– Они? – переспросил Наполеонов.
– Разумеется, муж и жена Караваевы.
– Вы когда заступили на дежурство? – спросил следователь.
– Сегодня утром.
– Понятно. Дайте нам пройти.
– Не могу! Я при исполнении.
«Чертова старуха», – выругался про себя следователь и обратился к оперативнику:
– Вызывай подкрепление! Консьержку в кутузку, к бомжам до моего дальнейшего распоряжения!
– Есть! – щелкнул каблуками Ахметов, тщательно скрывая улыбку.
– Не надо подкрепления! – испуганно взвизгнула консьержка. – Не надо в кутузку! Я ничего не сделала.
– Вы чините препятствия следствию, – сурово проговорил Наполеонов.
– Ничего я вам не чиню! Идите себе на здоровье!
Обернувшись, следователь увидел, что консьержка судорожно пытается дозвониться до Караваевых. Но ей по-прежнему никто не отвечает.
– На лифте? – спросил Ринат.
– По лестнице.
Оперативник повел плечами.
– По лестнице, так по лестнице.
Дверь им долго никто не открывал, потом она все-таки беззвучно отворилась. На пороге стояла женщина в дорогом халате, бренде одной из зарубежных фирм. «Вырядилась», – с невольной неприязнью промелькнуло в голове следователя. Со всей пролетарской прямолинейностью он считал всех жен обеспеченных людей отъявленными лентяйками и не видел разницы между ними и обычными содержанками. Но, увидев растрепанные волосы, припухшие веки и подрагивающую в руке женщины чашку с остатками кофе, он почувствовал легкую жалость к ней.
– Вы кто? – спросила она.
– Следователь, Александр Романович Наполеонов, и, – Наполеонов кивнул на Рината, – оперативник Ринат Ахметов. А вы, насколько я понимаю, Марина Павлова Караваева?
– Допустим, – кивнула она, – но мужа нет дома.
– Что же, тогда мы поговорим с вами.
– О чем? – насторожилась женщина.
– Мы можем войти?
– Входите.
Женщина провела их в гостиную, подняла портьеры, и в комнату сразу хлынул скупой свет январского дня.
Наполеонов, не дожидаясь приглашения, опустился в удобное кресло, обитое кожей.
Оперативник последовал его примеру и занял второе точно такое же.
Хозяйка квартиры, постояв несколько секунд в замешательстве посередине комнаты, присела на диван.
– Я вас слушаю, – сказала она.
– Значит, мужа, говорите, нет дома, – скорее констатировал, чем спросил Наполеонов, внимательно рассматривая ее лицо.
– Нет, – ответила она, постаравшись не выдать своего волнения.
– И давно его нет? – продолжил Наполеонов задавать вопросы.
– Я не знаю, – тихо обронила женщина.
– Как то есть не знаете? – сделал вид, что удивился, следователь.
– А так! – неожиданно рассердилась женщина и пояснила: – Вчера мы вместе отправились на новогодний бал! А домой разъехались по отдельности.
– Вы что же, поссорились?
– Нет.
– Почему же разъехались по отдельности?
– Илья уехал с другой женщиной, – выдавила из себя Марина.
– Во как! – вырвалось у следователя. Он тут же виновато прокашлялся и спросил: – Вы знаете эту женщину?
– Да, это Калерия Сергеевна Савельева.
– Как она попала на вашу вечеринку? – спросил следователь.
– На бал, – поправила Караваева.
– Пусть на бал, – не стал спорить Наполеонов. – Как она попала туда?
– Калерия – дочь начальника службы безопасности нашей фирмы, Сергея Павловича Савельева.
– Так, выходит, что дочурку с собой привел папаша, – задумчиво проговорил Наполеонов, обращаясь больше к самому себе. И снова повернулся к Караваевой. – Почему ваш муж вдруг ни с того ни с сего решил сбежать с бала с дочкой начальника охраны? Перепил, что ли?
– Нет. Впрочем, я не знаю.
– Так нет или не знаете.
– У Ильи до знакомства со мной был роман с Калерией, – решила признаться Марина.
– Ага, был роман, и на балу шампанское ударило ему в голову.
– Может быть, – прошептала Марина.
– А вы решили поехать за ними, – вкрадчиво проговорил следователь.
Женщина помотала головой из стороны в сторону.
– Вам, что же, даже не пришла в голову мысль проследить за изменником? – не поверил следователь.
– Нет. Зачем?
– Мало ли. Например, чтобы повыдергивать волосы сопернице.
– Я бы никогда не позволила себе опуститься до уровня базарной бабы. – Марина сердито поджала губы.
– Неуместное сравнение, – заметил Наполеонов, – в наше время на рынках работает немало культурных и образованных женщин.
– Не знаю, не знаю, – ответила Караваева и грустно подумала, что если Илья разведется с ней, то не исключено, что и ей придется торговать на рынке.
И тут она заметила, что следователь не сводит с ее лица изучающего взгляда.
– Вы напрасно стараетесь! – воскликнула она.
– Стараюсь?
– А разве нет? Хотите уличить меня во лжи. Но я, даже если бы и захотела проследить за мужем, то не смогла бы!
– Это еще почему?
– Он уехал на нашей машине! Не такси же мне вызывать.
– Действительно, – согласился следователь, – пока оно еще приедет.
