Юля оглядела дверь. Хмыкнула.
– Дай угадаю. Сейчас я увижу твою комнату.
– Именно!
Она засмеялась и не сдержала улыбки.
– Ты в курсе, что ты неисправимый романтик?
– Да, – с гордостью подтвердил Дём.
– И как же ты жил в одиночестве все эти годы, не имея возможности реализовывать свои порывы?
– Копил эту энергию для тебя. Заходи.
Демьян наконец повернул ручку, толкнул дверь и вошел в комнату, щелкнул выключателем. Юля с любопытством заглянула внутрь. Это была самая обыкновенная комната. Уютная и обжитая. Стеллаж под книги, платяной шкаф, рабочий стол, кровать. На полу лежал ковер, окна прикрывали плотные занавески. На стене висели три плаката-афиши с неизвестными Юле фильмами. Судя по всему, это было что-то из артхауса. Она переступила порог, подошла к стеллажам, прочитала названия книг на корешках, рассмотрела коллекцию дисков с музыкой и компьютерными играми, дотронулась до стоящих на полке фигурок персонажей из какой-то компьютерной игры и капота миниатюрного роллс-ройса.
– Сам собирал, – похвастался Демьян, когда Юля принялась разглядывать машинку. – Ну, знаешь, все эти журналы, в которых по одной детальке… В месяц четыре выпуска.
– И как долго ты ее собирал?
– Хм… Всего было сто десять выпусков. Чуть больше двух лет.
– Ого! А почему оставил здесь?
Демьян пожал плечами.
– Решил, что хочу, чтобы здесь было что-нибудь такое. Я порой ночую тут. Ну, ночевал, пока мы не начали встречаться.
– Наверное, это здорово – иметь возможность приехать к родителям…
– Да, – согласился Дём и рассмеялся. – А еще здорово, что потом есть куда от них уехать.
– Я бы хотела иметь такую возможность, – пробормотала Юля и тут же досадливо поморщилась. – Прости.
– За что?
– За то, что ною.
– Юль, ты не ноешь. И если хочешь поговорить об этом…
– Не хочу, – перебила она. – И думать об этом не хочу. Дём… а ты что-нибудь говорил своим родителям о моих?
– Нет.
– И что мне сказать, если они спросят?
Демьян замялся, покусал нижнюю губу.
– Отцу врать бесполезно. Но если ты не хочешь говорить прямо, то и правду можно сказать по-разному. Мама умерла, с папой отношения напряженные. Отец уважает тайну частной жизни и вряд ли станет настаивать на подробностях. Можешь рассказать что-нибудь, что тебе не сложно. Не знаю, воспоминания из раннего детства… Но, Юль, это необязательно. Если хочешь, я могу замять тему, если она возникнет.
– Хочу. Ну, по возможности.
– Договорились. Всё, иди сюда.
– Куда?
– На мою кровать. Она ждала тебя двадцать лет…
– Кошма-ар, – протянула Юля, но рядом с ним села. – Говорю ж, ты неисправимый романтик.
– Но кровать же дождалась, – возразил Демьян. – Значит, всё не зря.
– Ух ты, кольцо! – обрадовалась Юля, увидев над входом в комнату баскетбольное кольцо. – А мяч есть?
– Сейчас!
Демьян пружинисто вскочил с кровати, открыл шкаф и достал с нижней полки мяч. Кинул ей. Юля поймала и бросила в кольцо. Промахнулась.
– Ты всё делаешь не так, – притворно снисходительно вздохнул Демьян. – Смотри на профессионала!
Он подобрал мяч, а потом с разбегу прыгнул на кровать, повернувшись в воздухе так, чтобы упасть на спину, и почти тут же метнул мяч в корзину. И попал. Юля зааплодировала.
– А то! – довольно улыбнулся Демьян. – Поцелуй победителю!
Она прилегла рядом и поцеловала его в щеку.
– Эй! – возмутился Демьян. – Это сойдет лишь за утешительный приз.
– Даже от самой красивой девушки в зале?
Демьян привлек ее за талию ближе, удобнее устраивая подле себя.
– Скажи честно, – попросила Юля, – ты, конечно же, мечтал, что однажды приведешь сюда девушку и займешься с ней сексом в этой самой кровати.
– Нет, – качнул головой Демьян. – Никогда о таком не мечтал.
– А о чем мечтал?
– О том, что приведу ее сюда через зеркало и просплю с ней до утра. А потом тихонько уведу домой. Порой обидно иметь такие способности и не иметь возможности использовать их для себя.
– Это была конкретная девушка?
– Нет. Просто фантазия без лица. А когда я встретил тебя, то уже не жил с родителями.
– Дём… – смутилась Юля.
Демьян несколько раз поцеловал ее в волосы.
– Я люблю тебя, – шепнул он.
С первого этажа донесся звук пианино.
– Злата с Яковом прибыли, – вздохнул Демьян. – Пойдем.
– Ты визжал как девчонка! – заявила Злата.
– Неправда! – возмутился Демьян.
– Правда-правда!
– Я один раз вскрикнул! А потом быстро взял себя в руки! И вообще, что ты можешь помнить? Тебе было шесть лет!
– Всё! Очень хорошо помню, например, как после ты ругался.
– Злата, вот в каком свете ты меня сейчас выставляешь?
– А я бы тоже испугалась, если бы лошадь понесла. И явно вскрикнула бы не один раз… – поддержала Демьяна Юля.
– У меня тоже как-то раз было, – подал голос Яша, который почти весь ужин молчал. – Вышел в поле на змею, наша Репка и засвечила.
