Свистунов сжал и разжал кулаки.
– Надо было пристрелить эту сволочь, когда была такая возможность, – мрачно процедил он.
– Вполне вероятно, данная возможность появится у вас вновь в самое ближайшее время, – столь же мрачно оскалился Гахет. – Доктор Лавров должен будет повести второй конвой транспортов, загруженный сборками из нестабильных артефактов. Без них Установка не заработает в полную силу и не сможет вступить в резонанс с остальными, а значит, ноосфера не будет разорвана. Это игольное ушко и уязвимое место плана. Если мы сумеем уничтожить второй конвой, вся операция «Обсидиана» будет сорвана. Но для этого нам придется штурмовать ЦАЯ.
Гахет широко провел ладонью над проекционным столом, и разровненная площадь перед зданиями академии разделилась на разноцветные сектора, опоясывающие комплекс.
– В штурме будут участвовать четыре группы. Группу А, она состоит из уцелевших сталкеров, возглавит Песчаник. Ваша задача – прорыв на наземной технике через первый контур обороны…
На схеме замигали красные метки автоматических турелей и длинная сеть из окопов, пулеметных точек и модульных бункеров. Через них наглым лобовым ударом промчалось несколько широких стрелок.
– И ликвидация целей, находящихся во втором контуре. Это пятнадцать ЗРК, создающих над территорией комплекса практически непробиваемый защитный купол. Янус сильно полагается на них в обороне базы, считая атаку с воздуха невозможной. Докажем ему, что он ошибается. Ликвидируйте экипажи и заразите системы управления боевым вирусом с флешки, которую выдадут каждому из вас. Попадая в бортовой компьютер, данный вирус-червь заражает сеть управления, сбивает настройки определения «свой-чужой» и в результате блокирует автоматизированный запуск ракет. Это приведет к тому, что база останется без защиты от нападения с воздуха. После того как ЗРК умолкнут, вертолеты с бойцами «Феникса» смогут высадиться на территории базы и начать основной штурм.
– Значит, посылаешь нас на убой, а? – Песчаник хмыкнул, крутя в руках черную флеш-карту памяти без каких-либо маркировок.
– Есть возражения? – поднял бровь Гахет.
Песчаник подкинул флешку, поймал в воздухе и сунул в нагрудный карман.
– Думаю, нет, – сообщил сталкер. – В конце концов, это ваше шоу, а мы так, просто подтанцовка. Но помни, «пиджак», если меня там убьют, мой призрак будет преследовать тебя в кошмарах до конца твоих дней…
Песчаник в сотый и, видимо, в этот раз уже в последний, проверил экипировку. Верный автомат, с которым сталкер прошел огонь и воду, привычно тяготил плечо. Запасные магазины в подсумке на поясе. Пистолет в кобуре – оружие последнего шанса, не выйдет кого-нибудь убить, так хоть сам застрелишься. Все лучше, чем подыхать кишками наружу в аномалии. Поверх камуфляжа легкий бронежилет – все, чем согласились поделиться наемники «Феникса». Песчаник их, впрочем, не винил – у людей Гахета и у самих ресурсов было кот наплакал, так что даже такую экипировку ему фактически отрывали от живого. Мужчина похлопал себя по двум компактным контейнерам с артефактами, висящим на ремне на груди вместе с ножом. Это уже из закромов Сен-Симона. «Льдышка» и «зеркало» – небесно-голубой кусочек льда и плоский стеклянный овал. Один моментально замораживает всю органику, к которой прикасается, а второй размывает силуэт того, на ком надет, мешая точно прицелиться.
– Только учти, – сказал тогда торговец, выкладывая на прилавок контейнеры, – человеческий глаз он обманет, но технику ты «зеркалом» никогда не проведешь. Так что всяких роботов и дронов обходи по большой дуге, нашпигуют свинцом – мама не горюй.
Песчаник кивнул самому себе и откинулся на спинку длинной скамьи, глядя на других пассажиров, трясущихся в кузове вместе с ним. Сидящий напротив мрачный сталкер с широкой бородой хотел было что-то сказать, но в этот момент раздался оглушительный взрыв, и пол ушел у Песчаника из-под ног. Грузовик взлетел в воздух, оторванная подвеска загрохотала по земле. По кузову, разрывая брезент, застучали пули. Песчаника подбросило со скамьи, и он со всего размаху ударился затылком о балку стального каркаса. Мир потемнел перед глазами, и мужчина на несколько минут потерял сознание.
Очнулся он уже на земле. Грузовик завалился набок, и в прорехах в брезенте было видно изливающееся дождем небо. Что-то тяжелое прижимало Песчаника к стене, ставшей полом. С трудом приподняв голову, он увидел труп бородача, сидевшего напротив. Всю его спину изрешетило пулями, на лице застыло изумленное выражение.
– Ах ты же, черт… – пробормотал Песчаник.
Он не мог вспомнить, как звали погибшего, но точно слышал, что тот был неплохим парнем.
– Извини, друг. – Песчаник напрягся и сумел приподнять труп.
Скинув его с себя, мужчина быстро захлопал по карманам, проверяя, все ли на месте. Подтащив к себе отлетевший в сторону автомат, Песчаник перевернулся на живот. В рот набилась едкая пыль. Чертыхаясь и выплевывая грязь, сталкер пополз вперед. Над головой полыхал брезентовый кузов, окатывая спину волнами жара. Удушливый дым обжигал легкие и ноздри, разъедал глаза.
