.
Для советской общественности объявление о пакте стало сенсацией, но было не настолько болезненным, как для коммунистов и сторонников Народного фронта на Западе. Многие советские граждане испытали облегчение, понимая это как отсрочку опасности войны, но некоторые, как и советские лидеры, по-прежнему с подозрением относились к добрым намерениям Германии. Советская пресса прекратила яростные антинацистские выступления, но не перешла на пронацистскую позицию. Хрущев позже утверждал, что в московских театрах специально продолжали показывать пьесу «Ключи от Берлина», действие которой происходит в 1760 году, в конце Семилетней войны, чтобы напомнить, что русские в прошлом победили немцев и захватили их столицу.
Неопубликованные секретные протоколы к пакту (формально не ратифицированные Политбюро, но известные, по крайней мере, в общих чертах большинству членов команды) признавали германские и советские сферы интересов в Восточной Европе. Советская примерно соответствовала историческим границам Российской империи, включавшим Восточную Польшу и страны Балтии. Реальные последствия этого не заставили себя долго ждать: 1 сентября Германия вторглась в Польшу с Запада, в течение недели захватив большую часть страны, включая ее столицу Варшаву. Вторжение в Польшу, несмотря на предупреждения союзников, заставило Великобританию и Францию объявить войну Германии. Советский Союз, нейтральный по условиям пакта с Германией и искренне надеющийся, что война на Западе займет Гитлера надолго, через несколько недель, при поддержке Германии, оккупировал Восточную Польшу. Для западного общественного мнения такой поворот событий был шокирующим, но для большей части советской общественности это представлялось вполне оправданным. Как позже заметил один иностранный корреспондент, «в стране широко распространено мнение о том, что «„нейтралитет" оправдывает себя: в результате советско-германского пакта Советский Союз стал больше и почти без кровопролития укрепил свою безопасность»[454].
Результатом оккупации стало включение бывших польских земель в состав Советского Союза, за счет чего его территория увеличилась. За несколько месяцев жители бывшей Восточной Польши, хотели они того или нет, стали советскими гражданами, а именно жителями Украинской и Белорусской советских республик. Членом команды, который руководил этим процессом на месте, был украинский партийный лидер Хрущев. Он делал это энергично и с энтузиазмом, попутно заводя новых друзей среди польских левых[455]. Одной из них была писательница Ванда Василевская, которая вскоре вышла замуж за известного украинского драматурга, коммуниста Александра Корнейчука. Когда Хрущев представил их Сталину, она ему очень понравилась и на протяжении всех военных лет была одним из очень немногих иностранных друзей Сталина, а возможно, и его любовницей[456]. Тогда надеялись, что эти вновь занятые территории создадут буферную зону, защищающую от врагов с Запада. Однако вскоре возникли новые проблемы: включение новых территорий означало, что границы Советского Союза отодвигаются на запад, а это повлекло за собой долгий процесс демонтажа старых рубежей и укрепления новых границ.
Сергей Киров и Серго Орджоникидзе, 1920 год. ИТАР-ТАСС
Каганович (в центре) с секретарем Компартии Украины А. В. Медведевым (слева) и Постышевым (справа), 1927 год. РГАКФД
Сталин, его жена Надежда, Ворошилов с женой и Енукидзе в Сочи, 1932 год. РИА «Новости»
Сталин и его коллега
(Так фотография называется в архиве: «коллега» — вероятно, Бухарин, а время — конец 1920-х годов.) РГАСПИ
Набросок портрета Сталина, сделанный Бухариным, 20 февраля 1928 года. РГАСПИ
Набросок портрета Рудзутака, сделанный Валерием Межлауком, без даты
(конец 1920-х годов (?)). Подписано художником. РГАСПИ
Вожди на трибуне Мавзолея, 1933–1934 годы. Передний ряд слева направо: Валерий Межлаук (Госплан), Молотов, Каганович, Сталин, Ворошилов, Калинин, Андреев и Чубарь. РГАКФД
Вожди на XVII партийном съезде, 1934 год. Второй ряд слева направо: Енукидзе, Ворошилов, Каганович и Куйбышев; передний ряд: Орджоникидзе, Сталин, Молотов и Киров. РГАКФД
Пятидесятипятилетний юбилей Сталина в Кунцеве, 1934 год (снимал телохранитель Сталина, генерал Власик). Дальний ряд слева направо: Анна Аллилуева-Реденс, Дора Хазан и Зинаида Орджоникидзе; средний ряд: Мария Сванидзе, Мария Каганович, Сашико Сванидзе, Сталин и Полина Жемчужина (Молотова), Ворошилов; передний ряд: неизвестная, Евгения Аллилуева, Бронислава Поскребышева, неизвестный. РГАСПИ
Групповое фото, 1934 год: Киров, Сталин, Куйбышев, Орджоникидзе — на переднем плане; позади них — Каганович, Калинин и Микоян (заслонен). РГАСПИ
Сталин и Ворошилов на приеме в Кремле, 1936 год. РГАСПИ
Встреча команды с руководителем Коминтерна, героем дела о поджоге Рейхстага Георгием Димитровым, 1934 год. Орджоникидзе на переднем плане слева, Димитров и Сталин сидят на диване, Молотов и Куйбышев облокотились на диван слева, Ворошилов — справа. РГАСПИ
