При рассмотрении преимуществ централизованного демократического государства перед федерацией В.И. Ленин подчеркивает, что Маркс и Энгельс, отдавая в принципе предпочтение единой и неделимой демократической республике, признают федерацию «шагом вперед», если она помогает решить национальный вопрос и таким путем продвинуть вперед дело социализма [См. Л: 33, 72 – 73].
В книге «Государство и революция» содержатся, однако, неоднократные заявления о предпочтительности для пролетариата единой, централизованной демократической республики. При этом Ленин убедительно доказывает, что демократический централизм предполагает столь широкое местное самоуправление добровольно объединяющихся областей, которое исключает какое бы то ни было командование сверху.
Проблему демократизма в социалистическом государстве В.И. Ленин исследует, используя предисловие Энгельса к работе Маркса «Гражданская война во Франции», продолжая и развивая дальше теорию марксизма о государстве.
В наши дни можно со всей определенностью сказать, что последовательным и плодотворным продолжением и осуществлением идей марксизма-ленинизма о государстве стали научно взвешенные и поистине революционные решения XXVII съезда КПСС, январского и июньского (1987 г.) Пленумов ЦК КПСС, направленные на совершенствование институтов социалистической демократии – политической власти трудящихся.
На страницах книги «Государство и революция», обращаясь к урокам Парижской коммуны, Ленин вспоминает высказывание Энгельса о том, что рабочий класс, взявший власть в Париже, должен был, с одной стороны, полностью устранить старую государственную машину классового угнетения, а с другой – обезопасить себя от возрождения бюрократии в лице собственных депутатов и чиновников.
Необходимость защиты диктатуры пролетариата от буржуазного перерождения четко сформулирована Владимиром Ильичем. Ссылаясь на Энгельса, он показывает, что установленная революционным путем диктатура пролетариата является формой государства, пусть и ограниченной во времени. Поэтому для нее остается вполне реальной угроза превращения должностных лиц в господствующий класс, как это неоднократно происходило во всех существовавших ранее государствах. Снова и снова Ленин, не боясь повторения, призывает к поиску конкретных форм такого развития, при котором исчезает всякая возможность карьеризма, исчезает «мостик», способный перевести человека с «почетного», хотя и малодоходного места государственного служащего в разряд привилегированных лиц с высочайшими доходами.
Подобные «перепрыгивания» постоянно происходят в самых демократических буржуазных государствах, но они совершенно исключаются в государстве социалистическом.
Меры, принятые для этой цели Парижской коммуной, Энгельс называет безошибочными. Во-первых, это – назначение на должности по управлению, суду и народному просвещению лиц, выбранных на основе всеобщего избирательного права и отзываемых в случае их несоответствия своими избирателями. Во-вторых, установление всем государственным должностным лицам, вплоть до самых высших, жалованья в пределах заработной платы рабочего. Об этих декретах Парижской коммуны В.И. Ленин упоминал в связи с исключительной важностью конкретных и подлежащих контролю со стороны масс мероприятий по установлению подлинной демократии, которая, с одной стороны, «превращается в социализм», а с другой стороны, «требует социализма» [Л: 33, 78].
Глубокая диалектика этого ленинского определения обнаруживается в первую очередь в той органической связи между политическими мероприятиями подлинно демократического общественного устройства (всеобщие выборы, на основе которых заполняются ключевые должностные места в государстве) и чисто экономическими мерами, обеспечивающими эту демократию (жалованье в пределах заработной платы рабочего).
Указанные меры немыслимы при капитализме и означают не что иное, как функционирование системы управления обществом по социалистическому принципу. Их осуществление, в свою очередь, настоятельно требует превращения функций государственного аппарата в простые операции по учету и контролю, доступные подавляющему большинству населения. А это значит, что для успешного выполнения указанных мер необходимо так воспитать и обучить население страны, чтобы все люди по уровню общественного сознания и образования стали носителями, выразителями социализма.
Ленинский анализ мер, направленных на защиту диктатуры пролетариата от буржуазного перерождения, показывает, что именно они определяют принцип государственного устройства после победы социалистической революции. Ленин за несколько месяцев до Октябрьской революции в России обобщал и использовал конкретный исторический опыт развития социалистической демократии во Франции прошлого века, чтобы направить российский пролетариат и трудящееся крестьянство на путь поиска и проверки практикой различных форм и методов развития народовластия.
