Хорошо, что этот вопрос с Ханной уже выяснен: не хочется, чтобы она считала, будто Росс только и ждет, как бы насладиться ее прелестями (и удивительно, почему мысль об этих прелестях раньше не приходила ему в голову?).
В это время Ханна суетилась на кухне, пытаясь хоть что-то из еды спасти. Эдгар водрузил остатки пирога (нечто обугленное и с трудом поддающееся идентификации) обратно на плиту.
— Прости, детка, — сказал он и уставился на творенье своих рук. — Не знаю, как это получилось.
— Все в порядке, пап.
— Я хотел помочь, ведь ты сегодня выходишь замуж, и вообще…
Ханна подтолкнула отца к стулу.
— Я очень ценю твои усилия, папочка.
И в тысячный раз повторилась одна и та же сцена: отец извиняется, Ханна утешает его с помощью кулинарных творений собственного приготовления.
Росс подхватил отчаянно зевавшего Джейми и усадил его к себе на колени. По крайней мере Ханне не придется беспокоиться, что ее муж спалит весь дом. Росс знал, как сварить яйцо, не взорвав кухонную плиту, но предпочитал пиццу и гамбургеры в забегаловке.
Он попытался привлечь внимание Ханны, но она была занята — запихивала картошку и гамбургеры в духовку. Росс надеялся, что она не переживает о том, как отец будет справляться в одиночестве.
Так, здесь он может попытаться помочь. Росс прочистил горло.
— Эдгар, а вы когда-нибудь пользовались микроволновкой?
— Не, только видел один раз.
— Это на самом деле очень удобно и легко.
Росс быстро соображал, что еще может понадобиться одинокому мужчине. С микроволновкой справится даже ребенок. Может, еще огромная морозилка? Тогда их ежемесячные визиты не дадут Эдгару умереть с голоду. Да и Джейми будет полезно пообщаться с новым дедушкой.
Дедушка. Теплое чувство захлестнуло Росса. После развода он утвердился в мысли, что брак — это элементарная ловушка. Только с Ханной он снова обретал семью — не только для Джейми, но и для себя. После смерти родителей Росс впервые почувствовал себя в кругу семьи.
Ханна поставила чашки на стол и наполнила их свежесваренным кофе.
— О чем ты задумался? — спросила она, столкнув со стола его локоть.
— Как принять меры противопожарной безопасности в этом доме, — прошептал он.
Ханна оглянулась на отца.
— А это уже не…
— Не мое дело? — подхватил Росс. — Не забывай, это не твой отец, а наш. И я беспокоюсь о нем точно так же, как и ты.
Завершив свое выступление, Росс довольно ухмыльнулся.
— О ком задумался? — спросил Эдгар, до которого долетели обрывки их разговора.
— Ни о ком, пап.
Он фыркнул и сделал большой глоток кофе.
— Мы будем очень рады, если вы полетите с нами в Рино, — с чувством сказал Росс.
На мгновение Эдгар задумался, затем покачал головой.
— Нет, у меня здесь много дел.
— Но я уверен, Ханна надеется…
— Папа будет очень занят в баре, — внезапно вмешалась Ханна, предостерегающе глядя на Росса. — Он не сможет поехать.
И тут Росс вспомнил о том, что Эдгар боится летать. Его дважды сбивали во Вьетнаме, во второй раз он чудом остался жив. Домой его отправляли на пароходе, потому, что Эдгар категорически отказался садиться в самолет. Сейчас его дочь выходит замуж за пилота.
У Эдгара был немалый жизненный опыт, и он понимал, что невозможно предугадать, как сложится жизнь у Ханны и Росса. И он изрядно волновался.
Росс, в свою очередь, размышлял о тяжелом жизненном пути Эдгара. Мужчине очень сложно принять тот факт, что его дочь выросла и собирается выйти замуж.
— Знаете, — наконец сказал он, — мне сложно оставить дела, но у меня же появятся двое партнеров.
Этим высказыванием он заработал теплую улыбку невесты, которая в это время подталкивала своего отца в сторону ванной.
— Спасибо, — шепнула она, оставшись с Россом наедине.
— Я должен был думать, прежде чем говорить. — И тут его посетила свежая мысль: — А ты когда-нибудь раньше летала?
— Нет, — покачала Ханна головой.
Выглядела она не очень естественно.
Росс вжался в кресло. Если Ханна унаследовала хоть часть фобии от своего отца, жениться им придется на Аляске. В совсем неудобное время, но не загонять же будущую жену в самолет, применяя насилие?!
— Ты уверена, что выдержишь полет?
Она мягко улыбнулась и кивнула.
— Разумеется. Я не могу дождаться своего первого полета. Это будет забавно.
Забавно.
Росс отпил кофе. Судя по его опыту, в браке мало забавного, но Ханна наверняка внесет свои коррективы.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Ужасно, — объявила Ханна.
Она нахмурилась и уставилась на разбросанную одежду раз этак в десятый. Сколько ни пробуй, превратить эти вещи в свадебный наряд невозможно. Здесь были и темно-синее платье, которое она надевала на похороны, и джинсы, и свитера, и даже то платье на три размера больше, что папа как-то привез в подарок, но, увы, ничего подходящего.
