Не выдержав этого театра одного актера, я расхохоталась.
Да простит меня Исаев… Но какая ж у него маменька все-таки дура!
И как же она хреново знает своих обоих «сыновей». Одного кинула, когда в том бунтовали гормоны, и искренне считает, что он на нее зла не держал. А второго взяла под крыло в это же время, наивно полагая, что он постороннюю бабу легко и играючи к себе в семью пустил и воспылал сыновьими чувствами!
Уж я-то знаю, о чем говорю. У меня целых три сводных брата, и мне понадобились годы, чтобы разобраться, кто из них козел на самом деле!
— Да вы, млин, серьезно? — у меня аж слезы выступили от смеха. — Серьезно считаете, что дело во мне? Нет, я, конечно, своего… скажем так, легкого влияния не отрицаю. Вот только я говорю правду: я Демьяна никогда и ни о чем не просила. Андрей сам виноват, вам бы стоило лучше заниматься его воспитанием. Они ненавидят друг друга, ненавидели еще задолго до моего появления в их жизни. Да, возможно, я стала еще одним поводом. Но никак не первопричиной!
— Сука! — припечатала меня тетенька, окончательно и безоговорочно багровея. — Какая же ты наглая, рыжая сука! Да пускай за тебя дают хоть триллион, ты ни одного из них недостойна!
— А я что, спорю? — искренне улыбнулась я. — Кстати, раз уж мы заговорили о презренном металле. Что там про ваше банкротство-то было? Или все-таки вашего нового мужа?
Если честно, с этим предположением я пошла ва-банк… И не прогадала!
— Это не имеет значения! — сказала, как отрезала. Аж проходящий мимо официант вздрогнул и запнулся о шикарный огромный ковер на полу. — Важно лишь то, что Демьян, который после переезда не интересовался делами даже своей корпорации, вдруг вернулся в бизнес, и не только себе помог, но и стал потихоньку разорять моего мужа! Ты понимаешь, какие убытки он несет? Ты понимаешь, что ты за это в жизни не рассчитаешься? Всего твоего наследства не хватит!
Тьфу, блин. О нем что, уже каждая собака в городе знает?
— Вот сейчас я начинаю понимать, куда вы клоните, — подперев щеку кулаком, я устало улыбнулась. — После всего произошедшего я, как честный человек, справедливости ради, должна выйти за вашего Андрюшеньку, и мое приданное станет неплохой компенсацией ему и вашей семье за доставленные… неудобства. Я права?
— Именно так, — дама гневно поджала губы, побелевшие даже через слой матовой вишневой помады. — Демьяну твои деньги не нужны, иначе б он вплотную тобой занялся, а не Андреем. Как мне не противно признавать, но именно из-за тебя он творит все эти безумства. А потому я вижу только один выход. Откажи ему, и выйди за Андрея! Тебе ж всё равно, с кем спать.
— Ох, маменька, — ни капли не оскорбившись, я улыбнулась со всей душой и искренностью, на которую была способна. — Вы просто не представляете, как меня обрадовали сейчас!
— Чего?! — взревела она, оскорбленная не только до глубины души, но и, похоже, сознания.
— А чего? — я невинно похлопала ресницами в адрес будущей свекровушки. — Я же могу называть вас «мама»?
— Только попробуй, нахалка!!
Не, ну я так не играю. Как своего Андрюшенку мне нагло сватать, так это норма. А как «маменька», так сразу фиг?
Некрасиво!
— Ну, тогда за Андрюшеньку я замуж не пойду, — притворно огорчившись, выдала ультиматум я.
Кажется, несостоявшуюся маменьку слегка перекосило:
— Ты что, мне условия ставишь?!
— Кто? Я? — изумилась я, откапывая в одном из многочисленных карманов своих штанов небольшой кошелек. — Да упаси боже. Где я, а где вы? Это я так, попросила. Хотя…
— Хотя что? — настороженно покосилась свекровушка, глядя как я достаю купюры и очень неторопливо подкладываю их под чашку. — Говори, мерзавка!
— А назовите меня дочкой, — поднявшись, расплылась в ухмылке я. — И тогда, мама, я ваша навеки!
Кажется, после этого потенциальную родственницу хватил удар… По крайней мере, дар речи она потеряла надолго, замерла статуей, и у нее отчетливо задергался левый глаз.
Ну, а я… А я, подмигнув в ответ подмигивающему мне официанту, невозмутимо направилась на выход, поправляя высокий воротник своего белоснежного свитера. Верхнюю одежду я собой не брала, машина была припаркована практически около самого входа. И хотя на улице было уже достаточно холодно и лежал снег, в салоне оказалось сохранилось тепло, благодаря автоматическому прогреву.
В общем, даже если бы «матушка» пришла в себя и ломанулась следом, собираясь приложить мою слишком наглую морду о капот, она бы все равно не успела.
Уже через минуту, довольно мурлыкая себе под нос, я рулила по проспекту. Телефон по блютуз подключился на громкую связь авто сразу, и я по памяти набрала давно знакомый номер.
Вот теперь нам с Демьяном действительно было, о чем поговорить.
Глава 20
— Александр Николаевич, ваш чай, — секретарша выставила чашку с полупрозрачной горячей жидкостью на один край стола. Вторая, темная, с легким стуком встала на другой. — Демьян Александрович, ваш кофе.
