Ключ плавно вошел в замочную скважину и легко повернулся. Юля открыла дверь и нырнула в серо-белый монохром квартиры Демьяна. За последние десять лет она тысячи раз представляла себе, каково было бы жить с ним, и пыталась понять, как скоро бы сошла с ума в этом царстве минимализма. Впрочем, до последнего бы вряд ли дошло, потому что прожили вместе они бы всё равно недолго. Долго у нее ни с кем не получалось. Но помечтать-то можно. Ибо если запретить себе и мечтать, то всё, что останется, – это всё-таки взять в руки утюг и таки начать гладить свою одежду на радость окружающим.
Юля сняла сандалии и направилась на кухню, недовольно морщась. Воздух в квартире был спертый: уезжая, Демьян закрыл все окна. Что ж, заодно проветрит. У нее было три часа перерыва между занятиями, и периодически в таких случаях, если не находилось других дел, она коротала время здесь. Обычно Юля приносила с собой что-нибудь вкусное, и тогда они с Демьяном вместе пили чай, а если он был занят и не мог уделить ей время, она просто занималась чем-то своим, не мешая ему, и тогда это правда напоминало ей супружескую жизнь. Хотя на самом деле она понятия не имела, как в реальности выглядит эта самая супружеская жизнь, ведь тому, что показывают по телевизору и описывают в книгах, вряд ли можно верить до конца.
И в дни отъездов Демьяна Юля тоже порой пользовалась его гостеприимством. Было что-то в том, чтобы прийти в этот дом в отсутствие его хозяина, выпить чаю, посмотреть в окно, посидеть в тишине. Юля давно заметила, что тишина в этой квартире была иной, нежели в ее. Более полной, что ли…
В гостиной что-то упало и покатилось по полу. Юля замерла. Звук не повторился, но ей послышался тихий шорох.
– Дём? – шепнула она.
Стало страшно. Грабители? Да ну, что за глупость. Скорее, там кто-то из его семьи. А она тут пришла незваным гостем. Конечно, он сам дал ей ключ, причем много лет назад, но всё же.
Или ей просто показалось? Мало ли. Может, звук вообще шел не из гостиной. Сейчас так строят: стены тоньше картона. Надо всего лишь пойти и проверить.
Юля сглотнула и, стараясь ступать бесшумно, двинулась в сторону комнаты. Аккуратно заглянула за дверь и вздрогнула от неожиданности. В центре комнаты стояла девушка. «Сестра?» – мелькнуло в голове. Но нет. Фотографию Златы Юля видела, и незнакомка на нее совсем не походила. Девушка вообще очень странно выглядела. Будто на маскарад собралась или на ролевую игру по Древней Руси. Роскошная длинная темно-русая коса. Жемчужная нить на шее в три ряда. Разумеется, жемчуг вряд ли натуральный, такая красота должна стоить целое состояние, но смотрится эффектно. А еще платье. Юля бы решила, что это театральный костюм, но как выглядят вблизи театральные костюмы, она знала хорошо. Нет, ткань была словно настоящая парча, золотые нити сверкали в солнечных лучах, падающих сквозь окно. Девушка рассматривала книги и безделушки на стеллаже. Юля решила, что отступать поздно, да и не помешает поздороваться и всё-таки уточнить, кто перед ней. В конце концов, вряд ли грабители выглядят так. Разве что уж очень экстравагантные.
– Привет, – осторожно позвала она.
Девушка обернулась. Движение вышло степенным и изящным. И держалась она слишком прямо, будто балерина перед выходом на сцену.
– Ты из челяди? – с некоторой ноткой презрения поинтересовалась девушка.
Что?
Юля нахмурилась. Это ее сейчас что, прислугой обозвали? Спутали с домработницей? Но, во-первых, у Демьяна никогда не было домработницы, а во-вторых, что за странное предположение в лоб, да еще и таким тоном и безо всякого «здравствуйте». Так можно и обидеться. На всякий случай Юля окинула взглядом свой ярко-оранжевый комбинезон в пальмовых листьях. Ну, допустим, как клоун выглядит, но точно не как горничная.
– Я подруга Демьяна, – ответила она. – А вы…
– Я княжна Евдокия Ростиславовна, – с достоинством и явной неприязнью произнесла девушка. Выговор у нее был странный, и слова она вроде произносила знакомые, но Юля поймала себя на том, что ей приходится напрягаться, чтобы разобрать их смысл. – Я невеста царевича.
Юля не сдержала смешок. Если девушка и играла, то играла хорошо, но, кажется, малость заигралась. Ладно, нужно выяснить, как она сюда попала и знает ли Демьян о том, что в его квартире сумасшедшая.
– Одну минуту, – попросила Юля и ретировалась в коридор. Девушка за ней, слава богу, не пошла. Юля достала из сумки телефон и набрала номер Демьяна. Подождала немного. Из гостиной раздалась знакомая мелодия. Понятно. Демьян никогда не брал с собой телефон во время своих загадочных отлучек. И что ей теперь делать?
Она вернулась в гостиную и застала там прелюбопытную картину. Девушка с опаской тыкала указательным пальцем в телефон Демьяна, лежащий на его рабочем столе. При этом на лице ее был написан священный ужас. Что за черт? Откуда вылезло это чудо? Может, и правда сумасшедшая. Оставить ее здесь и попробовать связаться с кем-то из родных Дёма? С матерью или с сестрой. Чисто теоретически это ведь возможно. Вот же его телефон. Забрать его и найти их номера. Пусть разберутся, у нее-то никаких прав в этой квартире точно нет.
Так, ладно.
