улыбнулся и сказал.
-Может, если оклад повысить, и СЭП возрастет?
Садясь в машину, Кельм размышлял, не стоило ли все же взять санкцию у Торна наработу с Кибой. Убедить начальство, что биофизик сделал решающие открытия вобласти исследования СЭП, забрать официально в лиар. Хотя это может не получиться,из атрайда так не выпустят никого, атрайд -- мощнейшая сила. А контакт с Кибойтогда станет особенно затруднен.
Нет уж, лучше оставить все, как есть. Операция продумана, если все выйдет - онубьет двух зайцев одним выстрелом.
Дождь шел со снегом, сек лобовое стекло, силясь проникнуть в уютный, теплыймирок салона. Фары с трудом прорезали мозглую темень. Радио предупредило опробке на третьей эстакаде -- Кельм свернул в объезд. В туннель под жилымикварталами -- здесь, по крайней мере нет ледяного дождя, с усилиемразмазываемого по стеклу щетками. Кельм думал о предстоящей операции ичувствовал правым бедром воображаемое тепло -- как если бы рядом сидела Ивик.Какая-то часть его существа таяла от нежности и беспокойства. Может, позвонитьей еще раз... да нет, на работе она. И вообще не надо лишний раз. Кельм поймалсебя на том, что улыбается.
Он ехал на встречу с агентом, своим подчиненным, которому предстояло пройтипластику внешности - а затем проникнуть в Южный атрайд.
Мэрфел Киба все еще был похож на гнома. Но похудевшего и остриженного. Иволосы, и борода коротко, аккуратно подрезаны. Изменилось выражение глаз --синих буравчиков, когда-то остро сверкавших из чащи морщин, теперьнастороженно-тусклых.
Это выражение, да еще атрайдовская одежда, пижама в серую клеточку, шлепанцы --какой там "мэрфел", профессор, уважаемый ученый; просто пациентпсихиатрической клиники. Старый, жалкий, смешной. Киба был необычно маленькимдля дарайца, чуть не на голову ниже дейтрина. Гном. Когда они сели, впрочем,разница в росте перестала ощущаться.
Помещение для свиданий было маленькое, с желтоватыми стенами, почти пустое --два кожаных диванчика и журнальный стол посередине. Видеокамер не было, но занепрозрачным, отливающим серым блеском окном в одной из стен, безусловно,сидели охранники или даже кто-то из психологов. Дейтрин безразлично скользнулвзглядом по окну. Он был подготовлен к этому варианту.
-Здравствуйте, мэрфел, - начал он, - я кое-что посмотрел в сети по вашим работам,и вот -- захотелось встретиться с вами лично. Я имею в виду, конечно, вашипоследние работы, по облачному телу...
-Вы ведь не ученый? - уточнил гном. Дейтрин смущенно улыбнулся.
-Нет, я всего лишь практик. Видите ли, я работаю в лиаре... вам ведь сообщили?
-Ничего мне не сообщили. Сказали, какой-то дейтрин. Нас тут, знаете, не балуютинформацией. Я даже имени вашего не...
-Меня зовут Холен иль Нат, - сказал агент спокойно.
Карточку на это имя агент получил от стаффина иль Кэра, вместе с легендой иинструкциями.
-Я действительно дейтрин, но вполне сознательно работаю в Лиаре. Я сторонникдемократии, свободы и гуманизма. Но дело не в этом. Как практика, меняинтересует именно практический аспект. Почему такая колоссальная разница междудейтринами и дарайцами в области создания медианного оружия. Почему мывынуждены использовать подростков, почему они со временем теряют СЭП. Почемудаже признанные дарайские творцы, работники сферы искусства, не способнысоздать сколько-нибудь работающий медианный образ. Я консультировался с другимиучеными. Мне показалось, что вы подошли довольно близко к решению...
На протяжении его речи старик все более выпрямлял спину, поза его быланапряженной, глаза нервно загорелись.
-Вы ошибаетесь, - сказал он сухо, - я действительно написал одну работу на этутему. Но это была сырая работа. Выводы... возможно, ошибочные. Слишком малоэкспериментального материала. Словом, я не могу ничего утверждать. Кроме того,если вы удосужились ознакомиться с проблематикой, вы не можете не знатьофициально принятой теории расовой дифференциации.
-Если я правильно понял, эта теория говорит о принципиальном расовом различиидейтринов и дарайцев. Оно заключается в том, что дейтрины находятся напромежуточной ступени эволюции и всю жизнь сохраняют некоторые качества,которые у человека... у дарайца проявляются только в детстве. Одно из этихкачеств оказалось положительным, это способность к созданию медианных образов.Кроме этого -- психологический рисунок подростка, иерархичное поведение, инойгормональный состав... я правильно излагаю?
-Да, совершенно верно, - Киба откинулся на спинку дивана.
-У этой теории есть слабые места, писали вы...
-Я не готов сейчас обсуждать это с вами, - тихо сказал Киба. Агент взглянул нанего с непонятным выражением.
-Это неважно, - сказал он, - все это теория. Мне нужна практическаяальтернатива. Я думаю хотя бы о том, нельзя ли... э... хотя бы часть людейсохранять на стадии развития дейтрина. Пока идет война, и это необходимо. Ведьпроизводим же мы вангалов.
Киба пожал плечами.
