е, что лужайка утопала в зеленых волнах высотой по пояс.
Дом был на месте, но он был другим. Хотя снаружи ничего не изменилось, пустота все равно кричала из слепых окон. Это было жуткое зрелище. Впервые, с того момента как я увидела красивый особняк, он походил на место где обитали вампиры.
Я ударила по тормозам, отводя взгляд от дома. Я боялась ехать дальше.
Я замерла, вслушиваясь в себя, но ничего не случилось. Я не услышала никакого голоса у себя в голове.
Поэтому, оставив двигатель включенным я прыгнула в море папоротника. Возможно, как той ночью в пятницу, если я сделаю шаг вперед….
Я медленно пошла по направлению к пустующему дому, позади меня успокаивающе грохотал мотор пикапа. Я остановилась, добравшись до первых ступенек, потому что здесь ничего не было. Здесь не было ни малейшего признака их присутствия… его присутствия. Дом все еще был здесь, но теперь это мало что значило. Его существование, еще не было препятствием для моих ночным кошмаров.
Я не стала подходить еще ближе. Я не хотела смотреть в окна.
Я не была уверена, что будет тяжелее увидеть — пустующие комнаты, отзывающиеся эхом пустоты от пола до потолка, это было бы действительно больно. Как на похоронах моей бабушки, когда моя мать настояла, чтобы я осталась дома. Она сказала, что я не должна видеть бабулю в такой момент, я должна помнить ее живой.
Или было бы гораздо хуже увидеть, что все осталось по-прежнему? Если бы мебель располагалась так же, как я видела в последний раз, и те же картины на стенах, — что хуже всего, рояль на небольшой платформе? Это бы только усилило ощущение пустоты, ведь люди, которые жили здесь, унесли с собой все то, что вселяло жизнь в это место. В доме, что остался после них забытым и покинутым — уже не было жизни.
Точно так же, как и во мне.
Я повернулась спиной к пустующему дому и поспешила в свой пикап. Я почти бежала, стремясь вернуться в человеческий мир. Я чувствовала себя опустошенной и очень хотела увидеть Джейкоба. Возможно, я развивала новый вид болезни — патологической потребность в общении, как отчужденность до этого. Меня это не слишком волновало. Я гнала пикап на предельной скорости, стараясь убежать от своих мыслей.
Джейкоб ждал меня и я сразу расслабилась, как только увидела его и мне даже стало легче дышать.
— Привет, Белла! — крикнул он.
Я облегченно улыбнулась. — Привет, Джейкоб, — и махнула Билли, который смотрел из окна.
— Ну, пойдем, поработаем? — спросил Джейкоб низким и нетерпеливым голосом.
Каким то чудом, я была все еще состоянии смеяться. — Ты серьезно? Неужели ты все еще не сыт мной по горло? — удивилась я. Ему пора бы уже начать задаваться вопросом, насколько я безнадежна, для того, чтоб составить ему компанию.
Джейкоб обошел дом, направляясь к своему гаражу, — Не… Пока еще нет.
— Ты ведь скажешь мне, когда я начну тебя нервировать? Не хотелось бы стать для тебя головной болью.
— Хорошо, — Он хрипло засмеялся. — Я бы не выдержал твоего пыхтения по этому поводу.
Когда я зашла в гараж, я была потрясена увидев, что вместо груды металла, теперь был красный мотоцикл. Точнее, он постепенно становился похож на мотоцикл.
— Джейк, ты удивительный, — выдохнула я.
Он засмеялся снова. — Я становлюсь словно одержимый, когда у меня есть проект. — Он пожал плечами. — Но если бы у меня еще были мозги, то я ремонтировал бы его медленнее.
— Почему?
Он посмотрел вниз, надолго замолчав, и я задалась вопросом, слышал ли он мой вопрос. Наконец, он спросил меня, — Белла, если бы я сказал тебе сейчас, что я не могу починить эти мотоциклы, что бы ты сказала?
Я так же не ответила сразу, и он взглянул меня, пытаясь рассмотреть выражение моего лица.
— Ну, я бы наверно сказала… очень жаль, Джейкоб но я держу пари, что мы смогли бы придумать что-нибудь еще. На крайний случай, совсем отчаявшись, мы могли бы делать вместе домашнюю работу.
Джейкоб улыбнулся и его плечи расслабились. Он сел рядом с мотоциклом и взял гаечный ключ. — Так ты имеешь в виду, что ты будешь приезжать даже когда я закончу?
— Так вот ты о чем? — Я тряхнула головой. — Я думаю, что смогу использовать в своих интересах твои очень недооцененные механические навыки и дальше, после окончания работы над мотоциклами, Джейкоб, — сказала я уже серьезнее, — пока ты позволяешь мне приезжать, я буду приезжать.
— Надеешься снова увидеть Квила? — подразнил он.
— Ты раскусил меня.
Он захихикал. — Тебе действительно нравится проводить свое свободное время со мной? — спросил он удивленно.
— Очень, очень. И я докажу это. Я должна завтра идти на работу, но в среду мы сделаем что-нибудь немеханическое.
— Например?
— Я понятия не имею. Мы можем пойти в мое любимое местечко, надеюсь, там ты не будешь испытывать одержимость к ремонту. Ты можешь взять свои школьные задания с собой, тебе нужно подтянуться в учебе, и я помогла бы тебе решить их.
