоту Христа, он отпадает от иудаизма. Полутонов и полумер в религиозной идентификации и конкуренции быть не может. Сомнения в своей вере — грех для любой конфессии. Каждая религия считает только себя истинной, а все другие — ложными; делит мир на своих — правильно верующих и чужих — неправильных людей (гяуров, гоев, нехристей и т. д.).
Верующие в силу обстоятельств вынуждены временно терпеть рядом с собой «неверных» из других религий. Отсюда и термин «веротерпимость», то есть необходимость, буквально сжав зубы, терпеть заблуждения других религий и их носителей. Как показывает история, наиболее радикально настроенные верующие всегда готовы отбросить это постылое для них обязательство и перейти в наступление против «врагов Бога и истины». Тогда появляются Бен Ладен, Брейвик или Гольдштейн, начинаются столкновения и погромы на религиозной почве.