– Нужна помощь? – предложил Эвард.
– Думаю, справимся сами, – качнул головой Дориан, о чем-то размышляя.
– Ладно. Тогда просто держи меня в курсе. И удачи.
Артефакт погас. Мужчина вздохнул и откинулся на спинку дивана.
– Выходит, что нам придется ловить ее на живца. Сегодня сирена вряд ли выйдет на охоту. Но завтра можно попробовать. Подобрать ей такую приманку, которая заставит ее забыть об осторожности.
– Приманку?
– Да. Самая лакомая добыча – физически крепкий и здоровый мужчина со слабой искрой магии. Сильного мага она побоится, а вот слабый может дать достаточно энергии, чтобы охотиться больше не пришлось.
– А слабый маг способен справиться со взрослой сиреной?
– Нет. Но если взять сильного и замаскировать дар так, чтобы было видно лишь краешек…
– Только не говори, что ты хочешь стать приманкой сам, – насторожилась я.
– Почему нет? – Он подтвердил мои опасения.
– Но ведь это опасно.
– Знаю. – Дориан предвкушающе улыбнулся. – Только я – лучший кандидат. Во-первых, отлично плаваю и управляюсь с магией в воде. Во-вторых, уже охотился на сирен и знаю, что может пойти не так. А в-третьих, у меня есть Эрк. Он подстрахует.
Меня это не убедило. От мыслей о том, что Дориан может оказаться один на один с хитрой хищной тварью, для которой море – родной дом, становилось дурно. Но отговаривать его я не имела права. Дориан – взрослый разумный мужчина, маг и офицер. Он не из тех, кто станет отсиживаться за чужими спинами в момент опасности. Кто станет отправлять на риск других, зная, что сам справился бы лучше. И мне остается только принять это.
– Не переживай. – Мужчина накрыл мою руку своей. – В любом случае, мне еще нужно обсудить все с Итаном.
– Конечно, – кивнула я.
– Как прошла ночь? – перевел он тему.
– Так хорошо, как это только было возможно. Никто не ухудшился. Хотя про выздоровление еще рано говорить.
– Уже неплохо, – заметил Дориан. – Но боюсь, у меня хороших новостей нет. Кухня и правда оказалась не при чем. Больше никто в Морбране не заболел: ни люди, ни животные. Выходит, кошек травили специально, вот только у нас ни одного свидетеля, который мог бы помочь.
– Жаль, – пробормотала с досадой.
Хотя это ожидаемо. Все оказались слишком заняты танцами.
– Но кое-что полезное все же удалось найти. По крайней мере, я на это надеюсь.
Дориан поднялся и достал из тумбы скомканную салфетку. Развернув ее, я увидела мусор. То есть, это сначала мне показалось, что мусор. Но потом я присмотрела и поняла: вся пыль, шерсть и сосновые иголки прилипли к темному шарику размером с горошину.
– Нашел его рядом с кошачьим домом. Попал в щель между плитами.
Я поднесла бумагу поближе к лицу и осторожно принюхалась. Пахло травами. Как будто даже больше всего валерианой. Но терпкий запах отчего-то не успокоил, а заставил поежиться.
– Нужно разобраться, – решила я и встала. – Вернусь в лазарет и исследую.
– Действуй, – улыбнулся Дориан. – Я в тебя верю.
В лазарете я сначала заглянула в палату к нашим пациентам. Джун как раз возилась с одним из них. Она вливала лекарство в плотно сомкнутые челюсти крупного черного кота. Судя по тому, что зверь сопротивлялся, к нему возвращались силы. Но Крафтон не обращала на кошачье недовольство никакого внимания.
– Завтракала? – спросила Джун, отряхивая руки после того, как кот оказался напоен.
– Нет еще. – Я прошла в палату и села на кровать Боцмана, ласково погладив его по голове. – У нас тут ни дня без приключений. Зато мы наконец-то выяснили, отчего матросы в воду падают.
– Правда? – удивилась Крафтон. – И почему?
Я быстро рассказала ей о том, что произошло с караульным. Джун выслушала, задумчиво покивав, и подтвердила:
– Да, скорее всего, Дориан прав. Мне еще не приходилось сталкиваться с сиренами, но, если правильно помню, их воздействие не оставляет никаких следов. Мы с тобой никак не могли его заметить.
– Дориан сказал, что она взрослая и сильная, – вздохнула я и не удержалась. – И он собирается на нее охотиться.
– Переживаешь? – проявила проницательность женщина.
– Переживаю.
– Зря. Дориан сильный маг и в воде как рыба. Сильнее него на базе никого нет. Эберги – они больше по воздушной части. От огневиков тем более толку не будет. А Барленту по должности не положено. Слишком важная шишка, чтобы рисковать собой.
Я уловила в ее голосе едкую иронию и просто не смогла не спросить:
– За что вы так не любите нашего командира?
– Я? – возмутилась Джун. – Не люблю? Да мне вообще все равно на него.
– Угу, – не поверила я. Слишком уж нарочитым было возмущение. – Вы давно с ним знакомы?
– Давно, – скривилась целительница.
– О, понятно.
– Что еще тебе понятно?
– Да так, – я подняла ладони, изо всех сил пряча улыбку.
– Ормонд…
– Лучше расскажите, как тут дела, – попросила я.
