Слышу жалобный скулеж и встречаюсь глазами с щенячьим взглядом Джо.
— Два билета, — поправляюсь. — Что-то пельменей захотелось, мочи нет.
Глава 6
Слава.
— Хорошо дома, — ворчу сквозь клацающие зубы, топая по длинному рукаву в зал прилета.
Москва встречает нас с Верушкой натянутыми улыбками прощающихся стюардесс и температурой минус одиннадцать.
— Рада была бы разбить ваше с братцем уединение, Славка, но меня Антоша вызвался встречать. — объявляет Вера, когда мы в сопровождении наших чемоданов движемся к выходу. — Истосковался, чертяка мелкий, без своей Веруни. Но на родственничка твоего все же взглянуть не удержусь — усмехнувшись, она подмигивает мне: — Авось, дементор твой ревнивый отчет письменный попросит.
Вот как окрестив мою лучшую подругу королевой огров, Гас смог переманить ее на свою сторону?
Когда мы выходим в зону встречающих, я начинаю изучать присутствующих глазами в попытке вычленить лицо, знакомое по фотографии.
— Слава! — доносится из толпы высокий мужской голос, и мы с Верой, как два дрессированных хорька, услышавших команду, поворачиваем головы в сторону слухового раздражителя.
Улыбаясь так, что я, не напрягаясь, могу разглядеть его зубы мудрости, на встречу нам, прижимая к груди табличку с надписью «Станислава», шагает широкоплечий блондин среднего роста.
Если бы меня попросили охарактеризовать внешность этого парня, я бы назвала его «Сладкий сахарок». Рафинад, политый сгущенкой и приправленный белой Милка. Настолько приторно слащавый, что сразу стакан воды выпить захотелось, чтобы зубы не сводило. Светлые волосы, уложенные в модную ныне прическу «гламурный хистер», светло-голубые глаза и пухлый женский рот. И одет по последнему рыку моды: узкие, подкатанные в щиколотках, не взирая на дубак, джинсы, в оправе ремня с бляхой от известного бренда, черную толстовку и белые кроссовки с тем же логотипом. Еще один Гуччи Гэнг с АлиЭкспресс.
— А он ничего, — ухмыляется Вера, кокетливо поправляя светлые локоны. — Милашка Бибер. Сойду за Хейли?
Бибер. Буээээ.
— Рад видеть, Слава! — подобострастно улыбается блондин, подходя ближе. Выдергивает из моих рук чемодан и, прежде чем я успеваю возразить, с энтузиазмом чмокает мою щеку своими мягкими, как у лошадки, губами.
Вот терпеть не могу этого панибратства при первой встрече. Нос начинает нестерпимо чесаться от сладковатого спортивного парфюма(наверняка, тоже Гуччи), и мне приходится несколько раз отфыркнуться, чтобы избавиться от его запаха в своей носоглотке.
— Здравствуй, Егор. — произношу с нарочитой сдержанностью и достоинством, чтобы умерить дружеский напор потенциального братца. — Спасибо, что встретил. Это, кстати, моя подруга Вера.
Егор переводит свой хаски-взгляд на Верушку и одаривает ее вежливой улыбкой:
— Очень приятно, Вероника.
Кажется, мистеру Рафинаду не по нраву простые имена.
— Слава и Вера. — поправляю его. — Ни к чему усложнять.
— Ну, вот и познакомились, — весело восклицает Верушка, поправляя на своем плече нагруженный под завязку олимпийский баул. — Пойду я, ребятки. Антошка уже меня в бибике заждался.
— Надеюсь, ты не расстроилась, что тебя забираю я. — комментирует Егор, пока катит мой чемодан к выходу Шереметьево. — Папа еще очень слаб после операции, поэтому попросил меня встретить тебя.
Папа?! Кто? Демон Игорь? Какого хрена? Сколько они знакомы: пару месяцев?
Исходя из скупого рассказа отца, Егор, его сестра Кристина и их мать Анжела, переехали в Москву меньше полугода назад из Екатеринбурга. Анжела пришла устраиваться к нему в фирму личным помощником, и у немолодых скоропалительно завертелся служебный роман. Честно говоря, мне не терпится увидеть ту, кто растопил черствое сердце папы Игоря настолько, чтобы поселить в его сварливую голову мысли о женитьбе.
Мы подходим к идеально чистой белой Ауди А4, приютившейся на краю забитой парковки, после чего Егор, запихнув мой чемодан в багажник, с несмываемой улыбкой распахивает передо мной дверь. Очутившись в салоне, утроенная доза его парфюма снова ударяет в нос, и рука сама тянется открыть окно. Флакон он здесь что ли расколотил?
— Ты голодна, Слава? — деликатно осведомляется сахарин, выруливая через турникеты. — Хочу познакомить тебя с моим любимым заведением на Патриарших.
Хах. Урожденной москвичке Славе новоприбывший уральский пельмень будет кафе на Патриках показывать. Понаехали.
На самом деле, я не сноб и не из тех, кто брюзжит: «Лимита». Сейчас я просто бешусь, что вот так просто Егор отца стал «папой» называть. Ревность дочерняя, ага.
— Спасибо, но я, пожалуй, пас. — выдавливаю из себя слабую улыбку. — Хочу домой и в душ.
Достаю из кармана телефон, и снова набираю Гасу. Когда я звонила ему в аэропорту, он был недоступен.
Пока я слушаю монотонные гудки, Егор тянется к магнитоле и несколько раз щелкает пальцем в сенсорный экран.
