-И это тоже верно, в Медиане всегда весело. Но все равно, у вас-то там не так.Наверняка какие-нибудь интересные истории были... подопечные интересные. Ктоони у тебя?
Ивик стала вспоминать подопечных. Жарова после трех абсолютно неперспективныхроманов с наблюдения сняли. Штопор женился, и в последнее время стал как-тотерять форму, но может быть, он еще выправится. Только теперь уже без куратора,а это труднее. Женечка...
-А вот знаешь, что интересно было? Однажды курировала я одну девушку...
Она принялась рассказывать про Женю. Хайн слушал с интересом. Придвинулсяближе. Ивик, продолжая говорить, вдруг осознала, что Хайн -- мужчина, и что оней, в общем-то, нравится, и что вокруг на сотни метров -- ни души. Она осекласьи чуть отодвинулась.
-Ну и где она теперь?
-А теперь она в Дарайе где-то работает. С этими агентами связи практически нет,только по делу связь.
Ивик подняла голову. Карие глаза Хайна внимательно смотрели на нее. В глазахбыл вопрос, не имеющий отношения ни к Жене, ни к ее рассказу.
Дежа вю морозом пробежало по хребту. Когда-то давно перед ней стоял вот такойже человек, непохожий по внешности, но тоже распластанный и истерзанный жизнью,и она могла утешить, могла дать счастье, и уже даже пообещала это... И резала,резала скальпелем по живому.
Сейчас -- не так. Но все равно.
Она коротко, прерывисто вздохнула и поднялась.
-Пойдем-ка назад, Хайн. Скоро обед, и я обещала еще мужу позвонить.
Ивик врала. С Марком говорили три дня назад, пустяшный был разговор, что-то продетей, про хозяйство -- и все. Как обычно. Марк, конечно, к ней не собирался --слишком уж далеко, через Медиану еще можно, но он не пойдет через Медиану. Небыло никакого смысла звонить Марку -- только отвлекать, у него ведь своя жизнь.Но пока шли назад, Ивик решила все же позвонить -- Кейте. Почему бы и неспросить напрямую, в чем дело. Конечно, скорее всего Кейта либо с Тримы еще невернулась, либо задержали домашние дела.
Вкомнатах санатория связи не было. Ивик вошла в компьютерную и присела к первомуже эйтрону. Набрала номер, нацепила наушники. Кейты не было дома, и никого уних не было. Тогда Ивик перезвонила ближайшим родственникам -- в блок, где жилиДана и Дэйм.
-Да? - раздался знакомый высокий голосок Даны. У Ивик екнуло сердце от нежности.
-Дан, привет! Это я!
Дана отвечала через микрофон, не включая эйтрон.
-Привет, Ивик! Как ты там?
-Я нормально! Дан, извини, если отрываю, я на минуту -- хотела позвонить Кейте,а ее что-то дома нет. Она хотела ко мне сегодня...
-Понимаешь... - Дана замолчала. Ивик побледнела, пальцы ее крепко сжали крайстола. Нет. Только не Кейта... нет.
-Что? - спросила она дрожащим голосом.
-Она жива, не беспокойся, она жива, - поспешила заверить Дана, - ты не нервничайтак. Видишь ли, тут у нас проблемы. Кейту забрали.
Лишь в Медиане, и то -- уже на самом подходе к Коре, где жила семья Кейты --Ивик пришло в голову, что наверное, не надо было так срываться. Не надо былоругаться с главврачом, объясняя, что она уже совершенно здорова, вообще не надобыло уходить. В конце концов, все можно узнать и через эйтрон. Зачем она тамнужна? Кому?
Авот для нее самой это может обернуться неизвестно чем. Например, накроетсямедным тазом работа в Дарайе. Да и на Триме тоже -- кто же выпустит работатьагента с сомнительной идеологической репутацией?
Ивик почувствовала омерзение к себе самой и к этим своим мыслям. О чем вообщеможно говорить, когда Кейту обвиняют в чем-то несусветном? Когда она, вот прямосейчас, в Версе, наверное, сидит в какой-нибудь камере (Ивик ни разу недовелось побывать в этом учреждении, и она слабо представляла, как там это всевыглядит). Или на допросе, и ей что-то там колют. Гадость какая! Мерзость. Дажедумать об этом противно.
Кейта -- самый лучший человек на этой планете. Самый лучший, мрачно подумалаИвик. Самый чистый, честный, умный. Может, конечно, она и преувеличивала излюбви и симпатии, но -- ненамного.
Эльгеро оказался дома. Это было чудом, он в последние годы вообще почти небывал дома, дети выросли, с Кейтой они общались на Триме. Но с другой стороны,это было вполне понятным чудом. Вид Эльгеро сразу успокоил Ивик -- он былрешительный, деловой и спокойный. Ни в какой не в панике. Хотя даже егозапредельно высокое звание и положение ничем помочь не могло, от Верса никакиечины не спасают.
-Я позвонил некоторым знакомым, но больше я сейчас сделать не могу. Ждемрезультатов, - пояснил он.
-А что вообще случилось? - Ивик оперлась локтями о поверхность стола. Эйтрон былвключен, видимо, Эльгеро заодно работал, да и как ему прервать работу хоть надень, ведь главнокомандующий, шеман третьего уровня. Муж Кейты коротко,рассеянно глянул на нее.
