Селина ругалась, как портовый грузчик, но заполучив на запястья мощные наручники, едва смогла устоять на ногах. Свалить Фаултона в итоге помогла Айнона, и скоро его дар тоже оказался заблокирован. Расколотый артефакт ведьмы лежал на асфальте. Но больше он не представлял угрозы. Дождь оказался сильнее.
– Руки, – приказал Барлент Гленде, подходя к ней с наручниками.
Девушка опустила голову и покорно шагнула ему навстречу. Я тихо выдохнула. На плечи от усталости словно опустилась бетонная плита.
– Как ты? – негромко произнес Дориан, придерживая меня.
– В порядке, – кивнула я. – Но мне очень нужно…
Гленда Ликс вдруг резко сунула руку в карман. В ее ладони тускло блеснуло короткое лезвие. Замах – и оно вонзилось в бок командира Барлента.
– Нет! – я вскрикнула.
Гленду тут же повалили на асфальт без всякой жалости. Барлент зажал рану, прислоняясь к стене склада, и медленно сполз на асфальт. Я бросилась вперед, но добраться до командира не успела. Слабость накатила штормовой волной. Колени подогнулись, и я потеряла сознание, потому что выложилась так, как не выкладывалась до этого никогда.
Я пришла в себя так резко, словно меня выдернули из воды. Надо мной белел немного неровный потолок лазарета. Вокруг привычно пахло лекарствами и дезинфекцией. В окно светило закатное солнце, говоря о том, без сознания мне довелось пробыть не один час. А рядом на стуле сидела Маура Эберг.
– Привет, – усмехнулась Маура, когда я посмотрела на нее.
– Который час? – спросила хрипло.
– Почти семь. Ты как вообще?
Я с усилием приподнялась, садясь на кровати, но кроме быстро прошедшего звона в ушах, ничего страшного не чувствовалось. Силы потихоньку восстанавливались. Дар радостно отозвался, ласкаясь, словно кот.
– Все в порядке, – сказала я. – Просто сил слишком много потратила.
– Неудивительно. Не представляю, как можно было зачаровать столько воды.
Мы бы обязательно поболтали об этом, но сейчас меня интересовал совсем другой вопрос.
– Что с командиром?
– Жить будет, – вздохнула Маура. – Его быстро донесли до лазарета, а тут уж Джун выложилась по полной. Так что крови Барлент потерял прилично, но рана оказалась не смертельной.
– Хорошо, – успокоившись, я откинулась на подушки. – А остальные?
– Дориан с инквизиторами уехали в Моранген. Арестованных увезли туда же. Меня посадили присматривать за тобой, очень уж Дориан переживал.
Я не смогла не расплыться в улыбке. Маура хмыкнула и подала мне теплый халат.
– Пойду выловлю какого-нибудь матроса, чтобы принес сюда поесть, – сказала она, поднимаясь.
– Спасибо, – благодарно кивнула я. – Мы отлично сработали.
Женщина шутливо отсалютовала мне и вышла. А я завязала пояс халата потуже, убедилась, что могу крепко стоять на ногах, и отправилась искать Джун.
Целительница нашлась в соседнем изоляторе. Она сидела у кровати, обнимая себя руками, словно зверски мерзла. На казенных простынях, почти сравнявшись с ними по цвету, лежал командир Барлент. Мужчину со всех сторон обложили коты. У головы устроилась серая Маркиза, под боком – Черныш, похожий на черную меховую шапку, и Кокос, а в ногах свернулся клубком Боцман.
– Лечат, – тихо произнесла я. – Может, возьмем их в штат?
Джун вздрогнула и подняла на меня взгляд. Я нахмурилась. Женщина и сама сейчас напоминала покойника. Бледное лицо с зеленцой, запавшие глаза, сухие губы. Она явно здорово потратилась ради командира. Вот и пусть потом только попробует сказать, что он ей совсем не нужен.
– Кажется, нам всем не помешает восстанавливающее зелье, – пробормотала я.
– Было бы неплохо, – слабо улыбнулась Крафтон.
Я нашла в лаборатории одно из своих зелий, развела в воде и разлила ее по стаканам. Выпив свою порцию, Джун устало прикрыла глаза. Но на ее бледных щеках быстро появился румянец, а спина расслабилась.
– Как он? – спросила я осторожно.
– Эта дрянь метила в печень, – процедила Джун сквозь зубы. – Итан чуть не истек кровью. Если бы его принесли сюда на пять минут позже…
Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. В брошенном на мужчину взгляде без труда читались страх, сожаление и затаенная нежность.
– Он поправится, – сказала я. – И поправится особенно быстро, если узнает, как сильно вы за него переживаете.
Джун обреченно прикрыла глаза. А потом вдруг призналась:
– Мы собирались пожениться.
– Правда? – обалдела я.
– Да, – Крафтон вздохнула и улыбнулась. – Больше двадцати лет назад. Мы были молоды. Я только закончила военную-медицинскую академию, Итан получил звание и перевод на новый корабль, где и под меня специально держали место целителя. Но на Салин напали заанийцы. У нас с Заанией ведь нет морских границ, поэтому флот тогда оставался немного не у дел. Меня такое положение не устроило, поэтому я отправилась на границу добровольцем.
– И поэтому поссорились? – догадалась я.
