Интересовало или нет, Орста Уршана — начальника Бакарской полиции, значение непонятных слов, в изобилии употребляемых северным варваром — Лордом Атосом, неизвестно. Известно только то, что ничего уточнять и переспрашивать он не стал, а четко, по — военному, начал докладывать:
— Талион Арден. Дож. Пятьдесят лет. Имеет жену и трех сыновей. Жена — Беллона Арден, урожденная Ортагаси. Сорок пять лет. Старший сын, двадцатипятилетний, небезызвестный вам Тит Арден — командир особой стражи. Средний — двадцатилетний Вир Арден. Самый умный из братьев, отец готовит его себе на смену. Младший — восемнадцатилетний Урван Арден — мот, гуляка и повеса, позор семьи. — Полицмейстер замолчал, справедливо полагая, что лезть в пекло поперед батьки не следует — если Лорда Атоса что-то заинтересует — он не постесняется спросить, а про то, что не интересует и рассказывать не надо.
— Дож, так Дож… — задумчиво повторил Шэф и обратился по — русски к Денису, — обратил внимание, что имена Римские?
— Н — нет, — растерянно отозвался старший помощник — его познания Древнего Мира в целом и Древнего Рима, в частности, так далеко не распространялись.
— Ладно, не суть… — завершил командор лирическое отступление. — Какие взаимоотношения в семье? — повернулся он к Уршану. Вопрос был задан уже не по — русски, разумеется.
— Обычные, — пожал плечами Уршан, — мать в сыновьях души не чает, считает по — прежнему малыми детишками, они ее тоже любят. Отец любит среднего, хорошо относится к старшему и терпеть не может младшенького. Младший — Урван, любит только мать, братьев и отца ненавидит — считает, что они хотят сжить его со свету, чтобы не позорил семью… может он не так уж и не прав, — задумчиво прибавил начальник полиции. — Старший и средний относятся друг к другу без особой любви, но достаточно уважительно.
— Так… а что у нас по внебрачным связям. Как у нас с аморалкой?.. Ни за что не поверю, что у пятидесятилетнего здорового мужика… — тут Шэф прервался: — А кстати, как у него, у Дожа нашего, со здоровьем?
— Когда у человека есть деньги на мага — лекаря… — начал Уршан, а закончил за него Шэф:
— … то проблем со здоровьем у него нет. Итак, как у Дожа попользоваться насчет клубнички? — У полицмейстера опять никаких лингвистических проблем с распознаванием смысла не возникло:
— Раньше он менял женщин весьма часто и пользовал до пяти одновременно, однако примерно год назад у него появилась молоденькая любовница из обедневшей аристократической семьи — Рема Тракат. Поговаривают, достоверно мне это неизвестно, что он отбил ее у Тита.
— А папаша-то — знатный ходок! — не удержался от комментария Денис, за что заслужил неодобрительные взгляды как от Шэфа, так и от полицмейстера, который продолжил дозволенные речи:
— Три месяца назад у нее родилась девочка и Талион даже хотел дать ей свое имя. Разразился дикий скандал — вся семья встала на дыбы и он отступил, но похоже, что эти две девочки — Рема и Марина, так они назвали дочь — самое дорогое, что у него теперь есть в жизни.
— Ну, так понятно… — покивал головой Шэф: — Седина в бороду — бес в ребро.
— Последняя гусыня самая жирная, — подтвердил Уршан, озвучив свое виденье ситуации.
— А отказался он от своих планов, потому что семейка пригрозила убить и развратницу и ее мерзкого выблядка? — проявил, свойственную ему, прозорливость главком.
— Конечно. Иначе ему пришлось бы воевать и с женой, и с кланом жены — Ортагаси, тоже не последние в Бакаре, и с младшим сыном… да и старшие были не в восторге.
— Где они живут?
— Дож купил шикарную виллу рядом с городом, там они втроем и обитают.
— Охрана сильная, я так полагаю?
— Очень.
— Вот и отлично! — неизвестно чему обрадовался командор. — А покажи-ка где именно, — приказал он. Уршан подвел компаньонов к большой карте Бакара, висевшей не стене и ткнул пальцем. Карта была превосходная — по крайней мере ничуть не хуже той, что была куплена главкомом в бутике на Королевской набережной за целый золотой. Масштаб увеличился, явив миру изображение прелестного двухэтажного здания, расположенного в глубине большого зеленого сада. Рассмотрев все, что его интересовало, Шэф, как бы между прочим, поинтересовался:
— А кто у него маг, скажем так… — командор пощелкал пальцами, — для особых поручений?
— Дамир. — Произнеся имя, полицмейстер замолчал, посчитав свою миссию выполненной, но приподнятая бровь Шэфа заставила его продолжить: — Стихийник. Довольно сильный. Стихия — воздух.
— Где живет? — после небольшой паузы полюбопытствовал командор.
Начальник полиции снова ткнул пальцем в карту. Главком довольно долго разглядывал монументальный, трехэтажный дом из красного кирпича, производивший маленькими оконцами впечатление крепостной башни, а затем неторопливо вернулся на свое место. Его примеру последовали и Уршан с Денисом. После того, как все трое уселись за столом, Шэф сменил тему беседы: — Ладно… по персоналиям пока хватит, давай поговорим об активах почтенной семьи Арден.
