Злата покачала головой. Ни разу, даже когда имел право сказать ей всё, что о ней думает.
– Хвала богам, а то, честно говоря, я сейчас решил, что твой летний срыв спровоцировал он. Или Яков всё же был к нему причастен?
Самым прямым образом, конечно. Но Злата снова уверенно покачала головой.
– Злат, мужчины разные. То, что один оказался козлом, не значит, что остальные такие же. И тут у тебя два варианта: либо ты даешь ему шанс, либо закрываешься в себе и больше никого не подпускаешь. Но знаешь, после того, как ты летом сошлась с Яшей, ты снова стала мягче. И меня это радует. Ты не обязана быть такой, какой мне хочется, но тем не менее.
– Не обязана… – выхватила из его слов Злата.
– Конечно, нет, – вздохнул Демьян. – Ты должна быть собой. Проживать свою жизнь. А еще самостоятельно решать, чего ты хочешь от отношений и к чему ты в них готова здесь и сейчас. Судить, где проходят твои границы, и менять их, если они становятся неактуальны, причем как расширяя, так и сужая.
– А как же Яша?
– А Яша вправе устанавливать свои границы и решать за себя. А дальше вы всё это согласовываете. Так оно и работает.
– А если границы не согласовываются, тогда как?
– Тогда надо расставаться. Порой расстаться – это лучшее, что люди могут сделать друг для друга.
– А если Яша хочет секса, а я сейчас нет? Ну, при условии, что мы уже с ним спали и теперь вроде как просто снова сошлись?
– Значит, ты не хочешь и ничего не будет. Слушай, ну ведь то, что ты с кем-то спишь, не значит, будто он вправе требовать от тебя секса вообще в любой момент, да? Даже если вы уже десять лет в браке. Тут так же. И знаешь, мужчине еще и мозг дан. И если Яша тебя правда ценит и уважает, то вряд ли он захочет делать с тобой что-то, чего не хочешь ты. А если захочет, значит, это будет хорошая проверка, которая покажет, что он мудак, надо слать его подальше, а самой жить спокойно и радоваться, что всё это случилось как можно раньше. Злат, с тобой мама вообще о чем-нибудь разговаривала?
Она кивнула.
– Тогда откуда эти мысли?
Злата вздохнула. Просто одно дело слушать маму в безопасной обстановке своей комнаты или сидя на кровати в их с папой спальне, веря, что ты, конечно же, будешь умницей, осознанной и уверенной в себе и вспомнишь в нужный момент и про презервативы, и про границы, и про то, что твое «нет» имеет значение… И совсем другое – когда ты здесь и сейчас, и Олег открывает дверь в комнату, и ты видишь эту чертову кровать и понимаешь, что если скажешь «нет», то можешь потерять его. Только вот Дём прав. На кой Олег ей тогда сдался, если она видела, что он не готов ждать. Но ведь с Яшей у них совсем другая история. И они уже были вместе, и это она всё начала, и он вправе ожидать… Или нет?
Допустим, Яша вправе просить. Просить, а не требовать. А она вправе отказать. А он – решить для себя, что ему больше нужно: она или секс. И если Яша выберет второе… То Демьян прав: тогда она не так уж ему и важна, а значит, до свидания. И обижаться или винить друг друга тут глупо.
Хм.
Только так вряд ли будет. Это же Яша.
– Правда так работает?
– Правда, Злат. От дебилов в жизни никто не застрахован, и главное – уметь вовремя их отсеивать. Но тут, конечно, лучше сначала поговорить, а не сразу бить. Знаешь, я вот вроде бы менталист, но и то не всегда понимаю, чего от меня женщина ждет. А вообще, мужчины в вопросе угадывания женских хотелок… ну, как ранний билд. Пока не потестишь и баги не исправишь, лучше в работу не пускать, всё равно ничего путного не выйдет и пользоваться будет невозможно. Тут надо заранее всё прописывать. Скажи ему. Если он правда в тебе заинтересован, то услышит. Я, конечно, понимаю, секс – это просто секс, а разговаривать куда сложнее, тут доверять надо. Ты ему доверяешь?
Злата уверенно кивнула. Разве она могла доверять сейчас кому-то так, как Яше?
– Ну вот и хорошо. И вообще, представь обратное: это он чего-то боится и молчит, убегает, а ты не понимаешь, что происходит. Ну как?
– Так себе, – согласилась Злата.
– И теперь представь на секунду, что он сейчас должен чувствовать. Если и правда не хотел тебя обидеть. Если ты согласилась, а потом вот так…
Злата представила. С ужасом взглянула на брата.
– Мне надо вернуться.
– Да, надо, – согласился Демьян. – Но сначала нужно до конца успокоиться. Тебе лучше?
Она кивнула. Ей и правда стало лучше. И плакать уже не так сильно хотелось, и вроде бы что-то прояснилось.
– Злат, а ты мне имя этого урода скажешь?
Злата покачала головой.
– Давай просто оставим это в прошлом, – попросила она. – Дём, а ты ведь родителям ничего не расскажешь?
Демьян тяжело вздохнул.
– Не расскажу. Но ответь мне, пожалуйста: ты правда считаешь, что то, что с тобой произошло, не так страшно, как то, что об этом могут узнать родители?
Она правда так считала. И кивнула.
– Злат, ты понимаешь, что это ненормально? Ты не хочешь походить к психологу? Я всё оплачу, никто ни о чем не узнает.
