<...> включить в программу 1938 г. изготовление для всего Союза 200 похоронных автобусов744.
Однако, так же как и при всех предыдущих попытках, экономические основания этого плана выглядят несерьезно. Проект предполагал строительство больших объемов новой инфраструктуры, в том числе планировалось «на всех кладбищах и в крематориях срочно построить новые здания для временного хранения умерших или соответственно приспособить имеющиеся на кладбищах или в крематориях подобающие для этого случая помещения»745, а также существенно увеличить объемы производства и улучшить качество гробов, венков, украшений, памятников, оформления могил и т. д. «при одновременном снижении всех расценков на 25%»746.
Нам неизвестно, был ли принят данный проект постановления, так же как и то, кто именно стоял за его составлением, однако очевидно, что этот текст, даже если он и не имел прямых последствий, отражал меняющуюся реальность и показывал вектор развития. По всей видимости, проект постановления 1937 года отражал и формировал определенные политические и административные тенденции, которые развивались на всем протяжении 1930-х годов. Так, в конце этого десятилетия в полном согласии с проектом администрирование похоронного дела снова изменяется. Учреждения похоронного обслуживания — кладбища, бюро, мастерские и т. д., еще недавно переданные в неоформленное управление Советов, объединяются в городские тресты похоронного обслуживания населения. 4 марта 1938 года, согласно Постановлению Президиума Московского Совета РК и КД, всё похоронное дело в Москве было объединено в один городской трест похоронного обслуживания, в состав которого вошли Центральное похоронное бюро, межрайонные похоронные бюро Москвы, все городские кладбища и крематорий747. Аналогичные процессы происходили и в других городах. Фактически это означало выделение похоронного дела в отдельную, отчасти самостоятельную, отрасль советского коммунального хозяйства.
К сожалению, документация похоронного дела в СССР, относящаяся ко второй половине 1930-х годов и более позднему времени, представлена разрозненным и крайне фрагментарным набором документов, сохранившихся в основном в фондах смежных организаций или контролирующих органов. Поэтому непосредственных данных о том, как проходило формирование трестов похоронного обслуживания в разных городах страны, у нас на данный момент нет. Материалы свидетельствуют о том, что таких данных не было, по-видимому, и у властей. По крайней мере, следующий этап обращения к этой теме вновь начинается именно со сбора сведений с мест. СНК СССР возвращается к вопросу о состоянии похоронного дела в стране в апреле 1942 года.
Дача из гробов: от попыток реформ к осмыслению катастрофы
Обращение к проблеме гражданских похорон на городских кладбищах, расположенных в тылу, именно весной 1942 года вызывает удивление. Казалось бы, в течение долгого времени удручающее состояние похоронного дела в стране не слишком беспокоило власти, и вот сейчас, в тот момент, когда наступление немецких войск еще не остановлено, за год до переломного момента, связанного с победой в Сталинградской битве, тогда, когда идут бои под Москвой и Ржевом, Наркомат коммунального хозяйства начинает активно изучать состояние похоронного дела и пытается наладить систему похоронного обслуживания в стране. Отметим, что в данном случае речь идет не о военных потерях или умерших в госпиталях, а о мирном населении, о повседневных смертях жителей тыловых городов. Сложно сказать, насколько обращение к проблеме похоронного обслуживания в момент наибольшей мобилизации и напряжения было сопряженно с большим количеством жертв и смертей или со страхом того, что чудовищный послереволюционный похоронный кризис может повториться. Интересным также представляется тот факт, что некоторые регионы, которые подверглись этой плановой ревизии, несколько недель спустя были оккупированы немецкими войсками, как, например, Калмыкия.
Какова бы ни была причина, по которой начались проверки похоронного дела, согласно приказам СНК РСФСР № 29 от 23 января 1942 года и № 419 от 11 апреля 1942 года похоронное хозяйство городов РСФСР должно было быть подвергнуто обширной ревизии. По имевшимся у СНК сведениям, «органы коммунального хозяйства совершенно неудовлетворительно руководят работой похоронных бюро в населенных пунктах РСФСР. СНК обязал Наркомхоз и Наркомздрав принять срочные меры по улучшению работы похоронных бюро и в двухнедельный срок информировать СНК»748. Однако оказалось, что в положенные две недели Наркомхоз не может не только исправить положение, но даже и предложить какие-то меры по ее улучшению, поскольку незнаком с ситуацией. Потребовалось командировать работников в города РСФСР с ревизиями для того, чтобы узнать о ситуации. Иными словами, Наркомхоз настолько не интересовался тем, как устроено похоронное дело в городах страны, что, для того чтобы дать СНК какой-то внятный ответ, руководству Наркомхоза пришлось отправить на места ревизоров. Им потребовалось время с апреля по июль, т. е. три месяца, для того чтобы осмыслить ситуацию, выявить основные проблемы и предложить пути их решения.