– Увы. Итану мое решение не понравилась. Сейчас я понимаю, что он просто боялся за меня, злился из-за того, что сам не мог быть рядом. Но тогда… В общем, ссора вышла очень жесткая, некрасивая и яростная. Я уехала. Когда война закончилась, и я вернулась, со славой, медалью и опытом, мы встретились. Вот только я сказала Итану большую глупость, обидев его, и мы снова поссорились, еще сильнее. На этот раз уже окончательно. Разорвали помолвку и разъехались. Итан – на флот. Я – в военный госпиталь. За эти годы мы почти не виделись, а если виделись, то не вспоминали о том, что было. Но в конце прошлого года Итан приехал ко мне в госпиталь и предложил отправиться сюда, в Моранген. Я согласилась.
– Почему?
– Итан сказал, что ему нужен не просто начальник медслужбы. – Джун осторожно погладила его по руке. – А человек, которому он может безоговорочно доверять. Тогда я не знала о заговоре, но это оказалось очень лестно.
– Командир все еще любит вас, – заметила я еле слышно.
– Знаю, – согласилась Джун.
– А раз знаешь, хватит его мучить, – послышался от дверей негромкий, но очень веский голос Мауры.
– Мя, – коротко вякнул Боцман, вставая, чтобы улечься на другой бок.
– Видишь, даже кот с нами солидарен, – попеняла Эберг.
– Вижу, – согласилась Крафтон безропотно. И сжала пальцы Барлента. – Когда я увидела его сегодня, окровавленного, почти неживого, то… – Она судорожно вздохнула. – И правда, хватит заниматься глупостями…
– Ну вот и славно. – Маура сжала ее плечо. – Теперь обе встали и пошли в кабинет. Там еда.
Джун немного посопротивлялась, но нам удалось уговорить ее поужинать. У меня даже мелькнула мысль тайком подлить начальнице сонного зелья, чтобы она хоть немного отдохнула. Но совесть не позволила. А стоило закончить с едой, на крыльце послышались шаги.
– Мать-Природа, – ахнула я, когда в лазарет на носилках внесли ни кого иного, как Кеннета Фаултона. – Что с ним? Почему его вернули сюда?
– Это настоящий Фаултон, – сообщил замыкавший процессию Дориан. – Гленда и Пайпер держали его в подвале. Там же мы нашли заготовки для каких-то зелий.
– Зелье личины, – сразу сообразила я. – Которое пил лже-Кеннет. Видимо, они готовили его на крови, поэтому им нужен был ее источник под рукой.
И ведь отличное вышло зелье. Сейчас, вглядываясь в лицо настоящего Фаултона, я понимала, что они скопировали его внешность до мельчайшей черточки. Даже волосы были растрепаны точно так же. Коварная, мощная магия. И совершенно неопределяемая.
– Если так, это спасло парню жизнь.
Кеннета уложили в смотровой. Джун тут же бросилась раздавать указания, несмотря на то, что все еще имела весьма бледный вид. Дориану даже пришлось придержать ее за плечо.
– Я вызвал Коэна, – сказал он. И пояснил для меня. – Это мой целитель с «Летящего». Он поможет. Сегодня вы обе слишком выложились, чтобы напрягать вас еще и Фаултоном.
– Думаю, все, что ему требуется – это противоядия и здоровый сон, – согласилась я.
Пожилой, но все еще бодрый целитель Дориана пришел быстро. Мы снабдили его всеми нужными зельями и артефактами, и мужчина деловито принялся за лечение бедняги Фаултона. Джун снова сбежала в палату к командиру. Матросы сновали туда-сюда с водой и постельным бельем. Но суета не помешала Дориану поймать меня и вывести на улицу.
– Как ты? – спросил он, когда мы, наконец, оказались вдвоем.
– Все хорошо. – Я погладила его по щеке. – Предупреждала ведь, что свалюсь. Зато никто не пострадал.
– Благодаря тебе. – Дориан прижался своим лбом к моему и устало вздохнул. – Я успел почувствовать силу ведьмы только краешком, и этого хватило, чтобы понять, насколько она опасна. От нее не помогли бы никакие щиты.
– Тьма, – поморщилась я. – Как можно было так исказить свой природный, живой дар? Чтобы больше никогда не дышать вместе с ветром, не слушать дождь, не разговаривать с первыми весенними цветами. И ради чего все это было нужно? Ради власти и денег?
– Люди, которые ради власти готовы на любую мерзость, были, есть и будут всегда. Увы, но такова жизнь.
– Знаю. Просто в голове не укладывается, что мы с Селиной одной крови.
Дориан молча поцеловал меня в висок. Проложил дорожку вниз, к щеке, нашел мои губы. Я с радостью ответила, не заботясь о том, что нас могут увидеть. Однако долго наслаждаться друг другом не получилось. Дориан отстранился и с сожалением сказал:
– Мне нужно вернуться в город. Чем быстрее мы устроим допрос, тем лучше. Разведка сработала отлично и одновременно с нами накрыла причастных к заговору в Айкере и Лонте. Но кто-то все еще остается на свободе. Поэтому стоит поторопиться.
– У меня есть просьба, – начала я и замялась. – Просто просьба, если нельзя, я пойму и не буду настаивать. Но можно… можно мне…
– Поговорить с ней? – проявил проницательность Дориан.
– Да.
– Хорошо. Только сначала допрос. Постараюсь вернуться с новостями побыстрее.
– Иди, – улыбнулась я, целуя его в уголок губ. – А я буду тебя ждать.