— Да, точно, домашняя работа могла бы быть хорошей идеей, — Он состроил гримасу, и я подумала, сколько домашних работ он не сделал, чтобы побыть со мной.
— Да, — согласилась я. — Мы хотя бы изредка должны вести себе ответственно или Билли с Чарли не будут так спокойно относиться к этому. — Я сделала жест, указывающий на нас как единое целое. Ему понравилось — он засиял.
— Домашняя работа один раз в неделю? — предложил он.
— Возможно будет лучше два, — предложила я, думая о грузе, который собиралась взвалить на себя.
Он наигранно тяжело выдохнул и потянулся к бумажному бакалейному пакету, отложив свои инструменты. Оттуда он вытащил две баночки содовой, открыл одну и вручил ее мне. Он открыл вторую, держа ее церемонно.
— За ответственность, — он произнес тост. — Два раза в неделю.
— И безрассудство во все остальные дни, — подчеркнула я.
Он усмехнулся и чокнулся со мной.
Я вернулась домой позже, чем планировала и обнаружила, что Чарли уже заказал пиццу, не дожидаясь меня. Он не дал мне извиниться.
— Я вовсе не злюсь на тебя, — заранее уверил он меня, увидев мой виноватый взгляд. — Как бы то ни было, ты заслуживаешь передышку от готовки и вообще от домашних дел.
Я знала, что он только успокоился, что я веду себя как нормальный человек и не собирался раскачивать лодку.
Прежде чем приступить к своему домашнему заданию, я проверила электронную почту, там было длинное письмо от Рене. Она расспрашивала меня подробности моего предыдущего письма, высланного мною ранее. Поэтому я сразу же написала другое, с исчерпывающим описанием моего дня. Обо всем, кроме мотоциклов. Даже Рене, со всей своей беспечностью, вероятно, встревожится, узнав о них.
Вторник в школе принес с собой свои радости и огорчения. Анжела и Майк готовы были принять меня с распростертыми объятьями, не смотря на мое безобразное поведение за несколько прошедших месяцев. Джесс же была более стойкой. Я задалась вопросом, нужно ли ей формальное письменное извинение за инцидент в Порт. нджелесе.
Майк был оживленным и болтливым на работе. Как будто он накопил темы для разговоров со мной за весь прошлый семестр, и теперь они лились из него потоком. Я обнаружила, что уже спокойно могу смеяться и улыбаться вместе с ним, хотя и не так легко, как с Джейкобом. В наших с Майком отношениях все шло тихо и мирно, до определенного момента.
Пока я сворачивала рабочий жилет и запихивала его под прилавок, Майк повесил на окно табличку — закрыто.
— Было весело сегодня, — сказал Майк счастливо.
— Да, — согласилась я, хотя с большей радостью провела бы это время в гараже.
— Жалко только, что тебе пришлось так рано уйти из кино на прошлой неделе.
Я немного смутилась от резкого перехода и пожала плечами. — Наверно я просто страшная трусиха.
— Я думаю, тебе надо было пойти на кино другого жанра, тогда бы ты на самом деле наслаждалась просмотром, — посоветовал он.
— О, — пробормотала я, все еще смущенная.
— Например, в эту пятницу. Со мной. Мы могли бы пойти посмотреть, что-нибудь приятное, без страшилок.
Я закусила губу.
Я совсем не хотела портить отношения с Майком теперь, когда он был одним из тех, кто был готов простить меня за мое сумасшествие. Но это, снова, казалось столь далеким от привычного. Как будто и не было прошлого года. Мне было жаль, что на этот раз у меня нет отговорок про Джесс.
— Свидание? — спросила я. Честность была, вероятно, лучшей политикой в данном вопросе. Чтобы покончить с этим.
Он сразу обратил внимание на мою интонацию в голосе, — Если ты не против. Но это конечно не обязательно должно быть настоящее свидание.
— Я не хочу свидание, — сказала я медленно, понимая, что это действительно правда. Целый мир казался мне невероятно далеким.
— Просто как друзья? — предложил он. Я кивнула. Его ясные синие глаза явно были не согласны с этим. Мне же хотелось верить, что Майк действительно понимает, что мы могли бы на самом деле быть друзьями.
— Будет весело. Но у меня уже есть планы на эту пятницу, может на следующей неделе?
— А чем ты собираешься заняться? — спросил он, более небрежно чем, я думаю, он хотел бы, чтобы это прозвучало — Домашней работой. У меня… запланированы занятия с другом.
— О. Хорошо. Может на следующей неделе.
Он проводил меня к моей машине, менее яркой, чем прежде. Это так ясно напомнило мне мои первые месяцы в Форксе. Я прошла полный цикл и теперь все казалось подобным эху — пустому эху, лишенному обычного интереса.
Следующим вечером, Чарли даже не удивился, увидев как мы с Джейкобом развалились на полу в гостиной, разложив вокруг себя книги. Видимо он и Билли уже обо всем поговорили за нашими спинами.
— Привет, ребята. сказал он, и скосил взгляд в сторону кухни. Запах лазаньи, на готовку которой я потратила целый день, пока Джейкоб наблюдал и иногда снимал пробу, аппетитно растекался по комнате; таким образом, я старалась искупить свою вину за пиццу.
Джейкоб остался на обед и захватил тарелку с лазаньей домой, для Билли. Он неохотно добавил еще один год к моему договорному возрасту за то, что я такой замечательный повар.