– Сочувствую, – вздохнула я.
– Да, между нами не было больших чувств, но я ценил верность, и Мелани знала об этом. Поэтому я расторг помолвку, согласившись даже на то, чтобы официально сделали виноватым меня, а не портили репутацию девушки. И мои родители, и Страуты были резко против, настаивая на том, чтобы мы все же поженились. Сама Мелани, влюбленность которой прошла, как только господин актер уехал на гастроли, тоже уговаривала меня не отказываться от брака. Только я не смог. Может, это было и не слишком правильно. Может, мне стоило смирить гордость, но я просто больше не видел в ней свою будущую супругу. Ту, которая должна стать самой надежной опорой и поддержкой.
Я поднялась, обошла стол и встала за спиной у инквизитора, положив руки ему на плечи.
– Ты поступил правильно, – сказала тихо. – Говорю это не как женщина, которая сама претендует на твое внимание, а как ведьма. Пусть в моей жизни не было романтических потрясений и переживаний, но мне довелось слышать много историй от тех, кто приходил ко мне за лекарством от разбитого сердца. Без доверия хороших отношений не построишь. А люди не всегда учатся на своих ошибках, повторяя их вновь и вновь. Возможно, эта девушка – не твоя пара, и сама судьба развела вас, пока могла.
– Спасибо, – слабо улыбнулся Эвард, накрыв мои пальцы своими.
– Именно поэтому тебя сослали в Моранген?
– Да. Когда отец понял, что я не отступлюсь, то отправил меня сюда, чтобы я «перебесился и понял, что для меня действительно важно».
– Жаль, что ты не нашел поддержки в семье.
– Ну почему? Дед поддержал меня. И он был готов даже поругаться с Верховным, но я отговорил его. В конце концов, я уже большой мальчик и могу решать свои проблемы сам. Да и ссылка оказалась совсем не ссылкой.
– А что насчет меня?
Эвард запрокинул голову, чтобы видеть мое лицо. Мне ужасно захотелось наклониться и поцеловать его, но я сдержалась. Сначала нужно договорить.
– Я не дурак и не самоубийца, чтобы, выбивая клин клином, использовать в качестве клина ведьму, если ты об этом, – сказал инквизитор. – Приехав в Моранген, я честно собирался посвятить себя одной только работе. Но ты нравишься мне, Цейра. Очень нравишься.
– Взаимно. – Губы сами собой растянулись в улыбке.
Мне не хотелось строить далеко идущих планов, представлять свадьбу и придумывать имена детям. Не знаю, чем закончатся наши с Эвардом отношения, но здесь и сейчас мне хорошо с ним. Так что я совсем не против продолжать.
– А можно встречный вопрос?
– Задавай, – разрешила я.
– Почему вы развелись с Гордоном?
– Ну… – я пожала плечами, не видя смысла скрывать. – Когда мы познакомились, то оба были молоды и не слишком умны. Он дарил мне цветы, рассказывал страшные истории из жизни некроманта-недоучки, сбегал на свидания, бессовестно нарушая комендантский час в университетском общежитии. Нам было весело и легко вместе. Потом Гор получил диплом, и ему нужно было ехать в Моранген. Я решила, что отправлюсь с ним. Меня не отговаривали, хотя, кажется, никто не верил в наш брак, кроме нас самих.
– Почему?
– Возможно, родители видели и понимали чуть больше, чем мы с Гордоном. А еще в семье Айрис почему-то не приживаются некроманты. Все подобные браки заканчиваются как минимум разводом. Моя прабабка утверждала, что на нас лежит какое-то родовое проклятие.
– Правда? – усмехнулся Эвард.
– Не знаю. Но в любом случае, у нас с Гором тоже ничего не вышло. Мы приехали в Моранген, почти год прожили вместе, а потом поняли, что из нас получились отличные друзья, просто идеальные соседи, но при этом совершенно ужасные супруги. И решили развестись, без упреков, обид и претензий. Гордон – мой хороший друг.
– Спасибо за откровенность, – мужчина улыбнулся и поднял руку, чтобы погладить меня по щеке.
Я зажмурилась, млея от этой простой и безыскусной ласки. Да, кажется, я здорово влипла. И точно не отдам своего инквизитора никакой Мелани, пусть и бывшей невесте, и дочери самого Верховного.
– Зачем приезжала Мелани? – поинтересовалась, возвращаясь на свой стул и давая мужчине доесть.
– Хотела уговорить меня вернуться в Айкер и начать все сначала, – вздохнул инквизитор.
М-да, не зря я подозревала ее в нехорошем. Начать все сначала, подумать только. Видимо, Мелани Страут совсем не знает Эварда, раз думает, что он может так легко обо всем забыть и поехать за ней.
– Но у нее не получилось, – констатировала я.
– Не получилось.
– Она отправилась обратно в Айкер?
Эвард немного помолчал и признался:
– Нет. Мелани отказалась уезжать, надеясь, что еще сможет переубедить меня. Пришлось поселить ее в лучшей городской гостинице
Я нахмурилась. Это было не очень хорошо. Нет, за своего инквизитора я не боялась. Мелани Страут – не соперница мне. Но чутье подсказывало, что избалованная столичная фифа может добавить неприятностей. Да еще и эти убийства…
– Ее нужно убрать из города. Если она привлечет внимание лича… Он еще не нападал на женщин, но всякое может быть.