– Упал? – испугалась Злата так, будто для нее, проведшей на ипподроме много лет, падение с лошади всё равно осталось чем-то из ряда вон выходящим.
Яков секунду помедлил с ответом.
– Нет. Удержался. Но страшно было. Репка вообще смирная, отец на ней младших учит верхом ездить. Просто испугалась.
– Что значит «засвечила»? – шепотом спросила Юля, качнувшись к Демьяну.
– Встала на дыбы, – так же тихо пояснил он, а потом повернулся к Яше. – А почему Репка? Странное имя для лошади.
– А она больно маленькая уродилась, но при этом бока широкие. Ну вот, как репка…
– Юля, а тебе нравится верховая езда? – обратилась к ней Злата.
– Честно говоря, ни разу не сидела на лошади, – немного смущенно призналась Юля. – Ну, то есть как-то раз в детстве в парке проехала на ней несколько метров, но это, наверное, не то.
– Совсем не то, – уверенно качнула головой Злата. – Попроси Демьяна, он устроит тебе экскурсию. Да, Дём?
– Весной почему бы и нет. Снег сойдет, можно будет на день уйти вдоль берега. Хочешь?
Юля неуверенно кивнула, не готовая за этим столом признаться Демьяну, что сомневается в своей способности выдержать целый день в седле.
– Юля, не стесняйтесь, – улыбнулась Василиса. – Я вот не разделяю семейную любовь к конным прогулкам. Если неспешно и шагом, то еще можно, но галопом или даже рысью… Спасибо, нет. Кстати, а почему я не знаю историю про понесшую лошадь? Чем всё закончилось?
– Папа догнал Демьяна и остановил Звезду, – поведала Злата. – А потом мы договорились, что не станем тебе об этом рассказывать. Хм… Но ведь прошло четырнадцать лет. Полагаю, срок неразглашения уже истек.
– Как интересно, – протянула Василиса и внимательно посмотрела на мужа. – О чем еще вы договорились мне не рассказывать?
Демьян со Златой переглянулись.
– Да больше ни о чем, – пробормотала Злата и принялась в срочном порядке собирать вилкой остатки салата на своей тарелке. – Это так, единичный эпизод.
– Понятно, – произнесла Василиса таким тоном, что сразу стало ясно: ей и правда всё понятно и кого-то вечером теперь тоже ждет допрос.
– И много лошадей у вас в хозяйстве? – спросил Кощей у Якова, явно желая перевести тему. Так-то в течение вечера он тоже был не особо разговорчив, всё больше слушал.
– Две. Вот как раз Репка и Буран. Клим на Буране до ярмарки как-то раз к вечеру добрался, в обед выехав, а ехать было не меньше пятидесяти верст.
Кощей уважительно кивнул, и Яша впервые за всё время довольно улыбнулся.
– У отца крепкое хозяйство, – весомо сказал он. – И он умеет им управлять.
– Не сомневаюсь в этом, – кивнул Кощей. – В конце концов, я знаю твоего деда. Если твой отец пошел в него, то это не удивительно. А ваши родители, Юлия, чем занимаются?
Юля замялась.
– Ну, – неуверенно начала она. – Моя мама умерла несколько лет назад, но она была учительницей. Потом, правда, родила меня и уже не вышла на работу…
Она снова замолчала, и Василиса, почувствовав заминку, подхватила быстрее Демьяна, который едва успел открыть рот.
– Вы поэтому решили пойти в преподаватели? Семейная традиция?
Юля пожала плечами.
– Скорее, детская мечта. Я в юности едва ли не жила в местном ДК. Очень любила свою преподавательницу и атмосферу там. Мне хотелось вернуться. И как-то сложилось. Всё равно свою жизнь без танца я не видела и ни разу не пожалела. – Она улыбнулась. – Это хорошая работа. У нас замечательный коллектив, и с директрисой повезло, так редко бывает. И дети у меня там чудесные. В общем, я наслаждаюсь.
– Это прекрасно, когда работа приносит удовольствие.
– Да, – кивнула Юля.
Василиса улыбнулась в ответ. Они друг друга поняли.
– Злата, – прошептал Яша. – Злат, она опять…
– Бонни! Фу! – шикнула Злата куда-то под стол. – А ну, отстань от него! Яш, ты ей нравишься. Просто смирись. Вообще, это редкость, обычно Бонни очень привередлива, так что это даже повод для гордости.
– Что там у вас? – приподнял бровь Кощей.
– Бонни, – пояснила Злата. – Яша ей очень понравился, и она требует к себе его внимания. Хочет к нему на колени.
Яков натянуто улыбнулся. Было очевидно, что идея держать на коленях собаку во время ужина ему глубоко чужда.
– Бонни! Фу! – негромко, но властно одернул спаниелиху Кощей.
Бонни заскулила, но покорно отошла от стола, забралась на кресло и легла между подушек, изобразив крайнюю степень оскорбленности и недолюбленности. И никто не заметил, как вздрогнула Юля.
– Актриса, – усмехнулся Демьян. – Теперь будет ждать, когда кто-нибудь придет ее пожалеть. Хотя бы так твои коты не делают.
– Просто они у меня воспитаны в строгости, – вздохнула Юля.
– Они воспитаны? – вскинулся Дём. – У нас с тобой разное представление о воспитанном домашнем животном.
Она пожала плечами.
– По-моему, представление Чумы о воспитанном домашнем человеке тоже отличается от твоего.