– Что здесь происходит? – мрачно спросил Эвард, обведя нас обоих взглядом.
Страут поднялся и вздохнул:
– Уже сообщили, да?
– Конечно. Было бы странно, если бы мои подчиненные не среагировали на твое самоуправство. Что ты творишь, Маркус, задери тебя бес?
– Я приехал помочь тебе.
– Помочь? – у моего инквизитора дернулась бровь.
– Да. – На лице у братца Мелани появилось сочувственное выражение. – Послушай меня, пожалуйста, прежде, чем возражать.
Я сидела тихо, не привлекая к себе внимания, потому что чувствовала: мне не нужно оправдываться или в чем-то убеждать своего мужчину. Он знает меня. Он верит мне. И поэтому пришел на помощь без всяких сомнений и раздумий. Нужно просто довериться. А Эд спасет и защитит от чужого произвола.
– Нет, Маркус, это ты послушай, – покачал головой Эвард. – Я догадываюсь, что ты делаешь. И догадываюсь, почему.
– Эд....
– Это Мелани рассказала о ведьме, ведь так? И ты, даже не подумав головой, бросился ее арестовывать?
– Мы оба прекрасно знаем, какими коварными могут быть ведьмы, – тихо, но твердо произнес Страут. – И что наш хваленый магический иммунитет не всегда в состоянии уберечь от их чар.
– Ты мой лучший друг. Мы вместе росли, вместе учились. Ты, как никто другой, знаешь, на что я способен. И почему ты вдруг решил, будто я настолько слаб, что легко поддался привороту, как последний юнец?
У Страута еле заметно порозовели скулы. А Эвард продолжил:
– Тебе давно пора понять: Мелани выросла. Она больше не маленькая девочка в платье с рюшами, а женщина, которая может пойти на многое ради желанной цели. И ты больше не должен бездумно бросаться на ее защиту.
– Мелани – моя сестра, – упрямо возразил Страут.
– Знаю. Но в этот раз она просто воспользовалась тобой. На мне нет никакого приворота. Или ты считаешь, что я не мог полюбить Цейру просто так, без всяких чар?
Страут бросил на меня раздраженный взгляд. А мне захотелось разулыбаться до ушей. Эвард любит меня! Да, полицейская допросная – не самое лучшее место для подобных признаний, но... мать-природа, он любит меня!
– Марк, – усмехнулся мой инквизитор. – Ты один из немногих, владеющих руной Ясного взора – Он протянул вперед руку. – И можешь проверить, есть ли на мне какое-либо воздействие.
Прищурившись, Страут ухватил его за запястье и порезал кожу широким кольцом, сидящим на большом пальце. Я неосознанно вздрогнула, завидев на коже Эварда кровь. Мужчины замерли и закрыли глаза. И только через невыносимо долгую минуту Страут отпустил Эда.
– Никакого приворота, – вздохнул он.
Эвард подал мне ладонь, помогая встать. И сразу же нахмурился:
– Ты заблокировал ей дар?
– Я считал ведьму Айрис преступницей, – развел руками Страут.
– Марсус-с-с, – самым настоящим образом прошипел Эд, в этот момент так сильно похожий на Палтуса.
– Ну что я должен был думать? – взвился братец Мелани. – Ты уехал в Моранген и пропал. Не прислал ни одного письма, а когда мне удавалась достучаться до тебя по зеркалу, ты сворачивал разговор через минуту, мол, слишком много работы. Как же, много работы в сонном захолустье. Потом со мной связалась Мелани и сообщила, что ты угодил в лапы ведьмы, которая проворачивает в городе темные дела, прикрываясь бывшим мужем-полицейским.
Мой инквизитор обреченно покачал головой и обнял меня. Я тут же ощутила, как спадают невидимые оковы, лишавшие сил. Мать-природа, как же хорошо...
– У крыльца стоит наш экипаж, – тихо сказал Эвард мне на ухо. – Езжай домой. Я скоро буду.
ПРОДА от 07.11
Кивнув, развернулась и схватилась за дверную ручку.
– Ведьма Айрис, я приношу вам свои извинения, – спохватился Страут.
Но я не стала на это реагировать. Нет уж, так просто он не отделается.
ГЛАВА 23
Экипаж действительно нашелся у крыльца, и совсем скоро я была дома. Забежав на крыльцо, сунула руку в сумку и поняла, что мне так и не вернули ключи. Хорошо, что под заговоренным камнем возле косяка у меня хранились запасные.
– Ма-а-ау! – Палтус встретил обеспокоенным воплем.
Я молча сгребла кота в охапку, прошла в гостиную и упала на диван, прижав к себе теплую пушистую тушку. Злость и бравада схлынули, оставляя противную усталость с едва уловимой ноткой страха.
Как же это оказалось противно – находиться в руках человека, облеченного властью. Чувствовать беспомощность и бессилие. Я еще никогда не попадала под блокировку, не испытывала этот талант инквизиторов на собственной шкуре. И потеря дара стала худшим, что со мной происходило. Словно у меня отобрали самое дорогое, словно превратили жизнь в унылое существование, лишенное красок и радости.
Как вообще инквизиторы до такого дошли? Какие эксперименты над собой проводили, чтобы обрести эту жуткую возможность? И этот иммунитет к магии... Я всегда уверенно считала, что мой дом – моя крепость. А сегодня эта уверенность была растоптана подошвами инквизиторских сапог. Хорошо, что Страут не успел устроить обыск. Иначе бы я и правда почувствовала свою крепость оскверненной.