– Знаю, – кивнул Эвард. – Но я не могу уговорить ее или заставить уехать силой. И рассказывать о личе – тоже, потому что она тут же обо всем сообщит отцу. И кто знает, как он отреагирует на это. Мне вообще не хочется докладывать о твари в Айкер, пока она не выловлена и не уничтожена. Ведь если мы правы, лич знает секрет бессмертия. А бессмертие – слишком лакомый кусочек для тех, кому хочется задержаться в мире живых подольше.
Мать-природа, а ведь мне и в голову не приходило рассмотреть проблему в таком ключе. Но Эвард прав по всем пунктам. Если лич хранит тайну вечной жизни или хотя бы неуязвимости, то абсолютно точно найдутся те, кто пожелает заполучить ее. А потом заполучить и само бессмертие, чего бы это ни стоило.
– Да, я понимаю, – поморщилась с досадой. – Ладно, будем надеяться на то, что Мелани Страут быстро заскучает и отправится домой.
Не желая больше разговаривать о бывшей невесте Эварда, я отыскала в коридоре сумку, достала оттуда коробку с ониксами и поставила ее перед инквизитором.
– Амулеты, зачарованные на лича. Если у меня все получилось, то они будут нагреваться, стоит ему появиться в радиусе сорока шагов. А еще должны защищать от прямой физической атаки твари. Недолго, все же емкость у камней небольшая. Но я надеюсь, это не позволит ему застать твоих людей в врасплох. Завтра сделаю еще.
– Отлично, – благодарно склонил голову Эвард. – Завтра в полдень я забронировал приватный кабинет в ресторане «Голос моря», чтобы не обсуждать дело прямо в полиции. Придешь?
– Приду, – пообещала я. – Ты можешь на меня рассчитывать. В любой ситуации.
– Спасибо, – улыбнулся мужчина. Потом протянул мне руку и перетащил себе на колени. Обнял крепко и замер, уткнувшись мне в висок. – Не представляешь, как важно мне было это услышать, – сказал тихо.
– Мы справимся, – так же тихо пообещала я. – Обязательно справимся. И никто не сможет нам помешать.
ГЛАВА 16
Отправившись в лавку следующим утром, я прихватила с собой гримуар. Мне не часто приходилось выносить его из дома. Это была важнейшая книга любой ведьмы. Начиная обучение, юная ученица получала пустую книгу, которую потом сама зачаровывала, заполняла записями, рецептами и важными заметками. Гримуары писались только на ведьминском языке, чтобы никто посторонний не смог сунуть нос в наши секреты. Мало того, каждая ведьма создавала свою систему шифров и сокращений, чтобы сберечь свои тайны еще и от сестер по дару. Так что попытка разгадать записи ведьмы, жившей две тысячи лет назад, была обречена на провал. Но я должна была хотя бы попытаться.
В иваэре, древнем языке ведьм, каждая руна имела свое значение. Но если она употреблялась вместе с другими, это значение могло меняться, приобретая новый смысл. На саркофаге отдельных знаков не было. Они сплетались в затейливую цельную паутину, создавая одно мощное заклинание или несколько, крепко связанных друг с другом. С одной стороны, это хорошо. Если получится найти основную смысловую нить, на которой построены чары, остальное раскрутится легко и быстро. Но с другой стороны, на поиск нити могут уйти месяцы.
Что же она там навертела? Некоторые руны я вообще вижу впервые в жизни, видимо, они давно вышли из употребления. Знакомые символы тоже могли поменять свое значение. Но раз мне это не известно точно, буду считать, что ничего не изменилось, и работать с ними как с современными.
Я принялась выписывать руны по отдельности, чтобы посмотреть, какие значения они могут принимать. Но колокольчик звякнул, заставляя отвлечься от схемы и поднять голову. И тут же напрячься. Потому что ко мне в лавку зашла не кто иная, как Мелани Страут. Я задвинула гримуар под стойку и поднялась, мимоходом порадовавшись, что выбрала сегодня красивое платье и не поленилась сделать прическу.
– Ведьма Цейра Айрис, – произнесла она прохладно.
– Дочь Верховного инквизитора Мелани Страут, – ответила я в том же тоне. – Наводили справки обо мне?
– Ну разумеется, – ответила девушка, осматриваясь.
Я задумчиво прищурилась. Интересно, зачем она пришла? Хватит ли ей ума и воспитанности удержаться от угроз, банальностей вроде «этот мужчина – мой!» и некрасивых оскорблений?
– Может, сразу перейдем к делу? – предложила я. – Сомневаюсь, что вам нужен защитный амулет или успокоительный сбор.
У Страут еле заметно дернулась щека. Она подошла к стойке и встала напротив. По мне прошелся оценивающий взгляд. Я ответила таким же. Да, Мелани была красивой, ухоженной и обеспеченной девушкой. Но комплекс неполноценности мне не грозил. Я же ведьма, какие комплексы?
– Что вам нужно от Эварда? – задала она вопрос.
– От Эварда – ничего, – призналась я честно. – Мне нужен он сам.
– То есть, вы хотите за него замуж?
– Посмотрим, как пойдет.
– И это несмотря на то, что инквизиторы не женятся на ведьмах? – чуть поморщилась Страут.
– Стану первой и войду в историю, – ни капли не смутилась я.