– Я это заберу, хорошо? – постаралась как можно дружелюбнее улыбнуться Юля и двинулась к телефону. Но девушка внезапно заслонила его, и выражение ее лица преисполнилось праведным негодованием:
– Как смеешь ты покушаться на вещи царевича?
– Он сам попросил, – пискнула Юля.
Та, что звала себя княжной, нахмурилась, явно сомневаясь в ее словах, но в этот момент во входную дверь вставили ключ, поворочали им там, закрыв замок вместо того, чтобы открыть (Юля прикусила губу: она по привычке забыла запереться), потом повернули еще раз, наконец открывая.
– Я же говорил ничего не трогать, тем более дверь! – послышался из коридора недовольный голос хозяина квартиры.
Демьян! Уф…
Стоп. Как он сказал? Выходит, Дём в курсе того, что у него гости…
– А это еще… Юль, ты тут, что ли?
Понятно, заметил ее вещи. Юля выдохнула и кинулась в коридор.
– Привет, – выпалила она и перехватила два увесистых пакета с продуктами, чтобы он смог разуться. – Я чай к тебе забежала попить между занятиями. Не знала, что ты вернулся. Слушай, а это кто у тебя там?.. Дём… Я… я не вовремя?
Он смотрел на нее как-то странно. Словно ее присутствие здесь его озадачило и обеспокоило одновременно.
– Всё нормально, – наконец выдохнул Демьян и потер переносицу, а Юля отметила, что он вообще выглядит уставшим. Может быть, его недовольство связано не с ней, а с девушкой в гостиной? Хорошо, если так. – Вы уже познакомились, да? В общем, это… это сложно объяснить…
– Я твоя невеста.
Юля резко обернулась.
Девушка стояла в коридоре за ней и смотрела прямо и уверенно.
– Евдокия…
– Ты сказал, что женишься на мне.
– Да, сказал.
– Ты сказал это перед моими родителями и всем двором.
Демьян прикрыл глаза.
– Мы обсудим это позже.
Что?..
И Юле внезапно стало всё равно, из какого театра или сумасшедшего дома он ее вытащил. Потому что Демьян так мог, да. Пообещать одно, а потом решить другое. Продукты вот ей принес. Будут готовить обед? Или сразу ужин? В груди надулся воздушный шарик и лопнул, оставляя вместо себя чернильный вакуум. Сейчас там была пустота, но Юля знала, что скоро она начнет заполняться, и не то чтобы чем-то очень хорошим.
Интересно, сколько у него еще таких подруг, как она? Таких дур.
– Дём, а можно тебя на минутку? – поинтересовалась Юля. Поставила пакеты на пол, надела сандалии, взяла свою сумку и кивнула на дверь.
– Может, на кухню? – предложил он. – Евдокия подождет в гостиной.
– Да нет, мне уже пора, так что буквально на пару слов.
– Но ты же сказала…
– Как хочешь.
– Юля, блин… Ладно, пошли.
Они вышли на лестничную площадку, и Демьян прикрыл дверь. В ожидании посмотрел на нее. Он выглядел уставшим и теперь уже немного раздраженным.
– Кто это? – спросила Юля в надежде, что он оправдается.
Демьян тяжело вздохнул и возвел глаза к потолку, словно надеялся найти там ответ. Потолок был девственно бел.
– Это правда сложно, – наконец сказал он. – В общем, мне надо было ей помочь. А для этого требовалось сказать, что я на ней женюсь. Я знаю, звучит как полная чушь, но…
– Звучит, – подтвердила Юля.
– Слушай, я так устал. – Он потер глаза. – Я надеялся, что отец оставит ее у себя, но…
Юля не сдержалась и приподняла брови: оставит у себя сумасшедшую, которая мнит себя княжной? Демьян серьезно?
– Но он заартачился, – продолжил Демьян, – и пришлось привести ее сюда. Я пристрою ее куда-нибудь, просто нужно время.
– А если не получится? – аккуратно поинтересовалась Юля.
– Ну, значит, женюсь, и пусть делают с этим, что хотят! – резко отрезал он.
Что?
Вот так, значит, да.
Великолепно.
Чудесно.
Потрясающе.
К глазам подступили слезы, но она не позволила себе заплакать.
– Женишься…
– Женюсь.
Юля рассмеялась, и смех ее эхом разлетелся по коридору, устремился куда-то по лестнице.
– Лжец ты, Авдеев, – прошептала она. – Никогда не женишься, значит? А я дура, раз верила тебе. Лучше бы я никогда тебя не встречала.
Она развернулась и пошла к лестнице, не желая дожидаться лифта. В какой-то момент испугалась, что Демьян кинется следом, но этого не случилось.
Вон отсюда, вон!
На очередной лестничной площадке слезы всё-таки нашли выход, и ступеньки перед глазами размыло в неясное пятно. Держась за перила, Юля сбежала по ним, спотыкаясь, и вылетела во двор.
Прочь. Прочь! И никогда не возвращаться. Оставить его в прошлом. Сжечь мосты. О, она умела это как никто.
Так что же в этот раз снова было так знакомо больно и страшно?
Внизу хлопнула дверь. Оставшийся стоять в коридоре Демьян очень медленно сжал кулаки. На потолке горели три лампочки. Одна за другой они раскалились, и стало совсем светло, а потом взорвались, засыпав пол осколками. Давя их и наслаждаясь этим треском, Демьян дошел до лестницы и посмотрел вниз. Она должна была похвалить его. Он же спас человека. Думая о ней, спас. А потом еще и согласился приютить, потому что Кощей не позволил ему оставить Евдокию в Нави одну. И разве не Юля говорила, что нужно нести в мир добр