– Хорошо, ладно, – буркнула я. – Я тебя отвезу.
Он рассмеялся, увидев мое огорченное лицо. Похоже, ему было приятно.
– Завтра опять за работу, – сказала я, как только мы сели в пикап. – Во сколько мне лучше приехать?
В его ответной улыбке читалось странное нетерпение.
– Я позвоню, ладно?
– Конечно. – Я внутренне напряглась, гадая, что же происходит. Он еще шире расплылся в улыбке.
На следующее утро я прибиралась в доме, ожидая звонка Джейкоба и пытаясь избавиться от нового кошмара. Обстановка поменялась. Прошлой ночью я блуждала в бескрайнем море папоротников, где то и дело попадались огромные гемлоки. Больше там ничего не было, и я скиталась одна, заблудившись, ища неизвестно что. Мне хотелось ударить себя за дурацкую поездку «на природу» на прошлой неделе. Я прогнала сон из своего сознания, надеясь, что он исчезнет и больше не вырвется на свободу.
Чарли мыл на улице свою патрульную машину, поэтому, когда зазвонил телефон, я бросила на пол ершик для мытья унитаза и ринулась вниз, чтобы снять трубку.
– Алло? – задыхаясь, прохрипела я.
– Белла, – произнес Джейкоб каким-то странно официальным тоном.
– Привет, Джейк.
– Полагаю, что… сегодня у нас свидание, – сказал он с намеком.
У меня ушла секунда, чтобы все понять.
– Они готовы? Поверить не могу!
Вот так подгадал. Мне нужно было хоть чем-то отвлечься от кошмаров и пустоты.
– Да, ездят и все такое.
– Джейкоб, ты, несомненно, самый прекрасный и талантливый человек из всех. За это тебе прибавляется десять лет.
– Классно! Мне уже за тридцать.
– Бегу, лечу, еду! – рассмеялась я.
Я засунула принадлежности для уборки под шкафчик в ванной и схватила куртку.
– К Джейку собралась, – произнес Чарли, когда я пробегала мимо него, не то утвердительно, не то вопросительно.
– Да, – ответила я, запрыгивая в пикап.
– Я потом поеду в участок! – крикнул Чарли мне вслед.
– Поняла! – прокричала я в ответ, поворачивая ключ в замке зажигания.
Чарли еще что-то добавил, но я не расслышала из-за рева двигателя. Похоже, он спросил: «А где пожар-то?»
Я припарковала пикап чуть в стороне от дома Блэков, поближе к деревьям, чтобы можно было незаметно вывести мотоциклы из гаража. Выйдя из машины, я заметила два цветных пятна: мотоциклы, один красный, второй черный, притаились под сосной, невидимые из дома. Джейкоб уже все приготовил.
У каждого из них на руле красовался бантик из синей ленты. Я, смеясь, смотрела на них, когда из дома выбежал Джейкоб.
– Готова? – тихо спросил он, сверкая глазами.
Я бросила взгляд ему через плечо – Билли видно не было.
– Да, – ответила я, но уже не так весело: я пыталась представить себя едущей на мотоцикле.
Джейкоб легко погрузил мотоциклы в пикап, положив их набок, чтобы не высовывались.
– Поехали, – сказал он чуть визгливым от возбуждения голосом. – Я знаю классное место – там нас никто не застукает.
Мы направились к югу от города. Проселочная дорога то скрывалась в лесу, то выныривала из него. Иногда нас окружала плотная чаща, а потом вдруг показывался бескрайний простор Тихого океана, уходившего за темно-серый от туч горизонт. Мы ехали над берегом, по вершинам утесов, подступавших здесь к самой воде, и вид отсюда казался бесконечным.
Я ехала медленно, чтобы иногда полюбоваться океаном, – дорога вилась все ближе к прибрежным утесам. Джейкоб болтал о том, как он доводил мотоциклы до ума, но рассказ его изобиловал техническими деталями, так что я слушала не очень внимательно.
И тут я заметила четыре фигуры, стоявшие на каменистом уступе почти рядом с обрывом. С такого расстояния я не смогла определить, старики это или молодежь, но поняла, что это мужчины. Несмотря на прохладный день, на них, похоже, были только шорты.
Я увидела, как самый высокий из них подошел к краю уступа, и машинально сбавила скорость, приподняв ногу над педалью тормоза.
И вот он бросился вниз с обрыва.
– Нет! – взвизгнула я, ударив по тормозам.
– Что такое? – встревожено крикнул Джейкоб.
– Тот парень – он только что сиганул с утеса! Почему они его не остановили? Надо звонить в «Скорую»!
Я распахнула свою дверь и начала вылезать из машины, что не имело никакого смысла: ближайший телефон находился в доме Билли. Но я не могла поверить тому, что только что увидела. Возможно, подсознательно я надеялась, что увижу что-то другое, когда передо мной не будет ветрового стекла.
Джейкоб рассмеялся, я резко повернулась и изумленно уставилась на него. Откуда в нем такая бесчувственность, такое хладнокровие?
– Они просто ныряют с утеса, Белла. Развлекаются. Сама знаешь, в Ла-Пуше нет торгового центра. – Он меня подначивал, но в его голосе слышалось странное раздражение.
– Ныряют с утеса? – ошеломленно переспросила я.
Не веря своим глазам, я смотрела, как вторая фигура приблизилась к уступу, замерла, а затем грациозно взвилась в воздух. Падал ныряльщик, как мне показалось, целую вечность, и наконец плавно вошел в плескавшиеся внизу темно-серые волны.