— Матрешка, — раздается низкое урчание Гаса, мгновенно распространяя волшебное тепло по телу. — Ты приземлилась?
— Да. Нахождение в бизнес-классе сокращает время полета вдвое, слышал о таком?
— Доходили слухи. Ты уже дома или… Эй, матрешка, — тон Гаса становится страдальческим. — У меня только что ухом кровь пошла… что там за звуки страшные?
Я кошусь на Рафинада, качающего головой в такт попсовой рэпчине, после чего изучаю название исполнителя на экране магнитолы:
— Это Элджей. — поясняю в трубку. — Чувак, искусственно страдающий катарактой. Топчик русского айтюнс.
Повисает пауза, после которой Гас отрывисто уточняет:
— Егорка слушает?
Ну вот опять.
— Ты же знал, что он везет меня домой.
— Он к тебе не пристает? — в голосе Гаса слышна угроза, и я спешу его успокоить:
— Конечно, нет. — бросаю беглый взгляд на смазливый профиль, мысленно молясь, чтобы сахарный водитель не понимал английского, — Тебе совершенно не о чем беспокоиться. Уверена, что Егор гей.
На самом деле, я в этом не уверена, но Гасу лучше об этом не знать. Хочу, чтобы он спокойно вел свои дела, не представляя перед сном как новоиспеченный сводный брат меня растлевает в самых извращенных позах.
— Ты и гея способна превратить в пожирателя устриц, матрешка, — ворчит Малфой, но по его смягчившемуся тону я понимаю, что он немного расслабился. — Начнет распускать свои клешни, сразу звони папочке Гасу. Прилечу и этого краба на морской коктейль разделаю.
— Обещаю, Малфой. — улыбаюсь в трубку. Ну разве он не прелесть? — Еще позвоню тебе, как буду дома.
— По скайпу, матрешка. — хриплые вибрации в его голосе заставляют меня непроизвольно сжать колени. В салоне становится жарко, и снова до жути хочется открыть окно. — Мой ник Гас-младший.
— Надеюсь, ты обошелся без аватарки. Я позвоню, — обещаю сухими губами, прежде чем завершить вызов.
Подъехав к дому, я показываю Егору, где лучше запарковаться, потому что он по-джентльменски вызывается помочь мне поднять багаж на третий этаж.
— Спасибо за то, что встретил. — искренне улыбаюсь ему, стоя возле квартирной двери. После разговора с Гасом шкала моего настроения уверенно поползла вверх, и теперь я могу позволить себе мироточить благостью.
— Не за что. Папа просил передать, что завтра они с мамой ждут тебя на семейный ужин. Мама и сестра мечтают с тобой познакомиться.
В сотый раз сверкнув сахарной улыбкой, Рафинад тыкается губами мне в щеку и ласково трогает плечо:
— Я бы очень хотел, чтобы мы подружились, Слава. Все мои близкие друзья остались в Екатеринбурге, и мне иногда даже не с кем поговорить. Когда папа сказал, что нам предстоит работать вместе, я очень обрадовался.
Я молча киваю головой, потому что чувствую внезапный прилив стыда за свою стервозность. И чего я к парню прицепилась? Ну блондин приторный. Ну метросексуал. Демона Игоря «папой» называет. Слава Жданова ведь выше всего этого. Почему бы не постараться с ним общение наладить.
— Ужин завтра в семь, — продолжает Егор. — Я заеду за тобой.
А вот это уже борщ, браток.
— Спасибо. — охлаждаю его пыл. — Но я дама самостоятельная. К тому же давно хочу каршеринг освоить — а тут повод выдался.
— Конечно, — сводный Рафинад понимающе кивает модной прической. — Тогда до завтра, Слава.
Да нормальный вроде парень.
Глава 7
Слава
— Так соскучилась по тебе, Славка! — всхлипывает мама, кидаясь мне на шею. Беспорядочно ощупывает мое лицо и трогает волосы, словно проверяет, не подсунула ли ей вражеская страна дочерний суррогат.
— И я, мам. — обнимаю ее в ответ. — Обалденно выглядишь.
По опыту знаю, что внешнее состояние мамы напрямую коррелирует с наличием обожателя, поэтому уточняю:
— У меня снова появился новый папа?
Отлепившись от моей шеи, мама заправляет волосы за уши и кокетливо хихикает:
— Скажешь тоже, Славка. Папа у тебя один. А Константин…он мой любимый мужчина.
Значит, в этот раз Костик. Ну-с, заценим.
— Ты голодна, Славка? Я шубу твою любимую приготовила и борща наварила.
— Свекольная атака, мам? — смеюсь, скидывая с ног свои армейские ботинки. — Нас в бизнес-классе отлично кормили. К тому же от борща у меня скоро сыпь по телу пойдет.
Борщ так полюбился Гасу, что трижды в неделю он таскал меня по русским ресторанам и заказывал только его, объясняя это двумя причинами, одна из которых состояла в том, чтобы я не сильно ностальгировала по России.
— Схожу в душ, а потом я обещала позвонить Гасу по скайпу.
— Успеешь еще с америкашкой своим потрындеть, — обиженно дует губы мама. — Это я свою дочь несколько месяцев не видела.
Меня коробит, что моя самая близкая родственница вдруг так пренебрежительно окрестила Гаса, но на первый раз решаю ей это простить. Наверняка, она еще зла на старшего Малфоя за то, что передумал на ней жениться, и таким образом вымещает свою обиду на моем Драко.
— Приведи себя в порядок, Славик, — мама треплет меня по щеке и хватается за ручку моего чемодана. — Скоро Костя с работы придет — буду вас знакомить.