Славлю Тебя, Боже мой, и величаю Тебя непрестанно. Презираю себя самого и пред Тобою повергаю во всю глубину ничтожества своего.
2.3. Ты – Святейший из святых, а я – ничтожнейший из грешников. Ты склоняешься ко мне, когда и воззреть на Тебя я не достоин. Ты приходишь ко мне, Ты хочешь со мною быть, Ты приглашаешь к Своей трапезе. Ты мне даровать хочешь пищу Небесную и хлебом ангельским меня насытить. И хлеб сей не иное что, как Ты Сам, Господи, хлеб живой, с Небес сошедший и даровавший жизнь миру[170].
2.4 О источник любви, о великий свет благоволения! О, какое благодарение и хвала Тебе подобает за Твои благодеяния!
О, как благ и спасителен замысел Твой об учреждении этого приобщения! О какая сладость и радость в сей трапезе, где Ты даровал Себя Самого в качестве пищи!
Сколь восхитительны труды Твои, Господи! Сколь велика Твоя сила! Истина Твоя непреложна во веки! Ты рек, и все совершилось и явилось, что Ты повелел.
2.5. Дивное дело, и веры достойное, и превосходящее разум человеческий, что Ты, Господи Боже мой, истинный Бог и Человек истинный, под малым видом хлеба и вина содержишься Весь и, не уничтожаясь, обращаешься в пищу приемлющему.
Ты, Господь всех, ни в чем не нуждающийся, благоволил пребывать в нас благодаря этому Таинству: сохрани сердце мое и тело мое в чистоте, да силен буду в чистой совести и в радости сердечной чаще прославлять и к вечному спасению моему воспринимать Твои таинства, Тобою свято учрежденные в честь Твою и в непрестанное о Тебе памятование!
2.6. Возрадуйся, душа моя, и воздай благодарение Богу, что в здешней юдоли слез оставил тебе дар такой многоценный и особенное утешение. Ибо всякий раз, как созерцаешь ты сие таинство и приемлешь Тело Христово, творишь дело своего искупления и участник бываешь всего служения Христова. Любовь же Христова никогда не умаляется, и никогда не истощается великая сила Христова ходатайства: посему должна ты всякий раз обновлением духа приготовлять себя снова и созерцать великое таинство спасения углубленною мыслию.
Всякий раз, когда слушаешь литургию или в ней участвуешь, да является оно тебе вновь в такой силе и сладости, как будто в тот самый день Христос, поначалу нисшедший во чрево Приснодевы, вочеловечился, или бы, вися на древе крестном, страдал и умирал нашего ради спасения.
Глава третьяО пользе частого приобщения
[Ученик: ]
3.1. Прихожу к Тебе, Господи, да будет мне благо от благого Твоего дара и да наслажусь от трапезы Твоей, которую Ты уготовал благостию Твоею нищему, Боже.
В Тебе все, чего только могу желать и должен. Ты спасение мое и искупление, надежда и крепость моя, красота моя и слава. Возрадуй же ныне душу служителя Твоего, ибо я вознес душу свою к Тебе, Иисусе Христе, Господи.
Я жажду принять Тебя преданно и благоговейно; желаю Тебя ввести в дом свой, да сподоблюсь с Закхеем принять благословение Твое и причисленным быть к чадам Авраамовым. Жаждет Тебя душа моя и тело, сердце мое с Тобою соединиться желает.
3.2. Даруй мне Себя, и довольно мне; ибо кроме Тебя нет ни в чем утешения. Без Тебя не могу быть, и жить без посещения Твоего не имею силы. Для того и нужно мне часто приходить к Тебе и Тебя принимать во спасение себе, а иначе, лишенный этой пищи Небесной, я ослабею на пути.
Так некогда Ты изрек, премилосердый Иисусе, проповедуя народам и исцеляя всякие недуги: «Я не хочу отпускать их голодными – как бы они не ослабели в дороге» [171]. Так и со мною сотвори ныне, ибо Себя Самого оставил Ты в Таинстве на утешение верным. Ты сладкое питание алчущей душе, и кто достойно Тобою напитается, участник и наследник будет вечной славы.
А еще я так часто падаю и грешу, так скоро хладею и ослабеваю, – и нужно мне частыми молитвами и частым исповеданием обновлять, очищать и возжигать себя ко святому приобщению Твоего Тела, чтобы не отстать вовсе от святого намерения, если слишком долго отлагать буду.
3.3. Помыслы человека с самой юности устремлены ко злу[172], и если бы не было на пути врачующей помощи от Бога, легко человеку падать дальше и дальше на худшее. Но святое приобщение отводит от зла и укрепляет на доброе.
И если так невнимателен я и нечувствителен, когда приобщаюсь, что же было бы со мною, когда бы не вкушал я целительной пищи и не искал бы себе такой крепкой помощи? Пусть не каждый день способен я к сему и не расположен, как следует, прославлять святыню: по крайней мере приложу попечение о том, чтобы хотя бы временами принимать Божественные тайны и явиться причастником великой благодати.
Ибо в том едином и есть первое утешение верной душе, далече от Тебя странствующей в смертном теле, – что может она иметь частое вспоминание о Боге своем и Возлюбленного своего воспринимать благоговейным духом.