– К черту, я тут… Не подохну… – проревел Песчаник, отпихивая с пути труп другого ходока.
У бедняги был пробит череп, осколками исполосовало половину туловища. На пальцах Песчаника осталась густая кровь. Мужчина подтянул под себя ноги и, ухватившись за край скамьи, вытолкнул свое тело наружу. В первую секунду его оглушил стоящий вокруг грохот. Обломки грузовика лежали посреди площадки из спекшейся грязи, рядом бил фонтан пламени из огненной аномалии. Песчаник перехватил автомат и, не вставая, сделал три коротких выстрела. Голова бойца «Обсидиана», рискнувшего высунуться над краем окопа, разлетелась в кровавый туман.
– Так тебе, – процедил Песчаник, поднимаясь на ноги и оглядываясь по сторонам.
Они не доехали до зенитки где-то около сотни метров. Сотни метров колючей проволоки, мешков с песком и аномальных полей. Над ними возвышались автоматические турели, не прекращающие стрекотать пулеметами ни на секунду. Ревели моторы – прорыв продолжался, гремели взрывы – и та, и другая стороны пустили в ход реактивные гранатометы, и теперь то здесь, то там вздымались в воздух оранжевые цветы. Во все стороны летели искореженные обломки и горящие куски тел.
– Спокойный день в аду, – пробормотал Песчаник, а затем бросился в сторону, когда через то место, где он только что стоял, промчался охваченный пламенем джип.
Сталкеру показалось, что он все еще видит сидящие внутри горящие скелеты с разинутыми в беззвучном крике ртами. Машина смяла ограждение из колючей проволоки и, врезавшись в край бункера, взорвалась. Сдетонировали боеприпасы, и всю пулеметную точку затопило огнем. Песчаник несколькими очередями добил уцелевших адептов «Обсидиана», которые, шатаясь словно пьяные, пытались сбить с себя пламя. К ужасу Песчаника, они даже горели молча.
Мужчина окинул взглядом окоп и тут же поспешил укрыться, почувствовав противный укол от ползущей по телу прицельной сетки. Секундой позже по опрокинутому грузовику забарабанили пули – автоматическая турель избрала сталкера своей следующей жертвой.
– Вот ведь падла, – выдохнул Песчаник, не решаясь высунуться.
Турель продолжала поливать обломки грузовика огнем, стреляные гильзы сыпались на землю настоящим дождем, но похоже, что в боеприпасах «Обсидиан» стеснен не был абсолютно.
– Да сколько же можно-то, – процедил сталкер, – должна же она хоть когда-нибудь перезаряжаться, нет?
А затем откуда-то сбоку с пронзительным воем пролег дымный шлейф. Меньше чем за мгновение он достиг турели, и та с оглушительным грохотом исчезла в огненном шаре. Во все стороны брызнули куски металла и обломки пластика. Когда взрыв осел на землю, над окопом торчал лишь черный горящий каркас – все, что осталось от пулеметного дрона. Песчаник удивленно моргнул и обернулся по направлению тающего дыма. За замершим бронетранспортером без башни стоял сталкер, победно вскидывающий в руках однозарядный реактивный гранатомет. Отбросив оружие в сторону, он махнул Песчанику рукой. Два раза повторять не пришлось: сорвавшись с места, мужчина перебежал открытое пространство и сменил укрытие. Сталкер тем временем отпил из плоской фляжки и утер тыльной стороной ладони рот. От человека ужасно несло перегаром. Песчаник, поморщившись, попытался вспомнить его имя. Грот? Гроб? А, точно, Грог. Да, именно так, как бухло.
Грог широко ухмыльнулся, обнажив гниющие зубы.
– Здорово я ее, а? Жах – и нету! А то чо она стоит, шмаляет во всех?
Песчаник прикинул, как Грогу удалось выжить во время зачистки. Видимо, тот, по своему обыкновению, перебрав в баре на Периферии, валялся в какой-нибудь канаве, а фанатики «Обсидиана» приняли его за труп и не стали проверять. Проспал кровавую баню. Не самый худший вариант, если честно. Те, кто был в тот день трезвый, уже в земле сырой.
– Слушай, Грог, мы с тобой, походу, на нашем направлении одни остались. – Песчаник втянул голову в плечи, когда где-то рядом что-то взорвалось.
Мимо сталкеров, вспахивая землю, проскакали горящие обломки.
– А зенитку все равно надо заткнуть. Прикроешь мне спину?
Грог насупился и серьезно кивнул.
– Точно так, командир. Ты не смотри, что я такой. Если надо, костьми за наше дело полягу. Отстоим нашу Зону.
Песчаник вновь поморщился. Вот уж угораздило. Ну да ладно, могло быть и хуже. Этот хоть и алкаш, но все шурупы в голове на месте. Не то что у многих ходоков.
Грог тем временем опять приложился к своей фляжке, затем протянул ее Песчанику. Сталкер отмахнулся от предложенной выпивки и выглянул из укрытия. Останки турели все еще дымились. Рядом с ними продолжал полыхать бункер, подорванный врезавшимся в него джипом. Позади них в вырытой в земле яме торчал громоздкий ЗРК на гусеничном ходу. Песчаник прищурился, глядя на вращающийся радар на крыше зенитки. На нем вместо антенны был закреплен артефакт.
– И здесь у них арты. – Песчаник сплюнул. – Всю Зону на экипировку растащили, падлы.