Мент аккуратно присел и начал что-то разглядывать в траве. Солнечный луч, прорвавшийся сквозь листву, высветил тоненькую полоску на тропе. Полоска напоминала паутинку и слегка колыхалась на лёгком ветру.
– Видите? – обратился Иваныч к нам.
– Что это? – уточнила Миса.
– Растяжка? – догадался я.
– Именно, – Иваныч кивнул. – Аккуратно перешагиваем и дальше идём очень осторожно. Посёлок близко.
– Что такое растяжка? – недоумённо посмотрела на меня Миса.
– Потом объясню, – отмахнулся я. – Главное, смотри под ноги.
Лес потихоньку начал редеть, тропинка расширилась и грозилась перейти в широкую просёлочную дорогу. Мы остановились.
– Антон, – послышался голос Мисы. – Что ты видишь?..
Уже почти машинально я создал линзу воли и переместил её на глаза. Некоторое время ушло на фокусировку. Так, посмотрим…
Посёлок и вправду был недалеко. Но к нему вела широченная грунтовка, открытая со всех сторон. Если мы по ней пойдём, станем отличными мишенями для стрелков. А вот, кстати, и они. На границе посёлка стояли автоматчики. Один, второй, третий… Выглядят достаточно взросло, лет тридцать, не меньше. Ага, вот и четвёртый. Пятый! Слишком много. Лезть на такую толпу – безумие. Тем более что на шум боя наверняка прибежит ещё столько же. Это как минимум. Память услужливо подсказала идею – я вспомнил, как Миса материализовала свою волю в лук во время нападения тёмных охотников на цыганский посёлок. Поделился своими воспоминаниями с девушкой и Иванычем.
Миса кивнула с пониманием и в то же время с сомнением:
– Попробовать стоит, но, я думаю, ты понимаешь, Антон, что это не так-то просто.
Иваныч просто покачал головой и пожал плечами – мол, делайте, что хотите.
Менее чем за минуту в руках Мисы материализовался лук. Деревянный, с декоративной металлической отделкой.
– Помогай! – приказала Миса.
– Как?.. – растерялся я.
– Ты всерьёз подумал, что я за несколько секунд расстреляю пятерых человек? Ты в своём уме?
Тут я впервые за всю свою жизнь пожалел, что откосил в своё время от армии. Сейчас бы мне могли пригодиться те навыки, что можно было там приобрести. Хотя, как рассказывал один мой друг, хорошего там не было ничего…
Голова, как ни странно, прояснилась, тренированный разум подсказал, что нужно сделать. Представил такой же лук, как у Мисы, попытался материализовать его в своих руках. От радости и волнения от того, что стало получаться, чуть всё не испортил. Но вот в моих руках боевой лук, сотканный из, как оказалось, осязаемой воли, на глазах – линзы, позволяющие в подробностях рассмотреть предметы на далёком расстоянии. Почувствовал себя как в ролевой игре.
– Я беру на себя крайнего слева, твой – крайний справа, – скомандовала Миса. – Времени у нас мало, поэтому нужно быстро переключиться на остальных.
Как скажешь, дорогая. Перевёл взгляд на стрелка, стоявшего справа, максимально приблизил изображение. Поднял лук наизготовку. Собственно, на этом мои приготовления закончились. Стрелять я не умел абсолютно.
– Стань с оружием одним целым, – Миса будто читала мои мысли. – Оно подскажет тебе, что делать.
Мысленно я нащупал ниточки связи с луком. Так, подтянем к себе, поближе… Оружие в руках будто ожило. По тоненьким паутинкам воли лук передавал мне знание. И тут я почувствовал непонятное напряжение. Кто-то прорывался мне в голову, настойчиво и нагло. Мир вокруг выцвел, за мгновение потеряв свои краски. Пространство подёрнулось лёгкой рябью. Лук в руках ожил и задёргался. С ужасом и оцепенением я увидел, как он чернеет и покрывается трещинами. Голоса в голове что-то шептали, подсказывали, но я не мог разобрать, что именно.
– Удачной охоты!.. – прошипел кто-то. Обернувшись, я увидел смутно знакомую фигуру. Лица его было не разобрать, но что-то подсказывало мне – мы однажды уже встречались.
И тут мир внезапно обрёл краски. Вновь, кроме нас троих, никого не было. И не было никаких голосов.
– !.. – что крикнула Миса, я так и не понял. Но догадался, что это был приказ выстрелить.
К сожалению, вместе со знанием не приходит умение. Его нужно оттачивать, постепенно совершенствуя свои навыки. Наивно полагать, что взяв оружие первый раз в своей жизни и получив знание, как им пользоваться, ты станешь снайпером. Тёмная, будто чернильная стрела, отдающая ужасом и тленом, ушла в никуда. Полицейский, стоявший слева, упал, сражённый метким выстрелом Мисы. Остальные четверо мгновенно попрятались в укрытия и открыли огонь.
Я повернулся к Мисе и увидел искажённое гневом лицо.
– Ложитесь! Да ложитесь же вы! – шипел Иваныч.
Уже из положения лёжа я увидел, чем отличается фантазия от жестокой действительности. Полицейские прекратили беспорядочный огонь, а из глубины посёлка на бешеной скорости вылетел БТР. Какие же мы идиоты.
Антон снова преподнёс сюрприз. Стрелы из воплощённого мрака – ещё одной проблемой больше. Надо бы разобраться, в чём дело. Неужели тёмная охота на него так повлияла?.. Если это так, то дело принимает серьёзный оборот. Не хотелось бы так думать.
