Сука. Я же не железный, но и пользоваться состоянием Верки, которая мне раньше не особо симпатизировала, я не буду. Тем более Кондрат тут и смотрит так восхищённо на Верку.
— Что смотреть будем — комедию, триллер или ужасы? — спрашиваю я, шествуя к дивану в зале.
— Ужасы, — говорит Архарова, подтверждая, что запоминается последнее. — Я ужас, какая дура.
Кондрат согласно кивает, показывая свою соглашательскую позицию.
«Кошмар на улице Вязов» — атмосферное произведение, не произвёл на Верку никакого впечатления по той простой причине, что она уснула. Положила голову ко мне на колени и попросила расчесать волосы, ну и через несколько минут уже спала. Потом, очевидно, уснул и я, так как проснулся от присутствия чужих людей в комнате. Открываю глаза — видик стоит на паузе, и, судя по застывшей картинке, уже конец фильма. В комнате смущённый Кондрат и мужик в форме подполковника милиции, ну и Веркина мама. Подпол могуч и широк, я сразу понимаю, что против него мне не выстоять без пистолета. Отец бы — да, смог. Следовательно, конфликт гасим, а не возмущаемся непрошеным визитом.
— Доча, вставай, — будит мама Верку.
Та непонимающе открывает глаза и пытается поднять голову, скинув с моих колен покрывало, которым, очевидно, нас укрыл Кондрат. Беспорядок в одежде сразу становиться заметным, но ушлый Кондрат, ещё наверняка клявший себя за то, что пустил чужих ко мне в дом, быстро сказал:
— Она сама сняла, чаем облилась!
— Я что, спала? — ужасается одноклассница.
— Разделась и спала, мы тебя еле нашли, — сурово говорит отец, буровя меня взглядом.
— Она попросила волосы расчесать и уснула, я и сам потом уснул! — зачем-то оправдываюсь я.
Взгляд мамы сразу смягчается. Дочу никто не обижал а, наоборот, о ней заботились.
— Фильм скучный, — сказала Верка, нечаянно нажав на пульт видика, одевая блузку.
Телевизор взревел, и потрошитель с длинными ногтями и в шляпе показал свою звериную суть на экране. Вздрогнули все, даже папа-подпол.
— Господи прости! — по-простому перекрестилась мама Верки, глядя на экран.
— Что это? — пароходной трубой спросил опешивший подполковник.
— «Кошмар на улице Вязов», — быстро сказал я и добавил: — Не порнография, не запрещено.
— А то ты знаешь, что такое порнография? — засмеялся отец Веры, став на минуточку похожим на человека, а не на стенной шкаф. — Вот у нас случай в Москве был… Да это неинтересно.
Неинтересно? А вот мне кажется, его бы жена послушала! И что значит, откуда я знаю про порнографию? Ах да, я же забыл где я.
— Вера, да от тебя пахнет! Ты пила? — вдруг учуяла мама и обратилась ко мне. — Не стыдно? Комсомолец, а пьёте.
Нормально, да? Сама коммунистка и крестится, а меня за пьянку стыдит. Хотя, чего это я? Ведь уже новый курс партии — не бухать.
— Я не пью, я спортсмен! — сразу ставлю точки над «и» я, не выдавая, впрочем, Верку в том, что она пришла уже бухой.
— А видеодвойка откуда? — спросил папа начинающей алкоголички.
— Это мой подарок папе на свадьбу, — пояснил я.
— Откуда такие доходы у советского школьника? — хмыкнул подпол.
— Я спортсмен! Это приз, — сказал почти правду я.
— Ты что, чемпион мира? — не поверил мент.
— Пока чемпион СССР. По боксу. Кстати, я динамовец. Чемпионат зимой был в Ростове, — холодно отвергаю инсинуации я.
— Точно! А я думаю, откуда мне твоё лицо знакомо, и фамилия, — радуется Веркин батя. — Ты зимой победил! Молодец, молодец! Завтра вечером к нам в гости приходи, часиков в семь, будем думать, что с вами делать!