Может, это и было правильным решением. Но сейчас она была не готова с кем-то еще это обсуждать.
– Я подумаю, – пообещала Злата.
– Обязательно подумай и сообщи мне, как только надумаешь.
– Дём, а что мне делать со всплеском?
Демьян вздохнул.
– Думаю, это был аффект. А еще думаю, что изолировать тебя – плохой вариант. Давай ты просто понаблюдаешь за собой, и если поймешь, что что-то не так, пойдем к отцу. Но вообще, как мне кажется, чтобы такого снова не произошло, ты должна чувствовать себя в безопасности. Так что насколько близко нынче ты готова подпустить к себе Яшу – вопрос серьезный, и он возлагает на тебя ответственность за вас обоих. Спрятать труп мы, конечно, сможем, но вопросы всё равно возникнут.
– Очень плохая шутка.
– Согласен.
– Дём, обними меня, – попросила Злата.
Демьян подсел к ней и обнял. Злата закрыла глаза. Демьян сказал, что она имеет право быть собой. Нет, что она должна быть собой.
– Дём, а если мне нравится… ну… всякое, это значит, что я развратная? – прошептала она.
– Ты планируешь организовать оргию на площади или в вагоне метро в час пик, не обращая внимания на явное неодобрение этого акта общественностью?
– Нет, – хихикнула Злата.
– Тогда тебе просто нравится всякое. Можешь считать, что у тебя темпераментная, страстная натура. И, честно говоря, у меня нет ни одного знакомого, который, услышав от женщины какое-нибудь предложение в постели, бежал бы от нее с криками про блуд и непристойность.
– Я темпераментная, – повторила Злата. Что ж, это звучало лучше. С такой позиции даже можно было попробовать похвалить себя. В постели она уж точно не бревно. И ее мужчин это более чем устраивало. Никто не смеялся и не стыдил. А Яша даже летом краснел, но ни разу не призвал ее покаяться и встать на путь исправления.
– Угу, – кивнул Демьян. – И ты, конечно, можешь упаковать в себя весь свой темперамент, стать пай-девочкой, заниматься сексом всю оставшуюся жизнь исключительно в миссионерской позе, да и то после замужества – только тебя саму от такой перспективы не воротит?
Злата представила. Ужаснулась. Да ну к черту.
– Отлично, – резюмировал Демьян, видимо, прочитав ответ в ее молчании. – И это правильный выбор, а то иначе получится, что ты не смогла оставить того козла в прошлом, и он победил. А мы же не дадим ему победить, да?
– Не дадим, – согласилась Злата. – Но то, что я темпераментная, не значит, что я не хочу, чтобы за мной ухаживали и меня добивались, – продолжила она. – И что я всегда готова прямо здесь и сейчас. И что мне не хочется романтики. И это тоже совсем не смешно, ведь так?
– Ничего смешного. Это абсолютно нормально.
– Я нормальная.
– Да, ты нормальная. А сейчас тебе нужно время. Так бывает. Главное, когда ты поймешь, что время настало, уж правда, не накинься на своего Яшу тут же где-нибудь прилюдно.
– Дём…
– Прости, не удержался.
– Мы уже выяснили, что я не настолько темпераментная. Слушай, а что мне делать, пока я не пойму, что готова? Всё-таки мне его жалко…
– Боги, Злата… Массаж ему сделай.
– Точно, массаж. Ты гений.
– Да, за мной такое водится.
– Не возгордись… А я сегодня зачет сдала.
– Умница.
– Дём, а где мы?
– У Юли.
– А что ты тут делаешь?
– Работаю.
– Как интересно…
Злата еще немного полежала в объятиях брата, потом выпуталась из них и из одеяла.
– Передай Юле, что у нее хорошо, – попросила она. – Пестренько, конечно, но что-то в этом есть. Я теперь тоже такой мешок хочу.
Демьян улыбнулся и кивнул.
В комнату вошла кошка и недовольно зыркнула на Злату единственным золотым глазом. Через всю ее морду тянулся страшный рваный шрам. Заднюю ногу она волочила за собой.
– Боги, что это? – не сдержалась Злата.
– Чума, – усмехнулся Демьян.
– Ей подходит, – хихикнула она. – Я так понимаю, в спальне я видела еще двух всадников апокалипсиса. А четвертый где?
– А четвертый, видимо, я, – будто и не шутя ответил Дём.
– Прекрати, – вздохнула Злата. – Навь – она не только про смерть.
– А про что еще?
Злата пожала плечами. У нее не было точного ответа на этот вопрос, но ей все казалось, что он где-то близко.
– Я схожу умоюсь? – спросила она.
– Конечно. Ванная рядом с кухней.
– Я найду.
В ванной Злата смыла растекшийся макияж и еще долго ополаскивала лицо холодной водой, а потом какое-то время разглядывала себя в зеркало. Опухшая, бледная, и кожа опять пошла красными пятнами. Капилляры в глазах полопались. Чудо как хороша. Эх, не умеет она страдать красиво.
На полочке под зеркалом стоял стаканчик. В нем было две зубные щетки. Злата машинально отметила про себя этот факт. Насколько она знала, Юля жила одна.
– Я пойду к Яше, – сказала она, вернувшись в гостиную. – Дём, спасибо тебе большое.
– За что? – удивился брат. – Мы же семья. Злат, ты всегда можешь ко мне прийти. С чем угодно. А вот теперь иди и успокой своего парня.