Проведенные в городах РСФСР ревизии фактически показали не наличие конкретных проблем в похоронном деле, которые могут быть решены тем или иным способом, а отсутствие в стране похоронного хозяйства как такового. Из приказа Народного комиссариата коммунального хозяйства РСФСР № 385 от 21 июля 1942 года:
Проведенным Наркомхозом РСФСР обследованием и из полученных сведений с мест установлено, что в ряде городов похоронное дело поставлено неудовлетворительно (Чебоксары, Владимир, Мурманск, Архангельск, Казань, Элиста).
В некоторых городах нет специальных организаций, ведающих похоронным делом (города Чувашской, Калмыцкой АССР; Свердловской области), большинство городов не имеет мастерских по изготовлению гробов и похоронных принадлежностей.
В ряде городов не имеется специального транспорта для перевозки тел умерших (Владивосток, Чебоксары, Архангельск, Йошкар-Ола).
Кладбищенское хозяйство запущено и много кладбищ неблагоустроено. Вследствие неудовлетворительного состояния похоронного дела тела умерших, в отдельных случаях, находились в квартирах свыше установленного срока.
Отмеченные факты показывают, что Наркомхоз АССР, заведующие отделами Облкрайкомхозами и Горкомхозами считают похоронное обслуживание второстепенным делом, недооценивают его политического и санитарного значения и не уделяют внимания этому важнейшему участку работы коммунального хозяйства749.
Повлияли ли на осознание членами СНК РСФСР большого политического значения похорон тяжелые воспоминания о похоронных кризисах времен Гражданской войны, которые актуализировались с наступлением Великой Отечественной войны, или их деятельность была продолжением тех реформ, которые были намечены в проекте постановления СНК РСФСР конца 1937 года, неизвестно, однако в «целях немедленного улучшения похоронного дела» всем ответственным организациям было приказано в месячный срок наладить похоронное обслуживание гражданского населения в городах: организовать похоронные тресты или похоронные бюро, «выделить из городского коммунального транспорта для трестов и бюро похоронного дела необходимое количество лошадей с упряжью и автомашин, запретить использовать вверенный транспорт не по прямому назначению», снабдить новые тресты и бюро похоронного дела катафалками и отремонтировать имеющиеся катафалки, организовать при трестах похоронные бюро и специальные мастерские по изготовлению гробов и похоронных принадлежностей, отремонтировать и оборудовать существующие при кладбищах морги и построить, где не имелось, новые морги упрощенного типа или приспособить для этой цели постройки на территории кладбищ, полностью обеспечить кладбищенское хозяйство необходимым инвентарем и инструментом для приготовления могил, привести существующие кладбища в надлежащий вид (сделать проходы и проезды, ограды, привести в порядок зеленые насаждения) и обеспечить охрану кладбищ750 — одним словом, в месячный срок в военных условиях решить все те проблемы, которые не находили решения с начала 1920-х годов.
Год спустя, в марте 1943 года, история повторилась751. Очередное постановление СНК РСФСР фиксировало «недопустимые факты в деле захоронения покойников»:
В городах Пензе, Кирове, Саратове, Новосибирске, Сарапуле действующие кладбища не охраняются и запущены. В ряде случаев применяется недопустимая практика захоронения в существующих могилах. Имеет место задержка захоронения умерших из-за отсутствия гробов, средств перевозки и рабочей силы для рытья могил (гг. Ижевск, Саратов, Владимир, Архангельск)752. СНК снова предписал городским Советам депутатов трудящихся решить все проблемы в месячный срок, организовать похоронные бюро, наладить производство похоронных принадлежностей и т. д.
В целом при чтении документов ревизий создается впечатление, что никто из сотрудников похоронных трестов и не рассчитывал, что к ним кто-то будет обращаться за помощью в организации похорон. Из акта ревизии похоронных бюро в Кирове в 1944 году:
Похоронное Бюро магазинов по продаже гробов и похоронных принадлежностей не имеет. Прием заказов на изготовление гробов производится конторой Похоронного Бюро, а отпуск их мастерской по изготовлению гробов, находящейся на расстоянии в 3-х километров от Конторы. Вывески об изготовлении гробов не имеет входная дверь отсутствует заказчики проходят в мастерскую через окно. Помещение не оборудовано и завалено хламом. На день проверки 20 сентября мастерская готовых гробов не имела. С 1 января по 1 сентября 1944 года мастерской изготовлено 126 гробов, а могил выкопано работниками кладбища за этот же период 1145, сопоставляя эти цифры запрос населения удовлетворен лишь на 9%. Качество изготовляемых гробов низкое, поверхностная отделка отсутствует — (обивка, окраска), не производится, технических условий мастерская не имеет. <...> Транспортные средства похоронному бюро не выделены и перевозка умерших на кладбище не производится753.