Мой дом — моя крепость
Здесь хозяин я
Соловьи, виртуозно исполняющие многочисленные колена своих прославленных песен, зарянки, черноголовые славки, выводящие не менее прекрасные мелодии, предназначают их, конечно, своим будущим подругам. Но самки, как известно, прилетают обычно позже самцов, а серенады начинают звучать, когда их нет и в помине. Кому же они адресуются? Самцам. Услышав песню своего соплеменника, самец получает неплохой материал для размышлений. Потому что, несмотря на столь очаровательную форму, заключенный в ней смысл самый что ни на есть прозаический: «Я уже занял этот участок леса, советую держаться подальше». Получив такую информацию, выводы из подобного сообщения самцы могут делать разные. И все-таки нередко песня производит на них неизгладимое впечатление. Даже птица, пойманная и посаженная в клетку, но на своей территории, с помощью песни обращает в бегство нарушителя границ.
Животные, которые имеют собственный участок, чувствуют себя в его пределах очень уверенно. Но быть собственником непросто, тут уж не посидишь на месте. Обосновавшись на определенной территории, границы которой строго очерчены и хорошо известны законному владельцу, ее хозяин, распевая, перелетает с места на место и тем самым как бы проводит каждый раз контур, расставляет пограничные столбы на охраняемой территории. Если ему покажется, что возможно вторжение — раздастся голос чужака, — он задерживается на этом участке и начинает там петь особенно старательно.
Самые разные птицы, охраняющие свои территории, единодушны в одном: они ничего не имеют против, если в их владениях поселятся дальние пернатые родственники. Но они делают все возможное, чтобы избавиться от представителя своего вида. Объяснений этой неприязни несколько. Одно из них: когда самец-холостяк обзаведется подругой и начнется семейная жизнь, он будет гарантирован от вмешательства в нее соперника. Кроме того, познакомив самку с владением, показав ей границы, некоторые самцы потом следят, как бы ей не вздумалось покинуть свою территорию и отправиться в гости к соседу. Если подобное случается, такие поступки не проходят безнаказанно: самка получает трепку, и, посрамленная, возвращается домой.
Но участок нужен птицам и охраняется столь рьяно главным образом потому, что именно здесь будет добываться весь корм, необходимый для птенцов. Пока птенцы малы, многие родители не могут надолго отлучаться, поскольку их надо часто обогревать. Если погода испортилась и стало холоднее, взрослые должны возвращаться еще раньше. Так что близость кормовых угодий — вопрос жизни и смерти. И, само собой разумеется, задачу: быстро и в нужном количестве собрать корм — решить проще, когда претендентов на этот вид пищи рядом нет.
У пернатых, птенцы которых неплохо защищены от превратностей погоды, и у птиц, употребляющих виды корма, которые есть всегда в большом количестве (преимущественно это зерноядные птицы), отношения складываются по-другому.
Скворцы и ласточки обычно не предъявляют претензий к близко расположившимся соседям. Терпимость их объясняется тем, что они могут позволить себе улетать в поисках корма далеко от гнезд. Многие африканские ткачики настолько добросердечные соседи, что образуют самые настоящие гнездовые колонии. Секрет добросердечности прост: ткачики питаются семенами трав, имеющимися в изобилии, и конкуренции из-за пищи возникнуть у них не может.
Сколь велика бывает у птиц территория? Размеры ее варьируют как угодно: есть и совсем крошечные и весьма обширные. У чаек участок представляет собой небольшой круг, в центре которого находится гнездо. Граница территории определяется расстоянием, на котором одна птица может клюнуть другую, сидя в гнезде. Размеры участков, занимаемых певчими птицами, самые разные: у соловья 1200—2000 квадратных метров, у коноплянки от 10 до 250 квадратных метров. Помимо прочих, существует одна очень важная причина, которая служит ограничителем их величины: они должны быть такими, чтобы птицы живущие на определенной территории, оказавшись друг от друга на любом расстоянии, могли без труда воспринимать переданную информацию.
Иметь собственный участок важно не только птицам. У полевых сверчков дом находится в земле. Свою норку, вход в которую закрывается пучком травы, они тщательно охраняют и преследуют любого собрата, даже ни о чем не помышляющего, но очутившегося на небольшом участке перед норкой. Кузнечики и кобылки, ведущие оседлый образ жизни, тоже сообщают своим соплеменникам: «Здесь хозяин я». Если расстояние между самцами кобылок начинает уменьшаться, производимые ими звуки становятся короче, а сами сигналы интенсивнее.
Предупреждают потенциальных нарушителей границ и рыбы. Приблизительно за месяц до нереста самцы трески выбирают подходящие для себя участки. О том, что не следует вторгаться на принадлежащую каждому территорию, они извещают коротким басовитым хрюканьем.