Женщина ничего не ответила, отвернувшись в сторону.
– Но для того чтобы добраться до дома, вам все-таки пришлось вызывать такси.
Она утвердительно кивнула.
– В котором часу вы приехали домой?
Марина назвала время, и следователь присвистнул.
– Видимо, отсутствие мужа не помешало вам хорошо повеселиться.
Караваева промолчала. Она молила небеса, чтобы следователь не узнал о том, что с бала она уехала с Михаилом Кожевиным.
– Вы запомнили номер такси, доставившего вас домой?
– Нет, – испуганно ответила Марина. Такси вызывал Михаил, а она даже не удосужилась взглянуть на номер, когда садилась в машину. И когда такси отъезжало от ее дома, ей и в голову не пришло посмотреть ему вслед.
– Назовите мне адрес здания, где проходило ваше э… – Наполеонов пощелкал пальцами, – новогоднее мероприятие.
Марина нехотя удовлетворила его интерес.
– Кто-нибудь видел, как вы приехали домой?
– Да, дворник. Он из Средней Азии. Я не знаю, как его зовут, но муж говорил, что сам дворник всех жильцов знает и везде сует свой нос.
«Хороший дворник», – подумал про себя Наполеонов, вспомнив, что еще в позапрошлом веке все дворники подчинялись Министерству внутренних дел, и должность дворника относилась к уважаемым и престижным профессиям. Не зря в народе говорили: «Встретив дворника с метлой, поклонись ему трижды – и удача будет сопутствовать тебе». Наполеонов решил прислушаться к народной мудрости и не откладывать беседу с дворником в долгий ящик.
Следователь мысленно прикинул, что из Караваевой ничего нового ему на данный момент вытянуть не удастся, поэтому проговорил:
– Марина Павловна, вам нужно будет проехать с нами.
– Это еще зачем? – ощетинилась она
– На заброшенной даче обнаружен труп вашего мужа.
– Моего мужа? – пролепетала Марина, побледнела как полотно и медленно сползла по спинке дивана, на которую опиралась спиной, на сиденье.
– Да не волнуйтесь вы так! – попытался приободрить ее Наполеонов. – Может, это еще и не он. Опознаете, и вас отвезут домой. Ринат, – обратился он к Ахметову, – помоги женщине собраться, и ждите меня в машине.
Сам он почти что бегом спустился по лестнице вниз и строго спросил у консьержки:
– Как зовут вашего дворника?
– Хайбибула, – удивленно ответила она.
– Где мне его найти?
– В дворницкой, – фыркнула женщина.
– Гражданка, – прикрикнул на нее следователь, – не умничайте! Укажите мне эту дворницкую.
– Вон по тому коридорчику прямо и вниз по лестнице.
– Вы очень любезны, – криво усмехнулся он.
– Все им пальцем покажи, – недовольно проворчала вслед ему консьержка.
Дворник, к неописуемой радости Наполеонова, был на месте. Дворницкая сияла чистотой, а сам дворник сидел на деревянном табурете возле небольшого столика и пил чай, судя по всему, зеленый, с простецкими русскими бубликами.
Наполеонов поздоровался и спросил:
– Вы уважаемый Хайбибула будете?
Дворник ответил на приветствие по-своему и, чинно кивнув, подтвердил:
– Да, я Хайбибула. А вы кто будете, уважаемый?
Наполеонов представился.
– Что же понадобилось от меня власти? – спросил дворник. – Я вроде бы ничего, товарищ начальник, не нарушал? – не особо волнуясь, спросил мужчина.
– Я присяду?
– Конечно. – Дворник пододвинул следователю второй табурет. – Чаю хотите?
– Хочу. – Бублик Наполеонов взял сам, отломил половину, откусил, запил чаем. – Хорошо заварено, – похвалил он и проговорил: – Помощь ваша требуется.
– Моя помощь? – Дворник посмотрел на него озадаченно.
– Вы знаете Марину Павловну Караваеву?
– И Марину Павловну знаю, и Илью Евгеньевича тоже знаю.
– Отлично! – обрадовался Наполеонов. – Вы не помните, в каком часу первого января и на чем приехала Караваева домой?
– Отчего же не помню. Помню. Приехала она на такси. – Дворник назвал время, которое совпадало со временем, названным Мариной.
– Голубчик, – чуть ли не взмолился Наполеонов, запихивая в рот остатки половинки бублика и запивая их чаем, – не запомнили ли вы хотя бы начальные цифры номера такси?
– Зачем начальные? Обижаете, – проговорил Хайбибула, – номер я записал полностью.
– Записали? – Наполеонов поперхнулся чаем.
Дворник встал со своего табурета и заботливо постукал следователя по спине.
– Спасибо, дорогой, – поблагодарил Наполеонов и спросил, чуть ли не дрожа от нетерпения, – вы мне можете назвать номер такси?
– Конечно. Только не обижайтесь, можно мне еще раз взглянуть на ваше удостоверение?
– Какие могут быть обиды! – воскликнул следователь. – Вот, лицезрите, сколько вашей душе угодно. – Он подсунул под нос дворника удостоверение и тот внимательно вчитался в каждую буковку. Затем достал из ящика стола обыкновенную ученическую тетрадь и чистый листок бумаги, извлек оттуда же простенькую шариковую ручку и аккуратно переписал номер такси из тетради на листок.