– Ух ты, высоко-то как! – Я откинулась на спинку сиденья, не сводя вытаращенных глаз на двух оставшихся ныряльщиков. – Метров тридцать, наверное.
– Ну да, почти все мы прыгаем там, где пониже, вон с той скалы, что выступает над утесом примерно на полпути. – Он ткнул пальцем в окно. Там все выглядело более-менее приемлемым. – А эти просто психи. Наверное, выпендриваются, показывают, какие они крутые. Я в том смысле, что сегодня холодно. Да и вода не очень. – Он скорчил недовольную гримасу, словно этот трюк оскорбил его лично. Это меня немного удивило. Я-то думала, что Джейкоба почти невозможно вывести из себя.
– Вы прыгаете с утесов? – Я обратила внимание на множественное число.
– Конечно, конечно. – Он пожал плечами и улыбнулся. – Это весело. И немного страшно – вроде как когда дерешься.
Я снова посмотрела на утесы, где третья фигура ходила вдоль уступа. Никогда в жизни я не видела ничего столь безрассудного. Я вытаращила глаза и улыбнулась.
– Джейк, ты должен взять меня понырять с утесов.
В ответ он недовольно нахмурился.
– Белла, ты только что хотела вызвать Сэму «Скорую», – напомнил он.
Я удивилась, как он смог с такого расстояния узнать того человека.
– Я хочу попробовать, – не отставала я, снова попытавшись вылезти из машины.
Джейкоб схватил меня за руку.
– Только не сегодня, ладно? Хотя бы дождемся денька потеплее, а?
– Хорошо, идет, – согласилась я. От задувавшего в открытую дверь ледяного ветра моя рука покрылась гусиной кожей. – Но лучше бы поскорее.
– Поскорее. – Он закатил глаза. – Иногда ты бываешь немного странной, Белла. Ты об этом знаешь?
– Да, – вздохнула я.
– И отсюда мы прыгать не станем.
Я зачарованно смотрела, как третий парень разбежался и прыгнул еще дальше, чем первые два. Он перевернулся и в падении сделал сальто, словно исполнял затяжной прыжок. Он казался абсолютно свободным – ни о чем не думающим и совершенно безответственным.
– Ладно, – сдалась я. – По крайней мере, не в первый раз.
Теперь вздохнул Джейкоб.
– Мы собираемся опробовать мотоциклы или нет? – поинтересовался он.
– Да, да, конечно, – ответила я, оторвав взгляд от последней фигуры, стоявшей на утесе, снова пристегнула ремень и закрыла дверь.
Двигатель работал, урча на холостом ходу. Мы снова двинулись вперед по дороге.
– А кто эти ребята, ну, психи? – с интересом спросила я.
Он с отвращением фыркнул.
– Это банда из Ла-Пуша.
– У вас там есть банда? – удивилась я и поняла, что его слова произвели на меня впечатление.
Он хохотнул в ответ.
– Да вовсе нет. Знаешь, они вроде дружинников, только свихнувшиеся. Драк они не затевают, поддерживают порядок, – фыркнул он. – Болтался у нас тут один парень откуда-то из резервации макахов, здоровенный такой, страшный. Ну, пополз слушок, что он толкал малолеткам метадон, и Сэм Улей со своими учениками вытурили его с нашей земли. Они все говорят: наша земля да племенная гордость… смешно даже. Самое плохое, что совет воспринимает их всерьез. Эмбри говорил, что совет и в самом деле встречается с Сэмом. – Он с возмущением покачал головой. – А еще Эмбри слышал от Лии Клируотер, что они называют себя «защитниками» или кем-то в этом роде. – Руки Джейкоба сжались в кулаки, словно ему захотелось кого-то ударить. Раньше я его таким никогда не видела.
Я удивилась, услышав имя Сэма Улея. Мне не хотелось вызывать в памяти картины из кошмаров, поэтому я коротко заметила:
– Не очень-то ты их жалуешь.
– А что, заметно? – саркастически спросил он.
– Ну… Похоже, что ничего плохого они не делают. – Я попыталась успокоить его и снова вернуть ему веселость. – Просто для банды они как-то раздражающе примерны.
– Да. «Раздражающе» – это в самую точку. Они все время выпендриваются, типа как на утесе. Ведут себя как… как… не знаю. Как крутые какие-то. Я тут в прошлом полугодии как-то раз стоял у магазина с Эмбри и Квилом, и тут подвалили Сэм и его последователи, Джаред и Пол. Квил что-то сказал, ты же знаешь, он вечно вякает, а Полу это не понравилось. Глаза у него потемнели, и он вроде как улыбнулся – нет, показал зубы, но без улыбки, – и, похоже, разозлился так, что его затрясло или типа того. А Сэм положил руку Полу на грудь и покачал головой. Пол быстро на него посмотрел да и успокоился. Честно, похоже, Сэм его удержал. Как будто Пол разорвал бы нас на куски, если бы Сэм его не остановил. – Он глубоко вздохнул. – Прямо как в плохом вестерне. Знаешь, Сэм-то уже взрослый парень, ему двадцать лет. Но Полу-то всего шестнадцать, он ниже меня и не такой крепкий, как Квил. По-моему, любой из нас смог бы с ним справиться.
– Да, крутые парни, – согласилась я.
Я представила себе описанную им сцену, и она мне что-то напомнила… трое высоких черноволосых мужчин, неподвижно стоявших в нашей гостиной, почти прижавшись друг к другу. Видела я их не очень хорошо, потому что прислонилась головой к дивану, когда надо мной склонились доктор Джеранди и Чарли… Это и была банда Сэма?