Тихо хлопнула входная дверь, но я не стала оборачиваться, узнавая, кто пришел. И не дернулась, когда вошедший сел на диван рядом со мной и крепко обнял, прижимая спиной к своей груди. Палтус завозился в моих руках, чтобы устроиться поудобнее, но уходить не стал. А я тихо вздохнула, окончательно расслабляясь.
– С тех пор, как ты приехал в Моранген, моя жизнь пошла наперекосяк, – усмехнулась негромко, не открывая глаз.
– Жалеешь? – спросил Эвард. Его голос был спокоен, но мне показалось, что мужчина едва уловимо напрягся. – Жалеешь, что связалась со мной?
– Нет, – тут же ответила я. – И никому тебя не отдам. Пусть и сам Верховный грозится мне тюрьмой.
– Не злись на Маркуса. – Дыхание инквизитора пощекотало мне висок. – Он мой лучший друг и действительно переживал за меня.
– За тебя или за Мелани?
– Марк – хороший. Просто слишком прямолинейный, честный и искренний. Он очень любит свою семью, верит близким и ожидает от них ответной открытости.
– С такими качествами ему никогда не стать Верховным, – фыркнула я ехидно.
– Он и не стремится. Максимилиан видел своим преемником меня, а не сына. Именно поэтому он настаивал на нашем с Мелани браке.
– Твой Маркус и правда решил, что тебя приворожила ведьма? – спросила я, не собираясь пока сменять гнев на милость.
– Да, – вздохнул мой инквизитор. – Марк все еще считает Мелани маленькой девочкой, немного наивной и мечтательной, которой так нужна помощь брата. Да и я тоже поспособствовал... С момента приезда в Моранген у меня даже не было времени, чтобы нормально поговорить с другом. Вот он и решил, что со мной что-то не так.
– И бросился арестовывать коварную злобную ведьму.
– Когда-то давно Марк вляпался в неприятности. Ему было всего восемнадцать, он только закончил обучение, был молод и еще более... доверчив. Наверное, именно поэтому одна талантливая, но не слишком законопослушная ведьма, которой нужны были связи в верхах и прикрытие, решила его приворожить. Марк пробыл под приворотом больше месяца. Пока я не заподозрил неладное и не помог. С тех пор он, скажем так, немного не доверяет ведьмам.
Я презрительно хмыкнула. Зря Эвард думал, что эта история меня разжалобит. Да, печально, что одна из моих сестер по дару оказалась настолько глупой и наглой, что полезла к инквизитору. Да, наверняка это здорово ударило по самолюбию молодого парня. Но нечего распространять свои комплексы на других. Меня, может, булочник когда-то обсчитал. Но это же не повод подозревать в нехорошем всех булочников скопом.
– Он обещал поговорить с Мелани и вправить ей мозг, – чуть улыбнулся инквизитор, видя, что меня не впечатлило.
– Пусть берет свою сестру в охапку и возвращается вместе с ней в Айкер.
– Я рассказал Маркусу о личе.
– Что?! – взвилась я. – А как же слова о том, что лучше держать все в тайне? Не боишься, что твой прямолинейный друг разболтает всем, кому не надо?
– Маркус – не болтун. Он все понял и будет молчать. Но нам не помешает помощь. Потому что все может быть гораздо хуже, чем мы думаем.
Словно поняв, о чем говорит мужчина, Палтус тихо мяукнул и вывернулся у меня из рук, сползая на пол. Я развернулась в объятиях инквизитора и посмотрела ему в лицо. Эвард выглядел мрачным и уставшим.
– Что случилось? – спросила я. – Тот вызов оказался настоящим?
– На этот раз да, – кивнул мой инквизитор. – Лич поднял на кладбище восемь покойников и увел их за собой.
– Мать-природа.... – У меня по спине забегали мурашки.
– Сейчас лич в ловушке. Думаю, если с невозможностью вернуться в тело он бы смирился, тот факт, что ему нельзя выйти за пределы круга, сильно злит тварь. Лич попытается снять чары. Придумает какой-нибудь ритуал или попытается дотянуться до тебя... Не знаю. Но нам это точно не принесет ничего хорошего.
– Мы должны найти его и уничтожить.
– Боюсь, со вторым пунктом проблема. Пока у нас нет ни одной идеи на этот счет.
Я высвободилась из его объятий и нервно заходила по комнате. Внутри все сильнее крепло ощущение, что не поможет ничего, кроме опаснейшего обряда на крови. Кровь все помнит... Не зря Арла об этом говорила.
– Цейра... – Инквизитор поднялся.
– Ты проголодался? – я оборвала его неожиданным вопросом, не желая сейчас это обсуждать.
– Немного, – усмехнулся Эвард.
– Тогда я сейчас что-нибудь приготовлю.
– А я приму душ и переоденусь. И, если ты не против, перенесу сюда часть вещей. Я предложил Маркусу поселиться на вилле.
– Теперь я точно смогу говорить, что мне не повезло с соседями, – фыркнула я.
Вместо ответа Эвард сгреб меня в охапку и быстро, но чувственно поцеловал.
– Э-э-эд, – протянула я, млея в его объятиях.
– Все будет хорошо, – пообещал тот и выпустил меня.
А я только вздохнула. Мне бы его уверенность.