— Спасибо, — негромко отозвались оба Исаевых, одновременно кивая, не отрываясь от бумаг.
Немолодая секретарша, чуть-чуть уже за пятьдесят, хихикнула, как девчонка, и быстренько убралась из кабинета главного руководства корпорации GRT-групп.
И снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц очередных выгодных контрактов. Но только до тех пор, пока младший из Исаевых, глотнув кофе, откровенно скривился.
— Ну-ну, — заметив ужимки сына, хохотнул Александр. — Лида варит неплохой напиток. Конечно, владея собственной кофейней, всё остальное кажется бурдой. Я понимаю.
— Не надоело? — иронично вскинув бровь, лениво заметил Демьян, не отвлекаясь, в прочем, от работы. Хотя, при упоминании его маленького… назовем это хобби, мысли привычно понеслись вскачь. А точнее, исключительно в сторону одной хорошенькой рыжей танцовщицы.
Она, естественно, просто увлечением не являлась, им были только дела кофейни.
А вот ее непосредственная упрямая владелица… с ней всё можно охарактеризовать только одним словом. Попал!
— Я шучу, — миролюбиво хмыкнул старший Исаев. — Пожалуй, единственное, что тебя в последнее время может отвлечь, это упоминание о твоей маленькой рыжей занозе. На все остальное тебе наплевать.
— Тебя это не устраивает? — так и не подняв головы, холодно поинтересовался наследник многомиллионного состояния.
— Не пойми меня неправильно, — его отец слегка запнулся. Но заговорил снова, чуть ослабляя галстук. — Я не против. Я рад, что ты вернулся к делам. Но ты точно уверен, что тебе не нужен бизнес Соболевых?
Демьян, захлопнув листы, отшвырнул от себя кожаную папку. Похоже, нормально поработать ему сегодня не дадут.
— Нет.
— Нет?
— Нет, — в голосе парня, небрежно развалившегося в кресле, вдруг послышалась сталь. — Мы это уже обсуждали. Для управления подобной корпорацией, ни у меня, ни у тебя опыта нет. Ты уверен, что потянешь? Что не опустишься в «грязь»? Что под давлением не проявишь слабость, не соблазнишься и не опустишься до черного рынка? Лично я — нет. Соболев и Фомин на этом собаку съели, причем не окунаясь в криминал. В их руках всё и должно остаться.
— Но это большие деньги, — старший Исаев покачал головой так, будто не верил в то, что только что услышал от собственного сына.
— Тебе денег мало? — изумленно вскинул брови тот.
— Деньги лишними не бывают, — усмехнулся Александр, вроде как перебирая на столе какие-то важные бумаги. А потом будто невзначай заметил. — Но Аларского ты решил разорить не из-за них.
Демьян, собиравшийся было снова приступить к работе, опять откинулся на высокую спинку офисного кожаного кресла.
Да что с его отцом сегодня не так? На задушевные разговоры потянуло?
— Тебя это беспокоит? — откровенно усмехнулся молодой бизнесмен, машинально включая функцию Антихриста. То есть, становился жестче, язвительнее и грубее. Но в тоже время хладнокровнее.
— Это из-за Ирины? — прямо спросил его отец, перестав ходить вокруг да около и аккуратно прощупывать почву.
В конце концов, сколько можно тянуть? Разговор о бывшей жене в любом случае неприятен, как к нему не подготавливайся.
— Мне плевать на мать, — Демьян ответил с неожиданным спокойствием и с абсолютно искренним равнодушием. — Я ее забыл, как только она ушла от нас. Но ее новый щенок перешел мне дорогу. А вот этого я не потерплю.
— Раздавишь его?
— Естественно, — хмыкнул младший Исаев так, словно речь шла о чем-то само собой разумеющимся.
Александр только головой покачал — своего сына он почти не узнавал. Нет, понятно, у того были причины измениться, и довольно серьезные. Все-таки удар по его самолюбию был нанесен колоссальный, не каждый после такого может оправиться, да еще в таком возрасте. Да, первое время Демьян, конечно, чудил и, в принципе, имел на это полное право. Хорошо хоть не спился или, того хуже, не сел обдолбанный за руль — мог таких дел наворотить… И сам бы убился, и другим людям жизнь сломал.
Но нет. Даже отошел довольно быстро — в таких историях полгода просто смехотворный срок. А потом девчонка эта рыжая… опять! Другая, правда. Но узнав о ней в первый раз, Александр испытал шок. Думал, история повторится. Но не успел даже толком навести справки, как случилось из чудес: его блудный загулявший отпрыск вернулся в лоно семейного дела. И не просто вернулся, вплотную занялся и остался. Он ко всему подошел с размахом. Да с каким!
— Когда ты успел повзрослеть?
— У меня были хорошие учителя, — насмешливо откликнулся Демьян, тоже расслабляя порядком опостылевший ему галстук. Воротник темно-синей рубашки разошелся, обнажая татуировку, но старший Исаев откровенно поморщился вовсе не от ее вида. А от неприятных воспоминаний:
— Полонский.
— Не только, — парень усмехнулся снова. И вдруг негромко проговорил, будто кого-то цитируя. — Рыж слюнявых мальчиков не любит.
— Никто их не любит, — согласно кивнул Александр… и запнулся,