-Я сам не знаю, Ивенна. Пока все, что удалось выяснить -- поступил сигнал. Я такполагаю, что это идет от ее контактов с хойта. Я ей всегда говорил, что это нете люди, с которыми стоит сближаться. Вера в Христа -- основа нашего общества,мы всегда придерживались заповедей и правил Церкви, я сам придерживался итребовал этого от Кейты. Но если сказать откровенно, часть хойта у нас... вобщем, я считаю, что на фоне всего нашего общества -- учитывая всюнапряженность нашей жизни, часть хойта пользуется слишком большой свободой ипраздностью.
-А что за контакты у нее? - для Ивик было новостью, что Кейта общалась скакими-то хойта. Ее другом был Аллин, но и то в последние годы, кажется, Кейтас ним не общалась. Во всяком случае, ничего о нем не говорила, но может быть,Ивик просто не интересовалась.
-Да там монастырь в Лайсе, в зоне Шиван. Она переписывалась с несколькими монахамиоттуда. Все это богословие, - Эльгеро раздраженно махнул рукой, - я всегдаговорил: надо заниматься своим делом и не лезть в дебри.
Ивик испугалась. Ей вспомнился отец Даны, которого арестовали сначала именно заподозрение в ереси. Но ведь он был хойта, для них это возможно. А Кейта простои не может произнести ересь, она в церкви -- никто. Да и не думала она ничеготакого еретического. Кажется. И в любом случае, ересь квалифицируется толькобогословской комиссией. И если человек не хойта, он может говорить почти все,что угодно. Если бы гэйнов за каждую высказанную мысль таскали на проверки --кто бы вообще смог работать в Медиане...
-Что мне-то делать? Я могу чем-нибудь помочь? - Ивик было неловко. Кажется, онатолько отрывает человека от дел.
-Знаешь что, иди лучше к Дэйму. Его нету сейчас, но там Дана, дети. Если у тебяесть свободное время, это неплохо. Может быть, разрешат свидание, Кейтапорадуется, если ты придешь. Я позвоню сразу, как только что-нибудь выясню.
Старших детей Даны дома не было. Собственно, двое старших уже работали и кродителям наведывались редко. Рейн стал генетиком, говорят -- талантливым, Лита-- гэйной, и служила на юге в патрульной части. Шанор жил в тоорсене. Номладшенькая девочка, двухлетняя Лати, играла в куклы в специально оборудованномдля нее уголке. Дана то ли уже забрала ее из марсена, то ли вообще не повеласегодня. Сама Дана теперь работала на связи сутки через двое, у нее былсвободный день.
Ивик пожалела, что ничего не захватила для Лати. Не до того было. А можно быловзять жаренок, на Лиме они закрученные спиралькой, с орехами. Лати показала ейвсех своих кукол и сообщила, как их зовут. Очень развитая, богатая фантазия,отметила Ивик. Тоже способности гэйны? И тут же одернула себя с досадой,девчонке всего два года.
Лати снова углубилась в игру (нет -- очевидная гэйна. В два года создает своймир и развлекает себя сама). Ивик смотрела на ребенка с завистью и тоской. Латибыла похожа на Дану в детстве -- черные завитки волос, худенькое лицо, но всеже покрепче. Как хотелось бы Ивик еще вот такого малыша. Сладкого, с шелковымищечками, которые так приятно чмокать, теплую, нежную тяжесть на руках.
После всех событий с Кельмом она загорелась идеей родить еще ребенка. И Марктогда сказал: "А зачем? Троих вполне достаточно". "Я ведь первыегоды тогда проведу дома. Буду сама растить, ты же знаешь, отпуск положен. Ивообще, если надо, могу и уйти с Тримы". "Как хочешь, конечно, но яне понимаю, зачем нам еще один ребенок".
Ему не хотелось хлопот, возни -- он еще помнил, как тяжело было с малышами.Нехотелось ужиматься -- другой блок ведь не дадут, и несколько лет, пока ребенокдома, придется провести в тесноте. А уже так уютно, привычно дома, всеустоялось. Куда теперь кроватку втискивать, игрушки? Ивик покорилась.
Может быть, потому семья и пошла вразнос, что не стало никакого смысла в еесуществовании. Не стало развития. Не вопрос, у Эльгеро и Кейты тоже было всеготрое детей, но их связывали совсем другие отношения.
-Ивик! Иди поешь!
Ивик перебралась на кухню. Здесь уже сидел Вейн, младший сын Кейты. Вейнединственный из семьи не стал гэйном, он был математик и разрабатывалтемпоральную теорию. Ивик как-то с ним консультировалась по поводу своегобезумного прорыва в будущее, но ничего не поняла. Вейн был женат, родились ужедвое детей, жили все они в Шари-Пале, но сейчас здесь он был один. Тоже сразупримчался. Взял на работе отпуск, начальство отнеслось с пониманием.
Семья собралась вокруг беды, словно вокруг горящего дома. Все стояли и смотрелина пожар, не зная, что можно предпринять -- вроде бы уже спасены все кричащие вокнах младенцы, снята с крыши кошка, изъяты из шкафчика документы. Потушить жеогонь нечем, невозможно. И все стояли и ждали, прикидывали, что можно сделатьеще, и ждали, не появится ли очевидная возможность хоть что-нибудь сделать.
Дана сварила овощной суп. Очень вкусный. Дана варила талантливо, будтопроявляла уснувшие качества гэйны. Она не пользовалась рецептами, готовила поинтуиции. Ивик почти мгновенно проглотила содержимое миски и стала размышлять,как бы половчее попросить еще. Неловко объедать, конечно.
Разговор за столом шел все на ту же тему, заворачивался по кругу. Казалось и