Смотрю на одноклассницу и вижу, что новость о моем чемпионстве она слышит в первый раз, а ещё больше её пугают слова отца — «что с вами делать». Меня они пугают тоже. Нет никаких «вами»! Есть Верка отдельно, и я отдельно! Он женить нас, что ли, задумал? Да не трогал я её и пальцем!
— Не могу в семь, мне корову доить надо! — упрямлюсь я.
— Корову? — непонимающе смотрит отец на меня.
Судя по моему внешнему виду, на боксера я ещё могу походить, а вот на доярку уж точно нет.
— Часов в восемь буду, — вздыхаю я.
— Вот и отлично! Идём, дочка! Придёт твой жених завтра, — мама тащит Верку на выход.
Верка, ещё пьяненькая, растерянно озираясь на меня, уходит. В глазах непонимание — почему это я жених? И она словно ждёт от меня, что я сейчас закричу: — «Шутка, шутка! Поверила!»
— Я кино досмотрю? — просит Кондрат, когда те, кто хуже татар, уже ушли.
— Громко звук не делай, и Снежка потом отцепи, чтобы мне не вставать калитку закрывать, — махнул рукой я и пошёл досыпать в бабулину, а теперь и мою, комнату.
«Идти, не идти в гости?» — размышляю, засыпая, я.
Верка же, надеюсь, своим пояснит, что нет у нас с ней ничего.
Утром опять проспал. Чую, пастух уже недоволен. Но сегодня день расчёта с ним за услуги, и я отдаю десятку вместо семи рублей.
— Сдачи не надо. За беспокойство, — говорю я и понимаю, что прощён.
Пастух — известный подкаблучник, и все деньги у него сразу отбирает жена, причём она точно знает, сколько у него должно их быть. А тут неучтённый трояк! Это же пузырь почти купить можно. Или нет уже? Я уж и забыл, когда цены на спиртное в стране подняли. Но на вино точно хватит. Пастух заодно разбудил и Кондрата, он ещё смотрел какие-то кассеты после фильма ужасов — дорвался. И, как следствие, проспал.
— Сколько уже времени? — сонно спросил он. — Чёрт, мне на работу надо!
— Матушка не потеряет? — спрашиваю я, зная, что отец у него опять сидит в тюрьме, да будь бы он и на воле, уверен, не обеспокоился бы отсутствием сына.
— Не-а, она знает, что я к тебе пошёл, я предупредил, что могу у тебя заночевать, — бесхитростно признался мой друг и умчался, даже не позавтракав.
«Деловой какой», — добродушно думаю я, швыркая чаем.
Опять стук в калитку! Да что же это такое? Звонок, что ли сделать? Глупо. Будет мелкота бегать и звонить в него из хулиганских соображений, конечно. По-стариковски вздыхаю, и иду во двор.
Открыв калитку ворот, вижу — что таких гостей я и не хотел бы увидеть!
Глава 18
Открыв калитку ворот, вижу, что таких гостей я и не хотел бы увидеть!
Милицейский бобон! Участковый, явно с бодунища, с ним два мента, скорее всего, из района — грузный капитан и водитель-летёха. Я сразу понимаю, откуда у этого визита растут ноги, неясно лишь — кто меня сдал?
— Собаку привяжи, — опытно просит участковый и поясняет своим коллегам: — Там такая псина, не дай бог!
— Бога нет, — морщится капитан и повторяет просьбу участкового: — Привяжи, поговорить надо.
Привязываю пса и индифферентно сообщаю никому и всем сразу:
— Без ордера на обыск нельзя заходить во двор.
— Умный ты, я посмотрю, может у нас есть ордер и на обыск и на твой арест, — говорит летёха.
— Скворцов, помолчи, — недовольно произносит капитан. — Ну что, сам отдашь или искать придётся?