Очевидно термин был полицмейстеру знаком, потому что он, ничего не уточняя, ненадолго задумался и начал обстоятельный доклад:
— Семья Арден владеет многочисленной недвижимостью: Дворцом Северного Ветра на Королевской набережной, Семейным Дворцом Арденов в западном пригороде Бакара, Детским Дворцом неподалеку от Королевской Горки и Старым Дворцом, находящимся в двадцати лигах от города. Кроме того, во владении семьи находятся более пятидесяти различных домов и вилл. Часть из них сдается в аренду — примерно половина, в остальных живут младшие члены семьи и доверенные слуги. Семье принадлежат десять первоклассных ресторанов, из них три на Королевской набережной, шесть гостиниц — из них три на набережной, двенадцать магазинов — четыре на набережной. Они владеют самым большим пакгаузом в грузовом порту — через него проходит десятая часть всего объема «золотой губки», поступающей в Империю. Их Торговый Дом имеет филиалы во всех странах юга.
— Слушай! — восхитился Шэф, — да ты ясновидящий! Или же… — он сделал паузу, — ты просчитал что разговор об Арденах обязательно начнется, рано или поздно?
— Я предполагал… — со скромным видом отозвался полицмейстер.
— Наверняка ты их разрабатывал, — задумчиво проговорил командор, — такое впечатление, что хотел взять за яйца…
— Тит Арден — мой заместитель… но мне не всегда нравится его повеление…
— … и ты решил надыбать компромат… Ладно — это не наши проблемы. Скажи пожалуйста, Тит сейчас в здании Управления полиции?
— Вроде нет. А что?
— А где? — не отвечая на вопрос Уршана, Шэф задал свой.
— Не знаю, — пожал плечами полицмейстер.
— Разве он тебе не подчиняется? — удивился командор, — и не должен отпрашиваться и докладывать о своем местонахождении?
— Подчиняется… — несколько раздраженно буркнул начальник Бакарской полиции, — но… не сильно.
— Реальных рычагов воздействия нет, — легко догадался Шэф.
— Нет.
— Высокие… высокие отношения! — внес свою лепту в беседу Денис, на что полицмейстер сделал кислую рожу.
— Пускай проверят: здесь он, или нет, — приказал главком. — Уршан продублировал приказ адъютанту, который через пять минут доложил, что в Управлении начальника особой стражи нет.
— Ну, на нет и суда нет! — прокомментировал сложившееся положение командор. — Бывай здоров! — пожелал он Уршану. — Еще увидимся, — добавил Шэф, и компаньоны покинули гостеприимный кабинет начальника полиции славного города Бакара. Нельзя сказать, что обещание будущего рандеву сильно обрадовало полицмейстера, но и особо расстроенным он не выглядел — человек ко всему привыкает.
— А ты зачем интересовался? — полюбопытствовал Денис, пока они спускались с третьего этажа по длиннющей лестнице.
— Не хотелось бы сегодня наткнуться на Тита.
— Почему?
— Вдруг он потребует драться немедленно.
— Ну, и?
— Надо сегодня ночью кое-что сделать…
Зять полицмейстера, оказавшийся приятным молодым человеком лет тридцати, обнаружился именно там, где и было предсказано Уршаном: четвертая дверь, хромой солдат, лестница, библиотека. Шэф, приветливо улыбаясь, молча протянул ему рекомендательное письмо, полученное компаньонами от начальника полиции славного города Бакара. В том, что в письме нет никаких указаний на их медленное и мучительное, или же, наоборот — быстрое и безболезненное умерщвление, путем выдачи какой-нибудь отравленной инкунабулы, или же еще как, они были полностью уверены — «тельник» просканировал наглухо запечатанное письмо.
Кстати говоря, то что послание было им вручено в запечатанном виде, компаньоны, не сговариваясь, сочли мелкой местью со стороны полицмейстера, но в оценке целей, намеченных Уршаном, их мнения разошлись. Шэф считал, что начальник полиции рассчитывал, что они хоть немного, да занервничают — а вдруг там действительно написано: «Подателя сего немедленно бросить в самые глубокие подвалы с самыми голодными крысами!», или еще чего похлеще, а Денис ставил на то, что расчет полицмейстера заключался в том, что они вскроют письмо, потеряв тем самым лицо. Так это, или нет, был ли какой умысел в запечатывания письма, или же его не было, мы никогда не узнаем. Зато достоверно известно, что компаньоны не нервничали и письмо не вскрывали, потому что «тельник» и так сообщил им, что там написано. А написано было следующее: «Дорогой Элай! Ответь пожалуйста, как можно более точно и полно на все вопросы, которые возникнут у Лордов Атоса и Арамиса. Папа».
После того, как Шэф с Денисом уселись возле рабочего стола густо заваленного открытыми и закрытыми книгами, а так же многочисленными бумагами, хозяин приветливо произнес:
— Я — Элай Иршап, Хранитель Знаний, — он кивнул себе за спину, где начиналась анфилада комнат, заставленных стеллажами с книгами.
— Лорд Атос… с севера, — представился Шэф.
— Лорд Арамис.
— Слушаю вас пиры… — произнеся это, «библиотекарь» тут же спохватился, смущенно улыбнулся и поправился: — Лорды! Конечно же — Лорды! Прошу меня простить за оговорку.