…Но какая же я всё-таки дура! Понадеялась на него, а он даже из лука стрелять не умеет! Ничтожество! Лежит теперь красный, как варёный торваль, и смотрит на двигающуюся коробку из мертвого железа. И этот ещё, старикашка, что-то там причитает и сыплет проклятиями. Так, спокойно!..
От благородной эли не спрячешься за деревом и за колодцем. Стрела света, выпущенная из лука рейнджера, редко не достигает своей цели. Одного за другим я убила ещё двухлюдишек, и тут некрасивая металлическая коробка изрыгнула огонь.
БТР нёсся на полной скорости в нашу сторону, поливая свинцом окрестности.
– В лес! – орал Иваныч. – Быстро в лес, полудурки!
Со стороны посёлка выехал ещё один БТР.
Пули срезали ветки с деревьев, рвали стволы, но каким-то чудом ещё не задели ни одного из нас. Иваныч ломился в самую чащу, крича, чтобы мы от него не отставали. Ливень из пуль усилился – очевидно, подъехал второй БТР.
– Дальше, дальше!.. – орал Иваныч. – Не отставать! В лес они за нами не полезут, они не самоубийцы. Уходим!
И мы уходили, прорываясь сквозь густые заросли, царапаясь до крови ветками, путаясь в траве и кустах, проклиная свою самонадеянность в схватке с серьёзными, умеющими воевать людьми.
Когда мы, наконец, вырвались на поляну, а позади смолкли звуки выстрелов, я взорвался и стал орать на Иваныча:
– Что же ты, старый козёл, не предупредил, что в посёлке есть техника?!! Ты что, убить нас хотел? Или своим сдать, чтобы они тебя назад приняли?!! Что? Отвечай, а!..
В челюсти что-то хрустнуло, я полетел на землю, больно ударившись головой о какой-то корень.
– Всё сказал? – спокойно спросил мужик.
Я опешил.
– Поднимайся, – сказал Иваныч и протянул руку. Мне стало стыдно. Иваныч помог мне встать, я отряхнулся и отошёл в сторону, стараясь не смотреть на него.
– Извини, Иваныч, – неловко пробормотал я.
– Бывает, – сухо ответил мужик.
– И всё-таки, – подала голос Миса. – Почему ты нас не предупредил?
Иваныч притих и потерял прежнюю пылкость:
– Я, ну это… Я думал, раз уж вы маги, то и беспокоиться не о чем.
– Что значит «не о чем»? – возмутилась Миса. – Эта ваша… техника, конечно, не такая большая проблема, но всему тоже есть предел! В конце концов, когда мы отразили ваше нападение на границу, нас был целый отряд! Огромный отряд лучших стрелков-рейнджеров!!!
Повисла гробовая тишина.
– Какое ещё нападение? – спросил я, не веря своим ушам.
– Ты о чём, девочка? – недоумённо смотрел на неё Иваныч.
– Кто на кого напал? Объясни уже, наконец, – решительно потребовал я.
– Ладно, – вздохнула Миса. – Всё равно мы вернулись бы к этому разговору. Меня зовут Л’леумисиэльД’СтормвиндМиноваталь, ненаследная принцесса дома Миноваталь. Я – благородная эли.
– Эльф, что ли? – брякнул Иваныч.
Миса округлила глаза:
– Откуда тебе известно?!!
– Понимаешь, Миса, в нашем мире о вас книжки писали, – ухмыльнулся я. – Да и сейчас, наверное, пишут. Странно только, что всё оказалось правдой. Нелепой правдой. Рассказывай дальше.
Миса, похоже, была потрясена. Да и я, если честно тоже. Я, конечно, знал о гномах, а с одним так вообще был знаком, но эльфы для меня были чем-то невероятным. Не знаю, почему.
– Что за нападение? – вновь подал голос Иваныч.
– Когда ваш город появился на месте болот, на нашу границу было совершено нападение, – ответила Миса. – Целое стадо ваших железных зверей двинулось на северо-запад. Отряду Норрада пришлось открыть огонь, чтобы не допустить проникновение на нашу территорию.
Вновь стало тихо. Миса не стала продолжать.
– Люди пытались просто убежать из города, – начал я. – Это не было нападением, благородная эли, – последние слова встали комком в горле. Некоторых погибших там, на Ленинградском шоссе, я знал. Они не были моими друзьями, но мы иногда общались. А у некоторых были дети…
– Сука, – раздался голос Иваныча. – Подлая мразь! – он сорвался на крик. – Я убью тебя, сука!.. Паскуда вонючая!..
Мент с рёвом бросился на Мису, на ходу воплощая свойгладиус. Видимо, в состоянии шока, материализовать его было быстрее и легче. Иваныч занёс меч над головой Мисы. Лёгкая рябь закрыла её тело, и меч, будто наткнувшись на невидимую преграду, отскочил, чуть не вывернув Иванычу руку. Странный бой продолжался ещё минут десять. Может быть, больше. А может, меньше. Иваныч орал как раненный зверь и молотил по невидимому щиту Мисы. Девушка стояла с каменным лицом, опустив глаза и не предпринимая никаких ответных действий. Только защищалась.
Когда, наконец, Иваныч выдохся и сел на землю, весь мокрый от пота, он начал что-то невнятно бормотать, то и дело прерываясь из-за одышки.
–Мрази, – повторял он. – Сволочи, фашисты!..