Лучшее, что она могла сделать, — это надеть чистое, выглаженное и не очень старое платье. Россу не нужно будет беспокоиться. Ему и так было неловко из-за свадебной одежды, но ведь у них не свадьба. Просто сделка, которая не изменит отношений между старыми друзьями.
— Сколько времени тебе потребуется, Ханна? — прокричал Росс.
Ханна в ответ лишь поморщилась. Учитывая величину и роскошь ее гардероба — десять минут, из которых девять уйдут на перерыв с кофе и булочкой.
— Не очень много.
— Чем скорее мы вылетим, тем лучше: вдруг где-то задержимся.
— Ладно. Я пока пойду и побеседую с Джейми. Вернусь через десять минут.
Ханна принялась запихивать свое барахлишко в старый чемодан. На самом деле, живя здесь, она же ни в чем не нуждалась. В Квиксильвере даже самые простые вещи зачастую бывали излишеством.
Не зная, сколько они пробудут в Рино, Ханна предусмотрительно положила в чемодан самые новые джинсы и белую рубашку. Посмотрелась в зеркало. К увиденному отнеслась философски. Она бы глупо смотрелась в свадебном платье, а ее любимые вещи хоть и не новы, но зато приятно облегают тело.
Обжора с несчастным видом лежал на кровати. Кошки не любят перемен.
— Все в порядке, — прошептала Ханна ему в ухо. — Я скоро вернусь.
— Мур-р-р.
Кошачьи когти вцепились в рукав Ханны, когда она попыталась убрать руку. Бедный кот единственный, кто за нее переживает.
— Я должна идти. — Она освободила руку и погладила его в последний раз. — Ты будешь жить со мной.
Ханна проверила, достаточно ли остается воды и еды, закрыла дверь в ванную и оставила записку несравненной Кайли, где подробнейшим образом описывались предпочтения будущего путешественника.
— Давай сюда свою поклажу, — сказал Росс, увидев Ханну на пороге кухни с чемоданом в руке.
Ему пришлось подождать, пока Ханна придет в себя. Она не привыкла к такому деликатному обращению. Братья не воспринимали ее, как женщину — только, как прислугу, которая готовит еду, содержит дом и пришивает оторванные пуговицы.
Он закинул чемодан в кузов старого грузовичка и помог Ханне забраться в кабину.
— Ммм, спасибо, — наконец нашлась она.
Росс одарил ее хмурым взглядом.
— Не за что. Только боюсь, нам вчетвером будет здесь тесновато. Но я возьму Джейми на руки.
— Нет, я.
Джейми смущенно улыбнулся своей будущей маме и с готовностью просидел всю короткую дорогу до аэродрома у нее на коленях. Ханна крепко его обнимала и старательно игнорировала волну чувственности, исходившую от Росса. Было не тесновато. Было очень тесно. Ханна, зажатая двумя дюжими мужчинами, едва умудрялась вздохнуть. Мужское тело было ей не в новинку — в конце концов, она воспитала шестерых братьев, — но близость Росса оказалась такой возбуждающей…
Отлично. Если уж она была Россу другом столько лет и ничего большего не хотела, то сейчас и подавно ничего не изменится.
Сжав губы, Ханна сконцентрировалась на самолете, который стоял на «официальной» взлетной полосе Квиксильвера. Может, она никогда не летала, но нет человека в Квиксильвере, который бы ничего не знал об аэропланах. Поэтому Ханна с первого взгляда смогла определить, что свой «пайпер-навахо» Росс содержит в превосходном состоянии. Но какой-то он маленький…
Конечно, она знала, что это надежный самолет и беспокоиться совершенно не о чем. Желудок опроверг это утверждение и болезненно сжался. Ханна наклонилась поближе к Джейми.
— А тебе нравится летать?
Малыш ободряюще кивнул.
— Папа сначала поднимается высоко вверх, а потом падает.
И бесхитростный ребенок изобразил, как это происходит. Желудок Ханны воспроизвел траекторию полета.
Высоко???
А потом падает???
Вообще-то она надеялась на более спокойный полет. Ни к чему травмировать нежную психику ребенка.
— Как мило. Представляешь, я никогда раньше не летала, так что мне потребуется твоя помощь.
— Ладно.
Ханна спрятала улыбку, увидев как малыш расправил плечи. Его сходство с отцом сейчас просто бросалось в глаза. Сам же Росс удобно сидел, вытянув ноги (насколько позволяло пространство) и высунув локоть в окно. Он не участвовал в разговоре, но было ясно: он не пропустит ничего, что касается его сына.
Эдгар затормозил напротив самолета и протянул руку Джейми.
— Пойдем, парень. Нужно разгрузить вещи.
Вдвоем они направились к кузову пикапа, оживленно болтая. Вырастив шестерых сыновей, Эдгар легко находил общий язык с ребятами.
Росс не открывал дверь, и Ханне вдруг показалось, что он изменил свое решение. Бог знает сколько раз меняла его она сама. Он, нет, — невозможно думать, когда тебе предстоит первый в жизни полет.
— Тебе не о чем беспокоиться, Ханна. Я хороший пилот. Но если ты хочешь, мы воспользуемся другим транспортом. Я никогда не буду тебя ни к чему принуждать.
Ее глаза сузились. Черт бы его побрал! Он не только хороший пилот, но еще и телепат. Ханна понадеялась, что в браке этот талант сойдет на нет, и бодро откликнулась: