Оливер успел уйти, но я не обратила на это внимания. Сейчас внутри бушевали странные чувства. Изумление от того, что моя мать оказалась жива, досада и легкая горечь. Несмотря ни на что, когда она «погибла», я поначалу грустила. Поэтому неожиданное открытие словно всколыхнуло те старые эмоции, пусть для них и не было реального повода. Ведь эта женщина произвела меня на свет, но всегда оставалась чужой.
– Линнея, – Дориан мягко сжал мои плечи.
– Значит, все-таки она, – пробормотала я. – Поверить не могу.
– Их нужно брать, – решил Барлент. – И желательно одновременно.
– Эвард вызвал из Айкера еще одного инквизитора. Странная ирония, но это именно тот самый Маркус Страут, которого приворожила Селина Ормонд.
– Серьезно? – я изумилась. – Теперь понятно, почему он так на меня смотрел.
– Операцию придется спланировать и согласовать на самом верху. – Сказал Барлент и повернулся ко мне. – Это может занять время. А пока нам нужно сделать так, чтобы Фаултон ни о чем не догадался.
– Да, – я сразу поняла, что он имеет в виду. – Я не выдам нас. Последнее время Кеннет, кем бы он ни был, и сам не горит желанием общаться со мной. Буду сидеть в лазарете и выходить оттуда только в столовую.
– Вот и умница, – улыбнулся Дориан, целуя меня в висок.
Барлент почесал затылок и отвел глаза. Но я успела уловить в его глазах еле заметную грусть, отчего снова захотелось отругать Джун. Не знаю, что у них там произошло когда-то, только почему бы не дать командиру второй шанс?
– Нам нужно идти, – вздохнул мой маг. – Прости.
– Все в порядке, – я сжала его ладонь. – Просто делай, что должен. И пусть удача будет на твоей стороне.
ГЛАВА 23
И потянулось ожидание. Дориан и Барлент с головами ушли в планирование будущей операции. Разведка Салина хотела накрыть разом всех заговорщиков, в том числе и тех, кто окопался в Айкере и других городах. А это значило, что все нужно было как следует рассчитать. Сложностей добавляло то, что никто из нас никогда не сталкивался с темной ведьмой, которая могла быть способна вообще на что угодно. Эварду Грэну даже пришлось обратиться к Верховному, чтобы тот прислал ему все дела темных за последние пятьдесят лет. Таких оказалось всего четыре. И мы с Цейрой потратили не один час, чтобы понять, чем такие ведьмы отличаются от нас и как с ними бороться.
Сам Эвард за несколько дней окончательно разобрался с делом Аванты и Теренса. Наставница и бывший пытались отпираться, надеялись на адвокатов, ждали помощь из столицы. Но когда старший Хикс сообщил, что за свои проступки сын должен отвечать сам, сдались. Правда оказалась простой и безыскусной. Они действительно решили приворожить меня к Теренсу, чтобы тот с моей помощью зашагал к вершине, к которой так стремился. Теперь им обоим грозили солидные сроки, и Эвард без всяких сомнений отправил их в Айкер под суд.
С Кеннетом мы почти не пересекались. Когда мне снова понадобилась тара для лекарств, ее принес новенький капрал, которого Нордейл официально приписал к нашему лазарету. Сам Фаултон вел себя абсолютно как обычно. А Дженис Гриффин с базы убрали под предлогом того, что ей якобы пришлось вернуться в Айкер из-за занедужившего родственника.
План был готов примерно через неделю. И мне предстояло принять в захвате самое непосредственное участие. Дориан был не слишком доволен. Ему не хотелось подвергать меня опасности. Вот только я оказалась единственной, кто мог уменьшить риск для остальных. Эта идея пришла нам с Цейрой в головы почти одновременно, и, загоревшись ею, я уговорила Барлента согласиться.
Оливер Уэлч отыграл свою роль на сто процентов. Он исправно ходил в гости к Гленде, изображая влюбленного жениха. И однажды все же смог принести мне образец чая, в котором я обнаружила приворотное. Впрочем, это наши планы никак не изменило. Уэлч и его невеста продолжили готовиться к свадьбе. И разумеется, к переезду оной невесты в Морбран, где им собирались выделить комнату в семейном общежитии.
В день, когда все должно было закончиться, с самого утра начала портиться погода. Стараниями Мауры Эберг и еще двух магов-погодников на побережье потянулись грозовые тучи. Низкие, свинцово-серые, они несли в себе воду, то и дело тихо порыкивали. Плотный покров не пропускал ни единого солнечного луча. Ветра не было, отчего воздух казался плотным и немного душным. Но время для ливня еще не пришло.
Неширокий проход между глухой стеной столовой и продуктовым складом пустовал. В столовую с неожиданной санитарной проверкой нагрянула Джун, поэтому все работники оказались сейчас заняты ей. Нам никто не должен был помешать.
Я стояла внутри склада и через щелку приоткрытой двери гипнотизировала взглядом серый асфальт. Оливер Уэлч пригласил Гленду и ее тетку на базу, посмотреть место, где новобрачные планировали жить. Но это был лишь предлог. Оливеру предстояло вывести их сюда, прямо на засаду. И судя по сигналу, который мы получили от пропускного пункта, это случится совсем скоро.
– Все будет хорошо, – еле слышно пообещал Дориан, сжимая мои пальцы.
– Знаю, – так же тихо ответила я. – Будет.
Маркус Страут, карауливший тут вместе с нами, просто кивнул. Но меня все еще бил мандраж. И от того, что сегодня мы могли столкнуться с какой-нибудь совершенно непредсказуемой неожиданностью. И от того, что мне предстоит встать против собственной матери.
За эти дни я окончательно смирилась с мыслью, что она – враг. И никаких сомнений в ее виновности не было. Вот только от эмоций все равно слега потряхивало, и я искренне надеялась, что сумею справиться с ними и ничего не испорчу.
От туч стало совсем темно, как в сумерках. Первые капли уже начали срываться, глухо шлепая по крыше. А потом наконец послышались чужие голоса.
– …в лавке. – донесся обрывок разговора. – Мне будет скучно просто сидеть дома, а у вас как раз освободилось место.
– Да, я говорил об этом с командиром, – произнес Уэлч. – Он не против того, чтобы ты работала вместо Дженис Гриффин.
– Вот и чудесно.
Стук каблуков стал совсем громким, и из-за угла вышли трое. Оливер, его невеста в легкой шляпке и женщина. Она придерживала широкий капюшон плаща и молчала. Я судорожно сглотнула.
– Зимой обещают достроить новый дом, – спокойно сообщил Оливер, словно и не знал о том, что должно произойти. – Ну а пока придется пожить в общежитии.
– Это совсем не проблема. С тобой – где угодно.
Они прошли мимо нас, пропадая из поля зрения. Но я знала, что как только они окажутся на середине прохода, на сцену выйдут и остальные.
– Добрый день, – произнес командир Барлент.
Это стало сигналом для нас. Дориан распахнул дверь. Заранее смазанные петли позволили сделать это бесшумно, и мы вышли наружу. Оливер и женщины остановились, потому что дорогу им преградили Барлент, Эвард Грэн и рыжеволосая ведьма Айнона. Наша тройка перекрыла путь отступления с другой стороны.
– Добрый день, господа, – поздоровалась Гленда Ликс.
Оливер отпустил ее руку и отошел к командиру, вставая за его спину. Тут же открылась ведущая в столовую дверь, и на крыльцо вышли Виктор Нордейл и Кеннет Фаултон. Лицо Кеннета вытянулось. А Нордейл кивнул Барленту и шустро юркнул обратно в столовую, запирая за собой дверь. Заговорщики оказались в ловушке.
– Что происходит? – требовательно поинтересовалась Гленда. – Оливер?
Ее тетка сделала шаг назад и развернулась.
– Здравствуй, мама, – проговорила я.
Она не слишком походила на женщину, которую я помнила. Изменился цвет волос, чуть погрубели черты лица. Но чутье подсказало, что я не ошиблась. Именно эта ведьма когда-то дала мне жизнь.
Гленда Ликс обернулась через плечо и побледнела. Кеннет дернулся назад, к двери, и зашипел, когда дверная ручка ужалила его заклинанием. На крыше склада мелькнули силуэты огневиков, которых Барлент позвал на помощь.
– Гленда Ликс, Пайпер Ликс и Кеннет Фаултон, – произнес Эвард. – Вы арестованы за организацию заговора против Салина.
– Вот как, – негромко усмехнулась женщина, которую мне очень сложно было назвать мамой. – Забавно.
Она резко подняла руку к шее и рванула висевший на длинной цепочке медальон. Он полыхнул чем-то страшным, отчего у меня волосы встали дыбом. Тьма хлынула во все стороны, как помои из треснувшей бочки. Темная ведьма призвала свою силу. Она оказалась едкой и горькой. Тьма заставила невольно содрогнуться, осела на языке привкусом ядовитого пепла, и даже дневной свет, казалось, померк на несколько секунд. Но нам было, чем ей ответить.
Я глянула на небо и прикрыла глаза. Глухо зарокотал гром, а из туч на побережье обрушился ливень. Шорох струй и раскаты грома заглушали чужие голоса. Падая на землю, вода собиралась в ручейки, с бодрым журчанием убегавшие в сторону моря. Я очень быстро промокла до нитки, как и все остальные здесь, но никому и в голову не приходило прятаться. Потому что именно дождь был нашим спасением и защитой.
Мой собственный дар мгновенно раскрылся так широко, как это только было возможно. Чистая дождевая вода напитывалась моей силой. Я вычерпывала себя до дна, не думая и не беспокоясь о последствиях. Все, что мне было сейчас нужно – это только защитить тех, кто не побоялся выйти лицом к лицу со злом. Не позволить яду разойтись во все стороны, отравить землю и воздух. Уничтожить чуждое Природе явление, несущее боль и страх. И у меня получалось. Моя вода смывала тьму, делая ведьму бессильной.
– Нет! – яростно закричала та, понимая, что проигрывает.
Тучи пошли прорехами, отчего сквозь них пробилось солнце. Капли воды засияли бриллиантовым блеском, а где-то над Морангеном раскрылась радуга. Моя одежда стала холодной и тяжелой, а в ботинках хлюпало, но меня это никак не волновало. Сейчас мы с ливнем словно были одним целым. И вместе уничтожали противное всему живому колдовство. Стихия побеждала.
Маркус Страут и Эвард метнулись к Селине с разных сторон, заламывая ей руки и блокируя дар. Барлент схлестнулся с Фаултоном. Дориан остался за моей спиной, готовый прикрыть от любой опасности. Айнона контролировала все со стороны. А Гленду Ликс держали под прицелом маги на крыше.