-Очень может быть. Но видите ли, при современном состоянии науки все этопрекраснодушные мечты. Реальное вмешательство в геном с целью создать творца --недостижимо. Вангала, знаете ли, создать значительно проще. Рушить -- нетворить. Мы пока даже приблизительно не представляем механизмынаследственности, проклятый меня раздери, мы даже не можем договориться о том,какие именно свойства фенотипа здесь работают. И потом -- это к генетикам, неко мне.
Дейтрин огорченно хмыкнул. Повертел в руках прихваченный журнал "Вопросыпсихофизиологии".
-Да и чем я могу вам помочь, я ведь не педагог, не психолог. Как вашихподростков заставить работать дольше -- я не представляю. Даже если бы я идействительно как-то решил проблему различий облачных тел. У вас -- обычныедарайские подростки.
-Жаль. Я рассчитывал получить от вас... просто какой-нибудь ответ. Ответ,который поможет мне приблизиться к пониманию.
-Ведь вы дейтрин. Вы и выросли в Дейтросе?
-Да.
-Вы должны что-то знать об этом. Может быть, даже больше нас.
-Ах, оставьте. Дейтрос -- это пропаганда. Дарайцы прокляты Богом, отказались отБога, поэтому не способны творить. Вот и все, что нам долбят. Это чушь несусветная-- можно подумать, на той же Триме было мало отличных творцов-атеистов. Да и унас в языческие времена... Наука здесь ни при чем. Свойств, которыеобеспечивают нашим гэйнам -- заметьте, это тоже лишь небольшая часть населения-- способности творить, дейтрийская наука тоже не открыла.
-М-да, - протянул Киба, - но честно говоря, что ваша пропаганда, что нашипредставления об этом -- недалеко друг от друга ушли. То, что у нас об этомговорится -- тоже... в общем-то дремучие суеверия. Идеология... - он вдругосекся.
-Как вам вообще здесь? - спросил агент, - Лечение идет успешно? Может быть, вамчто-то нужно? Вас ведь не посещают...
-Спасибо. Лечение... шансов мало. Вероятно, здесь я и закончу свои дни.
-Как-то вы уж очень пессимистично.
-Ну что вы, я оптимист. Скоро вот очередной курс нейролептиков, тогда я вряд лисмогу с вами адекватно поговорить. Но спасибо за посещение, доставилоудовольствие... спасибо.
-У меня к вам еще один небольшой вопрос.
Дейтрин протянул старику журнал.
-Здесь, на странице шестнадцать есть статья. Я прочитал, и мне показалось, чтоавтор как раз выдвигает интересную идею. Что вы об этом скажете?
Он напрягся внутренне. Киба быстро перелистнул журнал.
-Обратите внимание на синий шрифт. Темно-синий, - спокойно сказал дейтрин.
Статья действительно была на нужную тему, хотя никаких особых идей там невыдвигалось. И синий шрифт там был -- правда, светлый, почти голубой, вставкиголубого цвета. Для тех, кто смотрит с той стороны стекла. Но незаметно для нихв тексте еще там и сям раскиданы буквы, выделенные темно-синим. Очень темным.Лишь обладая острым зрением, можно увидеть эти буквы и вблизи.
Темно-синими буквами, если читать только их, в тексте было выделено посланиеКибе.
"Мэрфел я готов помочь вам в бегстве из атрайда и нашего мира на триму этоваш последний шанс от вас мне будет нужна определенная информация если высогласны только произнесите слова в этой статье зерно истины ждите спокойно явыведу вас через пару дней это риск но у вас есть шанс на полноценную жизнь натриме"
Киба читал долго. Выражение его глаз менялось. Дейтрин спокойно откинулся наспинку дивана, сложил руки на груди и наблюдал за ученым.
Прошла вечность.
Потом биофизик поднял голову и сказал.
-В этой статье есть зерно истины. Несомненно.
Дейтрин энергично кивнул.
-Я так и думал! Все-таки не зря я вас нашел.
-Не рассчитывайте на многое, - Киба протянул ему журнал, - идеи такого родавыдвигались и раньше. Мне это тоже приходило в голову. Но... не знаю, не знаю.Есть слабые места. Но вы этого не поймете. Представьте хотя бы уравнение Лода,описывающее нервный импульс... ах, о чем я, вы же не понимаете этих вещей. Нет,Холен. Видите ли, это все же -- не для дилетантов. Похвально, что выинтересуетесь наукой. Но я советую вам делать свое дело...
Он встал. Дейтрин протянул руку и энергично пожал костлявую вялую ладоньученого.
-Я и делаю свое дело, мэрфел. И стараюсь сделать его как можно лучше.
За широкими, залитыми тьмой окнами, двигалась гроза. Ветер и ливень хлестали постеклам, и даже отсюда, из каминного уюта, ощущалось, как там, снаружи, холоднои промозгло. В такую погоду надо сидеть на диване, завернувшись в одеяло, питьглинтвейн или чай с настойкой, под ласковое бормотание телевизора. По экрануметались цветные пятна, Ивик лишь краем сознания воспринимала их. Она прижаласьк Кельму, широкая и горячая рука обнимала ее плечи. Столик с подогретымчайником, со стаканчиками, чашками, бутылкой, печеньем, замер у ног, каксобака. Кельм повернул голову и тихо перебирал губами ушко Ивик. Егопроисходящее на экране вовсе не интересовало. Там прыгало и искрилось очередное