– Лучше сходи за завтраком, – не купилась Крафтон. – Ну или найди того, кто его нам принесет.
– Маура обещала снова прислать помощь. Так что не пропадем.
Обещанная помощь в лице двух матросов явилась ровно к восьми утра. Джун отправила их в столовую, а потом запрягла на уборку палат. Котам не становилось хуже. Больше не было ни жара, ни рвоты, и они потихоньку начинали приходить в себя. Рыжий Боцман даже попытался удрать из палаты, но стоило ему сползти с кровати, как лапы от слабости подогнулись, и больше он не смог сделать и шага. Вернув беглеца на место, Джун посадила матросов дежурить, чтобы пушистые пациенты не вздумали разбегаться.
Мы еще трижды давали котам мой антидот. А после обеда рискнули напоить самых крепких специально сваренным для них бульоном. Особенного энтузиазма коты не проявляли, явно ослабленные недугом, но наконец-то можно было говорить о том, что кризис миновал.
Вот только несмотря ни на что, я не спешила расслабляться. Да, мы полностью вылечим всех кошек, и скоро они смогут покинуть лазарет. Но тот, кто отравил их, останется на свободе. И кто знает, не захочет ли он повторить свое черное дело? Уж не представляю, из неприязни именно к этим котам, ненависти ко всем животным в целом или просто из-за поганого характера – мне, по большому счету, наплевать. Самое главное – обезопасить котов. Вот только как?
Дориан прав, кошачий дом прячется слишком хорошо. Нет никаких проблем подобраться к нему со стороны леса и подбросить отраву. Закрыть животных в лазарете мы не можем. Поэтому единственный способ – найти того, кто это сделал.
Единственную возможную улику отдал мне Дориан. И, убедившись, что в палатах моя помощь пока не нужна, я отправилась в лабораторию. Подготовила котел с чистой водой, выставила все нужные зелья и взялась за дело.
Шарик, который я выложила на керамическое блюдце, оказался не твердым. Скорее, он был слеплен из очень густой пасты. Осмотрев его со всех сторон, я разделила его на две части и осторожно опустила одну из них в воду. Несмотря на густоту, паста начала быстро таять, отчего вода окрасилась в темный цвет. Совсем скоро она превратилась в жижу, напомнившую мне цветом кошачью рвоту. Я поморщилась и размешала остатки стеклянной палочкой. А потом обхватила котел ладонями и призвала на помощь дар.
Как много трав… Валериана и котовник, пустырник и чабрец, мята и душица, зверобой и ромашка. Состав, как будто бы призванный успокоить, избавить от тревоги и подарить крепкий сон. Вот только мне от одного вида этой гадости становилось неспокойно. Чем больше я вглядывалась в непроницаемо-темную поверхность жижи (иначе и не назвать), тем чаще билось сердце. А от запаха к горлу то и дело подкатывал ком.
Решив, что это неправильно, я распахнула окно во всю ширь и немного постояла, вдыхая чистый воздух. И только когда стало сердце угомонилось, развернулась, сделав короткий шаг к котлу, и осторожно взглянула на жидкость.
Почти уверена, что причина болезни кошек – именно в ней. Валериана и котовник – самые привлекательные для кошачьих растения. И, если кто-то рассыпал эти шарики возле такелажного склада, нет ничего удивительного в том, что потравились сразу все и в одно и то же время. Вот только я не понимаю, что именно сделало шарик ядовитым. Ни одна из этих трав не представляет угрозы. А ведь угроза явно есть, я чувствую ее даже сейчас.
Переборов брезгливость и осторожность, подошла к котлу и снова всмотрелась в получившееся зелье. Чистая вода, которая стала для него основой, почти не отзывалась. Мутная взвесь из трав неторопливо кружилась, завиваясь спиралями. Этот танец травинок чем-то даже завораживал. Словно их двигала какая-то сила…
На всякий случай я подвинула к себе поближе флакон с противоядием, а потом капнула каплю зелья на палец и растерла по коже. Но это тоже не помогло. Странный состав не поддавался и в то же время странно манил, не отпуская. Словно дразнился…
От попыток достучаться до сути черной гадости у меня начала болеть голова. Пришлось признать поражение. Я переписала состав в блокнот, перелила несколько капель жидкости в маленький флакон, если вдруг понадобится сравнить с чем-то другим, а остальное с облегчением выплеснула в утилизатор.
Стук в дверь раздался, когда я закончила уборку.
– Линнея? – Ко мне заглянул Дориан. – Можно?
– Да, заходи, – обрадовалась я.
– Как ты? Есть новости?
– Увы, – я развела руками. – Могу уверенно сказать только то, что наши кошки и правда пострадали от этой гадости. А еще ее явно сделала ведьма. Причем, сильная и очень опытная. Я даже не смогла понять, как она безобидные растения в яд превратила.
– Безобидные растения в яд… – протянул Дориан. – Хм… Пожалуй, я спрошу об этом Эварда.
– Спроси, – кивнула я. Стало немного неловко за то, что не сумела помочь. – И Цейра, наверное, лучше меня разберется.
– Не переживай, – улыбнулся маг. – Ты все равно молодец.
Но я не боялась признавать свои неудачи. Поэтому отыскала в шкафу флакончик, который совсем недавно туда запрятала, и протянула его мужчине.