Аро качал головой.
– Поразительно, – сказал он. – Просто поразительно.
Лицо Элис выражало удрученность. Эдвард повернулся к ней и снова тихо объяснил:
– Марк способен видеть духовную близость. Он удивлен силе нашей привязанности.
Аро улыбнулся.
– Это очень удобно, – повторил он себе под нос. Затем обратился к нам: – Марка не так-то легко удивить, смею вас заверить.
Я взглянула на безжизненное лицо Марка и убедилась в этом.
– Это так трудно понять даже теперь, – задумчиво произнес Аро, глядя на руку Эдварда, которой он меня обнимал. Я с трудом следила за беспорядочным ходом мыслей Аро, но старалась не упускать основную нить. – Как ты можешь стоять так близко к ней?
– Я делаю это не без усилий, – спокойно ответил Эдвард.
– Но все же – la tua cantante[3]! Какая расточительность!
Эдвард грустно усмехнулся.
– Я смотрю на это скорее как на цену.
– Очень высокую цену, – скептически заметил Аро.
– Цену возможности.
Аро рассмеялся.
– Если бы я не учуял ее сквозь твои воспоминания, я бы не поверил, что зов чьей-то крови может быть так силен. Сам я никогда ничего подобного не испытывал. Большинство из нас много дали бы за такой дар, а ты…
– …его растрачиваешь, – теперь уже саркастически добавил Эдвард.
Аро снова рассмеялся.
– Ах, как же мне не хватает моего друга Карлайла! Ты мне его напоминаешь – вот только он не такой злой и желчный.
– Карлайл превосходит меня и во многих других вещах.
– Разумеется, я и не думал, что Карлайла можно превзойти в умении владеть собой, но тебе это удалось.
– Едва ли. – В голосе Эдварда слышалось нетерпение. Словно он устал от бесконечных вступлений.
От этого мне стало еще страшнее: я не могла не представлять, какого развития событий он ожидал.
– Меня радуют его успехи, – задумчиво произнес Аро. – Твои воспоминания о нем – совершеннейший подарок для меня, хотя они чрезвычайно меня удивляют. Я ошеломлен тем, насколько мне… приятно, что он успешно движется по выбранному им неординарному пути. Я ожидал, что он со временем растратит себя и ослабеет. Я насмехался над его планами найти других, кто разделял бы его странные взгляды. И все же я по-своему счастлив, что ошибаюсь.
Эдвард ничего не ответил.
– Но твоя сдержанность и скрытность! – вздохнул Аро. – Я не знал, что возможно такое упорство. Приучить себя к подобному зову сирены, не однажды, а вновь и вновь – если бы я сам это не почувствовал, я бы в это не поверил.
Эдвард совершенно бесстрастно воспринял восхищение Аро. Я достаточно хорошо изучила его лицо – время его не изменило, – чтобы догадаться, что под внешним спокойствием что-то назревает. Я заставила себя дышать как можно ровнее.
– Одна лишь мысль о том, насколько она тебя манит… – усмехнулся Аро, – возбуждает во мне жажду.
Эдвард напрягся.
– Не беспокойся, – заверил его Аро. – Я не желаю ей зла. Но мне чрезвычайно любопытна одна вещь в особенности. – Он посмотрел на меня с нескрываемым интересом. – Можно? – нетерпеливо спросил он, поднимая руку.
– Спрашивайте у нее, – ровным тоном отозвался Эдвард.
– Конечно, как неучтиво с моей стороны! – воскликнул Аро. – Белла! – Теперь он обратился прямо ко мне. – Я восхищен, что ты являешься единственным исключением применительно к потрясающему таланту Эдварда, – как же интересно, что подобное могло произойти! И вот я подумал: поскольку наши таланты во многом схожи, не могла бы ты оказать мне любезность и позволить испытать, убедиться – являешься ли ты также исключением в отношении меня?
Я с ужасом посмотрела на Эдварда. Несмотря на цветистую учтивость Аро, я не думала, что у меня есть выбор. Я пришла в ужас при одной мысли о том, чтобы позволить ему дотронуться до себя, однако возможность коснуться его странной кожи заинтриговала меня, заставив забыть обо всех нравственных установках.
Эдвард ободряюще кивнул: то ли он был уверен, что Аро не причинит мне зла, то ли оттого, что выбора не было. Я так и не поняла.
Я повернулась к Аро и медленно вытянула перед собой дрожащую руку. Он плавно приблизился ко мне, как мне показалось, стараясь придать своему лицу успокаивающее выражение. Но его белые, словно вырезанные из бумаги черты выглядели слишком странно, чужеродно и пугающе, чтобы успокоить. Его лицо казалось более уверенным, чем его слова.
Аро протянул руку, словно желая со мной поздороваться, и моя ладонь коснулась его безжизненной кожи. На ощупь она оказалась твердой, но какой-то хрупкой – скорее напоминавшей сланец, чем гранит – и даже более холодной, чем я ожидала.
Он улыбнулся мне своими подернутыми пеленой глазами, и я не могла отвести от них взгляд. Глаза его как-то странно и неприятно зачаровывали меня.
Выражение лица Аро менялось, пока я смотрела на него. Уверенность начала исчезать и сменилась сначала сомнением, а затем недоверием, прежде чем он снова превратил его в доброжелательную маску.
– Чрезвычайно интересно, – произнес он, отпуская мою руку и плавно отступая назад.
Я бросила взгляд на Эдварда, и хотя лицо его выражало невозмутимость, мне показалось, что за ней скрывается самодовольство.
Аро продолжал плавно скользить по полу с задумчивым видом. На мгновение он остановился, поочередно смерив взглядом меня, Эдварда и Элис, потом внезапно покачал головой.
– Во-первых, – сказал он как бы сам себе, – мне интересно, восприимчива ли она к другим нашим талантам… Джейн, дорогая!
– Нет! – прорычал Эдвард. Элис схватила его за руку, пытаясь сдержать. Он стряхнул ее ладонь.
– Да, Хозяин? – Малютка Джейн счастливо улыбнулась Аро.
Теперь Эдвард рычал по-настоящему, хриплый рев с силой вырывался из его гортани, а глаза испепеляюще впились в Аро. Зал притих, все ошеломленно и недоверчиво смотрели на него, словно он совершил невообразимо дерзкий проступок. Я видела, как Феликс довольно осклабился и сделал шаг вперед. Но одного взгляда Аро оказалось достаточно, чтобы он замер на месте, а его улыбка сменилась выражением угрюмого недовольства.
Затем он обратился к Джейн:
– Мне стало интересно, дорогая моя, восприимчива ли Белла к твоему дарованию.
Я едва разбирала слова Аро за яростным рычанием Эдварда. Он отпустил меня, переместившись так, чтобы заслонить меня от их взгляда. Кай вместе со своей свитой быстро приблизился, собираясь посмотреть на происходящее.
Джейн повернулась к нам с блаженной улыбкой на губах.
– Не надо! – вскричала Элис, когда Эдвард бросился на миниатюрную девушку.
Не успела я и глазом моргнуть, как Эдвард оказался на полу – прежде, чем кто-то бросился между ними и среагировали телохранители Аро. Его никто не коснулся, но он бился на полу в жутких конвульсиях, а я с ужасом наблюдала за этим.
Теперь Джейн улыбалась лишь ему, и тут у меня в голове все сошлось, как кусочки пазла: слова Элис о талантах Вольтури, то, почему все относились к Джейн с таким подобострастным почтением и почему Эдвард преградил ей путь, прежде чем она смогла добраться до меня.
– Перестаньте! – взвизгнула я, разорвав тишину и бросившись вперед, чтобы оказаться между ними. Но Элис обхватила меня, не обращая внимания на мои попытки вырваться. Эдвард, не издавая ни единого звука, корчился на каменном полу. Мне показалось, что моя голова лопнет от боли при виде этого.
– Джейн, – негромко остановил ее Аро.
Она быстро подняла глаза, все еще довольно улыбаясь, и вопросительно посмотрела на Аро.
Как только Джейн отвела взгляд, Эдвард затих. Аро наклонил голову, глядя на меня. Джейн с улыбкой повернулась ко мне.
Я не обратила на нее внимания. Я смотрела на Эдварда, сжатая железными объятиями Элис, все еще безуспешно пытаясь из них вырваться.
– С ним все хорошо, – прошептала Элис.
В следующий момент Эдвард сел, а потом легким прыжком вскочил. Наши взгляды встретились – в его глазах был ужас. Сначала я подумала, из-за того, что он испытал. Но он быстро взглянул на Джейн, потом снова на меня, и лицо его немного смягчилось.
Я тоже посмотрела на Джейн, но она больше не улыбалась. Она сверлила меня разъяренным взглядом, плотно сжав челюсти от напряжения и сосредоточения. Я отпрянула назад, ожидая дикой боли. Однако ничего не произошло.
Эдвард снова оказался рядом со мной. Он тронул Элис за руку, и та передала меня под его опеку. Аро начал смеяться.
– Ха-ха-ха! – Он от души развеселился. – Какая прелесть!
Джейн злобно шипела, подавшись вперед, словно готовясь к прыжку.
– Не расстраивайся, дорогая моя, – успокаивал ее Аро, положив ей на плечо мертвенно-бледную, почти бестелесную руку. – Она всех нас поставила в тупик.
Джейн приподняла верхнюю губу, обнажив зубы, продолжая испепелять меня взглядом.
– Ха-ха-ха! – снова хохотнул Аро. – Ты очень храбр, Эдвард, раз перенес все это молча. Я как-то попросил Джейн проделать это со мной – просто из чистого любопытства. – Он восхищенно покачал головой.
Эдвард смерил его взглядом, полным отвращения и ненависти.
– Итак, что же нам с вами делать? – вздохнул Аро.
Эдвард и Элис замерли в напряженном ожидании. Настал решающий момент. Меня начало трясти.
– Полагаю, что, по всей вероятности, ты не передумал? – с непонятной надеждой в голосе спросил Аро у Эдварда. – Твой талант стал бы великолепным дополнением для нашего небольшого сообщества.
Эдвард колебался. Боковым зрением я заметила, как лица Феликса и Джейн исказили гримасы.
Похоже, Эдвард тщательно взвесил каждое слово, прежде чем ответить.
– Я… пожалуй… откажусь…
– Элис? – обратился к ней Аро, по-прежнему не теряя надежды. – Возможно, тебе будет интересно присоединиться к нам?
– Нет, благодарю вас, – ответила Элис.
– А ты, Белла? – Аро вскинул брови.
Эдвард тихо зашипел мне на ухо. Я непонимающе таращилась на Аро. Он что, шутит? Или же действительно спрашивает меня, не хочу ли я остаться на обед? И тут молчание нарушил седовласый Кай.