Сталин, Ворошилов, Микоян и Молотов на трибуне Мавзолея на праздновании восемнадцатой годовщины революции, 7 ноября 1935 года. РИА «Новости»
Берия со Светланой Сталиной, середина 1930-х годоа. РИА «Новости»
Семья Микоян, середина 1930-х годов. В заднем ряду: Степан и Владимир; средний ряд: Алексей, Анастас и Ашхен; в переднем ряду Иван и Серго. РГАСПИ
Сталин в восточном одеянии (вероятно, это подарок от делегатов из Средней Азии) на встрече с крестьянами, 1935 год. РГАСПИ
Молотов, Хрущев и Сталин в летних костюмах с трибуны Мавзолея смотрят парад физкультурников, 1936 год. Совфото
Ворошилов, Молотов, Сталин и Ежов на канале Москва — Волга, 1937 год. РГАКФД
Сталин с детьми: Василием (слева), Светланой (стоит) и Яковом (справа), рядом с Василием— Жданов, 1 июля 1938 года. РГАСПИ
Руководители партии на встрече с народом Западной Украины, 4 октября 1939 года. В переднем ряду слева направо: неизвестный, Шверник, Андреев, Молотов, Ворошилов, Сталин, Калинин, академик Цицинов, неизвестный, Каганович, Жданов, Маленков и Хрущев. РГАСПИ
Черчилль и Сталин в Кремле, 1942 год. РГАСПИ
Молотов подписывает советско-чешский договор, 1 декабря 1943 года. На заднем плане: Ворошилов, Калинин и Сталин. РГАСПИ
Жуков на белом коне на Параде Победы на Красной площади в Москве, 24 июня 1945 года. Совфото
Сталин на Потсдамской конференции, 1945 ГОД-РИА «Новости»
Команда на похоронах Калинина, 1946 год: Берия, Маленков, Сталин и Молотов (впереди), Вознесенский (в следующем ряду, между Маленковым и Сталиным), Кузнецов (виден за плечом Вознесенского), Каганович (позади, между Сталиным и Молотовым) и Жданов (сзади, крайний справа).
На кунцевской даче, 1 октября 1947 года.
В переднем ряду, слева направо: Каганович, Маленков, Сталин и Жданов; в заднем ряду: неизвестный, дети Сталина Василий и Светлана, рядом со Светланой Поскребышев. РИА «Новости»
Гроб Сталина, март 1953 года. Молотов, Ворошилов, Берия и Маленков (слева); Булганин, Хрущев, Каганович и Микоян (справа). РГАСПИ
Вынос гроба на похоронах Сталина, март 1953 года. Маленков слева, Берия справа, чуть позади него Ворошилов. Сзади справа — Микоян и Хрущев. РГАСПИ
Семья Молотовых, 20 апреля 1953 года. Стоят: зять Алексей Никонов и Полина Жемчужина (фотография, вероятно, сделана через несколько недель после ее возвращения из казахстанской ссылки); сидят: дочь Светлана, ее трехлетняя дочка Лариса и Молотов. РГАКФД
Члены «коллективного руководства» в Китае, 1954 год.
Передний ряд: Микоян, Екатерина Фурцева (первый секретарь московской партийной организации), Хрущев, Булганин и Шверник. РИА «Новости»
Прибалтийские страны также были оккупированы и включены в состав Советского Союза, но это произошло позднее, а сразу после подписания пакта их только вынудили согласиться принять защиту Советского Союза. В октябре подобное предложение было сделано и Финляндии, маленькой стране с сильным антисоветским правительством, но финны отказались. Действия Советского Союза все больше не нравились всем малым странам, которых они касались, большинство из них были независимыми всего несколько десятилетий после развала Российской империи в 1917 году, но только Финляндия оказала серьезное сопротивление. Финляндия призвала барона Карла Густава Маннергейма, который участвовал в Гражданской войне в России на стороне белых, чтобы он возглавил военное сопротивление; и не только объявила войну Советскому Союзу, но и, несмотря на значительное превосходство Советского Союза в военной мощи, прекрасно проявила себя в так называемой Зимней войне 1939–1940 годов, доказав слабость советской армии.
Советы просчитались. Как вспоминал Хрущев, они думали, что «достаточно громко сказать им, если же не услышат, то разок выстрелить из пушки, и финны поднимут руки вверх, согласятся с требованиями». Вместо этого они послали отряды лыжников и выставили русских дураками. Сталин был в гневе, особенно он был зол на наркома обороны Ворошилова, его жестко критиковали на заседании ЦК и заменили на настоящего военного профессионала, маршала Семена Тимошенко. По словам Хрущева, сталинские упреки так подействовали на Ворошилова, что однажды на приеме он заявил: «Ты виноват в этом. Ты истребил военные кадры», и разбил стоявшее на столе блюдо с жареным поросенком[457]. Война закончилась перемирием, по которому Советский Союз получал военную базу на полуострове Ханко и дополнительно 15 километров между Ленинградом и границей, но при этом потери советской стороны составили до миллиона убитыми и ранеными, и в глазах мировой общественности репутации страны был нанесен большой ущерб. Сталину пришлось заплатить такую большую цену, чтобы понять, что военный опыт Гражданской войны уже в значительной мере не актуален. Это фиаско нанесло непоправимый ущерб репутации Ворошилова как полководца и лидера, его политическое влияние также пошло на убыль