[60]? Совсем нет, они гаснут значительно быстрее, чем изображения, видимые в зеркалах, ибо как только воскуряют фимиам, они сразу образуются из поднимающегося дыма, а когда он смешивается с массой воздуха и растворяется в нем, то тотчас исчезает и сам призрак, и он не может сохраняться даже на короткое время.
Так зачем человек, любящий созерцать истину[61], будет думать об этом ненужном искусстве фокусника? Я не ставлю его ни во что. И если бы душа в познании этого восприняла призраки чувственной материи, к которым она стремится и которые занимают ее, то это было бы еще небольшим злом. Кроме того, для нее существует опасность уподобления призракам, в которые она верит. Если душа рассматривает эти призраки как богов, то такое заблуждение нельзя ни описать словами, ни допустить на деле. На такую душу никогда не прольется божественный свет, ибо ему по природе не свойственно освещать то, что однажды воспротивилось ему, и нет места, где его могли бы принять одержимые темными видениями. Итак, это искусство создания призраков будет заниматься многочисленными тенями от истины.
30. Но эти люди[62], как говорят, следят за движением небесных тел и указывают, круговращение какого небесного тела и вместе с каким или с какими дает ложное или истинное пророчество и дает действия бесполезные или, напротив, пророческие и эффективные. Но ничто из этого не сообщает этим видениям божественного значения. Ведь последние элементы сотворенного мира движимы небесными круговращениями и обладают симпатией с исходящими от них эманациями. Впрочем, если рассмотреть внимательно это рассуждение, то это доказывает противоположное. То, что всецело изменчиво и полностью подвержено преобразованиям от внешних движений, так что становится то бесполезным, то полезным, то пророческим, то действенным, то каким- либо еще, — как оно может быть способно содержать в себе хотя бы малую божественную силу? Так что же, силы, заключенные в материи, являются первоначалами демонов? Конечно, нет, ибо никакое дробное чувственно-воспринимаемое тело не порождает демонов. Скорее наоборот, их самих демоны порождают и защищают. Но человек также не может искусственно воспроизвести формы демонов — напротив, он сам скорее изваян и сотворен демонами в той мере, в какой он причастен чувственно-воспринимаемому телу. Демоническое начало не порождается как масса чувствен- но-воспринимаемых элементов — напротив, оно само по себе является простым и действует на сложные предметы единообразно. Поэтому чувственно-воспринимаемые существа не будут более важными или более устойчивыми, чем демоны, но именно демоны, превосходя их по значимости и силе, дают ИМ Прочность, которую ОНИ способны воспринять. Впрочем, может быть, ты называешь демонами призраки, неправильно употребляя этот термин.
Одно дело — природа демонов, а другое — призраков. Они далеко отстоят друг от друга в иерархии существ. Так же и хорег призраков отличается от верховного главы демонов. Конечно, ты согласен с этим, когда говоришь, что они не увлекают никакого демона или бога. Так чего же стоит священнодействие или предсказание будущего, которое совершенно не причастно ни богу, ни демону? Так что следует знать природу этого фокусничества и ни в коем случае не прибегать к нему и не доверять ему.
31. Есть и другое истолкование священнодействий, которое еще хуже, чем предыдущее. Оно относит причину прорицания на счет некого рода обманчивой природы, многообразного и изменчивого, который принимает обличье богов, демонов и душ умерших. В ответ на это я поведаю тебе речь, которую я слышал некогда от халдейских пророков.
Истинные боги дают только благо, общаются только с благими людьми, приходят к тем, кого очистил жреческий сан, и изгоняют из них всякую порочность и всякую страсть. Когда они сияют, зло и демоны исчезают, уступая место высшим существам, как тьма перед светом, и даже случайно не досаждают теургам. Поэтому теурги воспринимают всяческую добродетель, их нравы становятся благими и правильными, они свободны от страстей и всякого беспорядочного движения, они чисты от безбожных и нечестивых действий. Но все те, кто и сам грешен, и нападает на божественные дела без законов и правил, — те не способны достичь богов из-за слабости собственного действия и собственной власти. И если какая-либо оскверненность не позволяет им быть вместе с чистыми духами, то они присоединяются к злым духам и, исполняясь от них дурного вдохновения, становятся злыми, нечестивыми, исполненными порочных удовольствий, пронизанными испорченностью, склонными к чуждым богам нравам и, говоря в целом, уподобляются злым демонам, к которым они и примыкают.