3.4. О, сколь чудесно нисхождение Твоей любви к нам, Господи Боже, что Ты, Создатель и Животворец всех духов, благоволишь приходить к нищей душе человеческой и всем Божеством Своим и всей Человечностью утолять ее голод!
Блаженна душа та, что удостоилась принять Тебя, Господа Бога своего, благоговейно, и в принятии Тебя преисполнилась радости духовной.
О, сколь Великого Господа принимает! Какого Гостя возлюбленного к себе вводит! Какого желанного Собеседника встречает! Какого верного Друга находит себе, какого прекрасного, какого благородного Супруга принимает в объятия, – чтобы Его одного любить, забыв обо всех возлюбленных своих, оставив всякое свое желание!
Да молчат пред лицем Твоим, Сладчайший мой и Возлюбленный мой, и небо и земля со всем своим великолепием. Что ни есть в них, всякая красота их и всякая слава – все от Твоей милости и щедрости, и ничто не сравнится с великолепием имени Твоего, чья мудрость безмерна[173].
Глава четвертаяО многих благах, происходящих от благоговейного приобщения
[Ученик: ]
4.1. Господи Боже мой, одари служителя Твоего благословением сладости Твоей, да сподоблюсь достойно и благоговейно приступить к великолепному Твоему таинству. Возбуди сердце мое к Тебе и воззови меня от тяжкого оцепенения. Посети меня со спасительной милостью Твоей, чтобы мог я воспринять вкушением духовным всю сладость Твою, в сем таинстве сокровенную, как в источнике вод многих.
И очи мои просвети – прозреть в таинство великое, и укрепи меня – веровать ему твердою верою, без всякого сомнения. Ибо Твое оно дело, Господи, а не дело власти человеческой; Твое установление, а не человеческое изобретение.
Оно превыше ангельского ума, и никто из человеков сам собою не силен понять и уразуметь его. Как же я, грешник недостойный, прах и пепел, как могу я вознестись на такую высоту, в такую тайну великую проникнуть своим уразумением?
4.2. Господи, в простоте сердечной, в доброй и твердой вере, в явлении лица Твоего к Тебе приступаю с крепким упованием, благоговейно, и истинно верую, что Сам Ты, Бог и Человек, присутствуешь в сем таинстве. Твоя на то воля, чтоб восприял я Тебя и с Тобою в любви соединился.
И того ради молю: милосерден будь, Господи, и даруй мне особенную на то благодать Твою; чтобы весь в Тебе я растаял и излился любовью, и части ни единой в себе не оставил бы никакому иному утешению.
Наидостойнейшее и наивысшее Твое таинство – в нем спасение душе и телу и лекарство от всякого духовного недуга. Им пороки мои исцеляются, обуздываются страсти, искушения побеждаются и умаляются, изливается от него обилие благодати, приумножается дар силы духовной, вера утверждается, укрепляется упование и любовь разгорается и расширяется.
4.3. Щедро умножил Ты благие дары Твои, и еще снова и снова умножаешь в таинстве возлюбленным Твоим, благоговейно приобщающимся, Боже мой, Защитник души моей, немощи моей Целитель и Податель всяческого внутреннего утешения.
Ты в них вселяешь утешение много на помощь в бедах и скорбях, Ты воздвигаешь их из глубины отчаяния к надежде Твоего покрова и обновлением благодати внутренне укрепляешь их и просвещаешь; чтоб и тот, кто в беспокойстве и без сердечной горячности приступал к приобщению, после того, укрепившись пищей и питием Небесными, почувствовал в себе перемену на лучшее.
И для того такой благой промысел Твой об избранных Твоих, чтобы истинно уведали они и испытали явно, что ничего сами в себе не имеют и что всякое добро и благодать принимают от Тебя Единого. Сами по себе хладны, черствы сердцем, лишены благоговения, но благодаря Тебе стали ревностны, благоговейны и бодры духом.
Кто, приближаясь со смирением к сладкому источнику, не примет от него сладости хоть малую долю? Кто, стоя возле пылающего огня, не согреется хоть малою долей жара? Ты же, Господи, – источник, вечно текущий в преизобилии, Ты – огонь, вечно пылающий и никогда не угасающий!
4.4. И если невозможно мне почерпать от источника полною струею, если нельзя испить до полного утоления, – приложу хоть уста свои к отверстию Небесного тока, чтобы уловить мне хоть малую каплю и жажду свою успокоить, чтобы совсем не иссохнуть.
И если не могу быть совсем Небесным и огненным, таким, как херувимы и серафимы, – по крайней мере приложу старание утвердиться в благоговении и приготовить сердце свое, чтобы зажглось во мне хоть малое пламя от Божественного огня во смиренном приятии животворящего таинства.
И чего недостанет во мне, Иисусе Благий, Спаситель мой Пресвятый, то Сам Ты вместо меня милостиво и благодатно дополни; благоволил Ты всех благодатно призвать к Себе, сказавши: «Придите все ко Мне, измученные тяжкой ношей! Я дам вам отдых!» [174].
4.5. Тружусь я в поте лица своего, истерзан тоскою сердечной, обременен грехами, томлюсь в искушениях, множеством злых страстей обременен и опутан, и некому помочь мне, и избавить и исцелить меня некому – кроме Тебя, Господи Боже, Спаситель мой. Тебе себя и все свое предаю, да защитишь меня и да введешь в Жизнь вечную.