— Сам! Скажите что, и отдам, — я делаю тупой вид, что с моей мордой не составляет труда.
— Пистолет давай, Толя, — устало вздыхает участковый, которому неприятна эта ситуация, да и вообще неприятна работа таким ранним утром.
Достаю из кармана куртки пистолет-зажигалку и отдаю участковому, менты при этом напряглись, а водила даже на кобуру руку положил. Скорее всего, и пистолета-то там нет, не те времена сейчас.
— Так это зажигалка! — разочарованно выдыхает капитан. — Импортная! Конфискую.
— Это подарок, от девушки, — сурово возражаю я.
— Да хоть от бабушки твоей, — отмахивается капитан.
— Капитан, ты не очумел? Тебе кто мою бабушку разрешил немытыми руками трогать? Да она, таких как ты гнид, сотню убила, хочешь сто первым быть? — зверею я.
— Николаич, отдай, — вмешивается участковый, знающий мою бабулю и отца.
Конфликтовать с последним участковый явно не хочет, охраны-то у него нет, а потом докажи кто тебе челюсть сломал в темноте.
— А сейчас поподробнее, значит, твоя бабушка меня может убить? А как? Зарежет или застрелит? — смеется капитан, разглядывая мою, а как считает он, уже свою, игрушку.
— Застрелит, конечно, — удивляюсь я, они, что не знают к кому ехали?
— У неё дома винтовка наградная, она снайпером была, фронтовичка, — поясняет участковый. — И это… если не хочешь проблем с обкомом КПСС лучше отдай зажигалку.
— А? — капитан растерянно отрывает взор от пистолетика и удивлённо смотрит на местного похмельного представителя власти.
— Николаич, я тебе потом расскажу, отдай, — настаивает мой защитник, ещё помнящий, очевидно, как я спас второго секретаря КПСС.
Ну не спас, а помощь оказал.
— Извини про бабушку, — говорит капитан, отдавая ствол. — Не знал, что она фронтовичка, у самого отец воевал.
— А кто вам про пистолет сказал? — прощая, немного ворчливо спросил я.
— Драка вчера была между общагами, человек десять задержали и один из задержанных, бухой шабашник, рассказывал своему другу в КПЗ, чего он с работы сбежал. Мол, испугался, что ты его застрелишь, — пояснил капитан.
— Уже была? — невольно вырвалось у меня. — А там школьник никакой не пострадал?
— Толь, дай воды попить, — просит участковый, не обратив внимания на мой вопрос.
— Я в машине, — сказал капитан участковому, залезая в салон бобика.
— Спасибо, — напившись на кухне «чайного гриба» говорит участковый, — я так и понял, что путает что-то черт этот задержанный, откуда у тебя пистолет, да сам видишь, этим двум с района видимо делать нехер.
— Может, поправите здоровье? — я достаю остатки коньяка и вижу, что моё предложение в тему.
— Вот за это спасибо! — выпивает последние грамм сто пятьдесят коньячка земляк. — Ты с Архаровой осторожнее, батя её вернулся из академии с новым званием. Да они уедут скоро отсюда, нет для него должности здесь.
Участковый ушёл, заставив меня ломать голову, откуда ему известно про Верку. Вроде и бухает, а всё знает. Делаю зарядку, далее прополка на огороде сорняков, потом продажа молока и, наконец, вот оно — безделье! Часа три-четыре! Хотя нет, мопедом же хотел заняться. Потом вспоминаю, что привез с собой видеокассеты, даже не смотрел какие, Аркаша сунул уже перед самым отъездом. Дорого обошлись, хотя уверен, Аркадий мне по себестоимости их отдал, он бы и из своих докинул, если надо. Зря его задницу спасал что ли? А прошлый год уж очень удачный вышел на фильмы! «Любовь и голуби», «Жестокий романс», «Формула любви»! Они все шли в прокате, но посмотреть их можно и ещё разок точно. Включаю последний фильм и пара часов в минус!