В книге «Государство и революция» Ленин отмечает, что самой распространенной ошибкой является представление, будто демократия – это простое признание принципа подчинения меньшинства большинству. В действительности же демократия – это признающее указанный принцип государство, то есть организация для систематического подчинения одних людей другими. Поскольку социализм будет неизбежно перерастать в коммунизм, в конце концов совершенно исчезнет надобность в подобном подчинении, так как люди привыкнут к соблюдению условий общежития без насилия. Эту привычку, для выработки которой требуется весьма длительный отрезок времени, имел в виду Энгельс, когда говорил, что появятся люди, способные выбросить на свалку весь «хлам государственности». Среди этого «хлама» окажется в конечном итоге и демократическая государственность, за которую ведут борьбу революционеры сегодня и которая станет ненужной в коммунистическом будущем.
Однако, прежде чем выработается у людей привычка жить не подавляя друг друга, необходимо осуществить в организованном порядке, то есть через государство, целую цепь экономических мер, глубоко продуманных, всесторонних, научно обоснованных.
Именно поэтому в сегодняшней нашей жизни в набирающей темп революционной перестройке первостепенное внимание уделяется экономическим мерам обеспечения более полного развития социалистической демократии. Речь пока еще идет о необходимости ее развития, а отнюдь не «отмирания», и, видимо, пройдет не один десяток лет, прежде чем наше общество пройдет некую «критическую точку», некий апогей этого процесса.
Разбору экономических основ социализма и коммунизма В.И. Ленин посвящает отдельную главу своей книги. Прежде чем перейти к ее рассмотрению, обратимся к вопросу о роли коммунистической партии в революции и государстве.
Идея руководства революционными массами, в первую очередь рабочим классом, со стороны марксистской партии лежит в основе всей книги «Государство и революция». Ведь и написана она была именно для того, чтобы вооружить авангард рабочего класса и всех трудящихся пониманием классовых задач в надвигавшейся социалистической революции. Однако на ее страницах нет сколько-нибудь подробного освещения вопросов организации партии, ее структуры. Упомянув высказывание Энгельса о научной неточности названия «социал-демократы» применительно к партии с коммунистической программой, Ленин останавливается на названии большевистской партии.
Напоминая слова Энгельса о том, что для подлинных марксистов в конечном итоге было главным не название партии, а то, что она развивалась в правильном направлении, Ленин подчеркивает, что слово «большевик» стало всенародно почетным в России в результате преследований, которым партия подвергалась за свою последовательно революционную позицию.
Далее Владимир Ильич отмечает, что в течение июля – августа 1917 года партия сделала громадный исторический шаг вперед в своем действительном развитии. Поэтому полностью менять буквально накануне революции ставшее широко известным народу название единственной в стране последовательно революционной партии было едва ли целесообразно. И он предложил своеобразный «компромисс»: назвать партию коммунистической, оставив в скобках слово «большевиков». Многие годы это название сохранялось за нашей партией, и лишь с 1952 года она стала называться Коммунистической партией Советского Союза.
Книга «Государство и революция» служила делу подготовки партии, способной возглавить революцию и строительство социализма. Однако о самой партии В.И. Ленин скажет позже. В других книгах и статьях появится глубокий анализ исторической роли коммунистической партии в подготовке и свершении социалистической революции, в строительстве социализма, будут рассмотрены все главные аспекты жизнедеятельности партии, перспективы ее развития.
Как известно, один из важнейших уроков Парижской коммуны, о котором не раз писали и говорили Маркс и Энгельс, гласил: для успешного осуществления и развития социалистической революции необходима революционная партия рабочего класса, вооруженная научным мировоззрением, организующая вокруг себя массы для революционных действий. И хотя о необходимости такой партии основоположники научного коммунизма заявляли начиная с середины прошлого века, после поражения Парижской коммуны эта необходимость стала особенно очевидной.
В.И. Ленин прекрасно знал взгляды Маркса и Энгельса на пролетарскую партию и успешно проводил их в жизнь в новых условиях. Но поскольку задуманная им глава о российских буржуазно-демократических революциях оказалась ненаписанной, постольку книга «Государство и революция» представляет в наше распоряжение «только» ленинский анализ идейно-теоретической платформы партии, провозглашающей своей целью борьбу за коммунизм.
Нет необходимости много говорить, сколь важен этот анализ для жизнедеятельности партии, для развития руководимого ею революционного процесса. Ведь без теоретического знания законов революции и социалистического строительства те, кто их осуществляют, вынуждены нести неимоверные жертвы, а зачастую терпеть поражения.