Совсем иным, но тоже хрюканьем просят незваных гостей убираться подобру-поздорову сивучи. Самцы их — секачи — огромны: некоторые весят 1000 килограммов. Второе свое название — северный морской лев — они получили не зря. Большая голова, широкая грудь, не очень лохматая, но все-таки грива из жестких волос, да и цвет шерсти, как у царя зверей. А если вдруг животное рассердится, примет гордую повелительную осанку, зарычит и продемонстрирует пасть с острыми зубами, последние сомнения в том, что это лев, исчезнут.
Расставшись со своей стихией — морем, сотни животных, когда наступает лето, выбираются на берег и обосновываются на так называемых лежбищах: здесь на свет появляются детеныши, здесь образуются гаремы. Первыми на сушу выходят секачи. Они сразу начинают располагаться вдоль берега. Вскоре появляются и самки. С первого взгляда на берегу все кишмя кишит. Но на самом деле все лежбище разделено на участки.
Одна из основных обязанностей главы гарема — охрана своей территории, на которой обосновались многочисленные самки с детенышами. Специальным сигналом — серией хрюкающих звуков — секач извещает всех, что участок занят, что он будет отражать любое нападение. Совсем другой сигнал раздается, если на участок начинает претендовать какой-то зверь. Когда в поле зрения секача появляется потенциальный соперник, он, глядя в сторону пришельца, начинает реветь. Сила предупреждающего сигнала такова, что его прекрасно слышно и в двух километрах от места назревающего конфликта.
Лягушки не составляют исключения в мире животных, и они придерживаются определенных правил общежития. Несведущему человеку, увидевшему массу лягушек в пруду, и в голову не может прийти, что в лягушачьем царстве — порядок. Но в действительности каждому громкоголосому хористу принадлежит определенный участок. И если к владению вдруг приближается претендент, хозяин непременно заводит песню-предупреждение. Подобные песни исполняют не все лягушки, а главным образом те, что живут в прудах, реках, на деревьях и кустарниках. Рассмотреть их непросто, «одежда» служит им прекрасной маскировкой. И чтобы не создалось впечатление, что владение бесхозное, они и оповещают окружающих, что данный участок — их собственность.
Были проделаны опыты. Бросили в пруд коробочку, привязанную за нитку, и под магнитофонную запись крика самца начинали ее передвигать. Обнаружив «врага», лягушка принималась его отгонять на расстояние, которое считала нужным. В результате удалось выяснить размер участка, занимаемого одним владельцем. В брачный период, когда прудовые лягушки собираются вместе, территория каждой составляет 4—5 квадратных метров. Когда сезон размножения заканчивается, площадь увеличивается, охота ведется на 15 квадратных метрах. У зеленых лягушек участки могут занимать даже 40 квадратных метров, владения озерных по размерам гораздо меньше.
Песни угрозы и нападения
Быть бездомным, значит остаться и одиноким. Именно так обстоит дело у многих животных. Отсутствие своей территории приводит к тому, что они не могут обзавестись семьей. Поэтому, хотя предупреждающие сигналы не проходят мимо ушей, действуя в основном должным образом, они останавливают не всех. Некоторые решаются попробовать свои силы: а вдруг удастся занять участок?
Неизвестно, долго ли собирался с духом бездомный соловей, но, решив отнять участок, который принадлежал его собрату не один год, он сделал остановку в кустарниковых зарослях. У хозяина, обнаружившего его там, естественно, это не вызвало прилива радости. Он расположился в нескольких метрах от пришельца и принялся петь, недвусмысленно давая понять: убирайся восвояси. Но и непрошеный гость не молчал. Песенный поединок продолжался целых полчаса. Поняв, что по-хорошему не получится, законный владелец замолчал. Хвост его, словно веер, распускался и складывался, то он двигался вправо, то влево, а сам соловей издавал очень низкое, рокочущее «р-р-р-р». И вот он уже направился к противнику и подлетел к нему так, что пришелец был вынужден оставить куст. Однако пределы территории, принадлежащей законному владельцу, не покинул. И снова хозяин принял соответствующую позу и издал свое угрожающее «р-р-р-р»…
Синицы, не поделившие участок, бывают настроены не менее воинственно. Самцы болотной гаички, сидя друг против друга, поднимают вверх клювы и прижимают к телу все перья, а потом с угрожающими криками начинают перелетать с ветки на ветку.
Барабанная дробь большого пестрого дятла, как и песни других птиц, означает, что лесной санитар обосновался на этой территории. Для еще не вступивших в брак самок дятлов да и для самок всех остальных птиц исполнители серенад и привлекательны потому, что у них уже есть свои владения. Дятел ничем не отличается от других птиц и своим отношением к тем, кто не считает нужным соблюдать определенные правила поведения и начинает предъявлять претензии на чужую собственность. Если пришелец, словно у себя дома, принимается стучать клювом по дереву, барабанная дробь хозяина приобретает иной оттенок, она звучит громче, чем обычно. Время от времени дятел замирает, вытянув угрожающе вперед клюв, и затем снова начинает барабанить. Остановится он лишь тогда, когда соперник не выдержит и покинет его территорию.