Так вот, будучи исполненными страстей и пороков, они вследствие близкого родства привлекают к себе злых духов, и те побуждают их ко всякому пороку, и так они подстрекают друг друга, как в круге, где начало соединяется с концом и на смену одному идет то же самое. Итак, никогда не причисляй к жреческому прорицанию нечестивые ошибки кощунства, которые неупорядоченно подходят к священнодействию и искушают тех, кто совершает его, и в результате иногда, похоже, заставляют появляться одного бога вместо другого, а иногда вызывают вместо богов злых демонов, которых называют антибогами. Несомненно, благо в большей степени противостоит злу, чем отсутствию блага.
И как святотатцы борются прежде всего с почитанием богов, также и те, кто имеет контакты с демонами, вводящими в обман и являющимися причиной беспорядка, конечно, противодействуют теургам. Ведь теурги изгоняют и совершенно ниспровергают всякий злой дух, полностью истребляют всякий порок и всякую страсть, они создают чистую причастность благу в чистых душах, и они исполняются истины свыше, от огня. Для них нет никакого препятствия в виде злых духов и нет никакой помехи для душевных благ.
Им не докучает никакая спесь, лесть, вдыхание испарений или насилие — напротив, все это, как под ударом грома, неосязаемо исчезает и отступает, не будучи способным даже приблизиться к ним. Итак, это единственно чистый, священный и поистине божественный род прорицания. Он не нуждается, как ты говоришь, в том, чтобы я или кто-либо другой присудил предпочесть его многим, но он выделяется из всего, предсуществуя как сверхъестественный и вечный и не допуская даже сравнения с другими или признания превосходства над многими. Он своеобразен и, будучи сам по себе единообразным, возглавляет всех. Именно этому роду прорицания следует посвятить себя целиком как тебе, так и тому, кто по-настоящему любит богов, ибо именно таким способом возникает как в пророчествах — твердая истина, так и в душах — совершенная добродетель. Вместе с этими двумя качествами теургам открывается путь ввысь, к умопостигаемому огню, который справедливо следует считать целью всякого предвидения и всякой теургической деятельности.
Итак, ты напрасно приводишь исходящее от безбожников мнение, что якобы всякое прорицание совершается злым демоном. Они не заслуживают упоминания в теологических спорах. Вместе с тем они не способны различить истину и ложь, ибо изначально вскормлены во тьме и не могут познать начала, на которых основывается это прорицание. На этом закончим наше исследование способа прорицания.
ГЛАВА IV
1. Что же, дальше рассмотрим выдвигаемые возражения: каковы они и какой смысл они имеют. И если мы станем излагать это несколько более пространно, как бы рассуждая для себя и на досуге, то тебе следует выдерживать это благосклонно и мужественно. Величайшие науки требуют и великих усилий, проявляемых усердно в течение долгого времени, если ты хочешь познать их в совершенстве. Итак, в соответствии с нашей темой продолжай, как начал, высказывать сомнения, вызывающие затруднения, а я, со своей стороны, буду разъяснять их. Например, скажи: меня очень волнует, как те, к кому обращаются как к высшим, получают приказание, словно низшие. Я изложу тебе все действительное разделение тех, к кому обращаются с мольбой, из которого ты сможешь четко определить возможное и невозможное в твоем вопросе.
Боги и все те, кто превосходит нас в желании прекрасного, в независтливой исполненности благами, с благоволением даруют праведникам[63] то, что им подобает, сочувствуя трудам жрецов и симпатизируя тем, кого они сами породили, вскормили и воспитали. Посредствующие роды главенствуют над приговором. Они советуют, что нужно делать и от чего следует воздержаться, содействуют справедливым делам и препятствуют несправедливым, а многих из тех, кто пытается незаконно похитить что-либо чужое или злонамеренно вредить кому-либо или убить кого-либо, они заставляют испытать то, что сами эти люди замышляли сделать в отношении других. Но вокруг нас есть и другой посредствующий род, 182 лишенный разума и суждения, которому при пропорциональном разделе, когда каждого наделяли своим делом, была выделена только одна сила. И как дело кинжала — рубить, и он не делает ничего другого, так в соответствии с неизбежностью во всем разделенных духов, которая по природе дробна, один класс разделяет, а другой — соединяет живые существа. Это известно из явлений: так называемые Хароновы пещеры[64] испускают дух, способный уничтожить без различия все, что упадет туда. Так же и некие невидимые духи получили ту или другую силу и по своей природе совершают только то, что им предназначено. Но если бы кто-нибудь, взяв на себя наведение порядка, направил бы их к другой цели и действовал бы против их закона, то вред был бы нанесен тому, кто совершает такие неправомерные действия.
2. Впрочем, это другая тема, а то, что сейчас является предметом нашего рассмотрения, мы иногда видим в жизни, ибо предписания обращены к душам, не обладающим ни собственным разумом, ни принципом суждения. И это происходит не вопреки разуму. Наше мышление по своей природе должно рассуждать и оценивать положение дел и, поскольку оно объединяет в себе многие жизненные силы, оно