л те же порывы, словно был мной…
Или во мне? Или я была им?
Мы действовали инстинктивно, движимые общим порывом, одной жаждой. Чувствовали друг друга идеально, уже мало отличая собственные ощущения от чужих. И умирали от желания, от бешеного напряжения и жара тел.
Я жаждала силы, напора, давления, тяжести его тела. Истового трения наших тел, яростных объятий, болезненных укусов — всего, что неизменно сопровождает страсть. Дикую! Первозданную! Сокрушительную!
Я не узнавала себя. Я извивалась, стремясь усилить трение, увеличить площадь касания наших тел. Я стремилась быть всюду, соприкоснуться с ним каждым кусочком кожи. Выгибалась, с восторгом и упоением встречая каждое движение мужчины, сжимая руками его плечи, сама перехватывала инициативу.
Мы проживали мгновения близости на пределе своих возможностей, отдавали все силы безумной жажде желания. И когда роденец поймал губами мой последний протяжный вздох и крепко-крепко прижал меня к себе, я ощущала невесомость полнейшего бессилия. Да и мужчина, дыша отрывисто и часто, тяжело сполз на мягкую поверхность рядом.
В этот раз обошлось без укусов и потери крови, но состояние было схожим.
— Спи, — разобрала я его тихое шипение и теснее прижалась к мужскому плечу. Говорить тут было не о чем. Потому что сейчас на разговоры не осталось сил.
Глава 9
Пробуждение стало тяжелым моментом для обоих. Противоречивые сомнения навалились горой, погребая под собой все восторги и радости прошедшей ночи. Чувство стыда разъедало мне душу, заставляя думать о себе только худшее. Роденец и вовсе прятал взгляд, избегая смотреть мне в глаза. Он только что разбудил меня, сообщив, что скоро придет наше время преодолевать ворота.
— И куда мы попадем? — решилась я хоть что-то спросить.
Хотелось поговорить совсем о другом, как-то объясниться, но… Мужчина ничего не спрашивал, а навязываться первой мне было неудобно. В темноте все было как-то проще.
— На спутник-космическую стоянку возле моей родной планеты, — как мне показалось, с охотой отозвался мужчина. Он тоже с облегчением готов был поддержать разговор на любую отвлеченную тему.
— Получается, — подгоняемая стыдом, ухватилась я за новость, — там сразу космические звездолеты будут? И я смогу отправиться домой?
Роденец резко замер, не донеся до своей торбы какой-то сверток.
— Да? — на этот раз я решила добиться ответа.
— Возможно, — как-то без энтузиазма подтвердил он возможность реализации моего только что зародившегося плана. — Но я планировал брата попросить отвезти. Он — капитан большого звездолета. Поэтому предпочтительнее дождаться его появления, чем отправляться неизвестно с кем.
В его словах был резон, и я согласно кивнула. Мой спутник сразу приободрился, даже решил развить тему:
— Неужели не интересно посмотреть наш мир?
А вот это был очень сложный вопрос. Конечно, мне было интересно! Только вот имелось одно «но». Кто мне его покажет? В одиночестве знакомиться с чужой цивилизацией — не самая заманчивая перспектива. А роденец… Он мне даже представиться не посчитал нужным, так что, помимо вчерашней вспышки страсти, нас ничего не связывает.
С ощущением тяжести на душе принялась собираться в дальнейший путь. Пока я облачалась в защитный костюм, мужчина как-то напряженно мялся рядом.
— Мне бы хотелось рассказать вам о причинах… — наконец, решился заговорить он.
Но я решительно перебила:
— Нет! Пожалуйста, не надо. Мне… трудно об этом слушать, — сейчас его рассуждения о нелепости того, что произошло вчера, меня бы совсем добили. И так на душе стыло ощущение какой-то безнадежности.
Роденец отвернулся. Молча подхватил свою торбу, натянул мягкий шлем и сразу опустил на лицо маску. Потом нехарактерными для себя (по моим наблюдениям!) порывистыми движениями принялся проверять, как я надела свою «защиту». Удостоверившись в моей безопасности, сдвинул в сторону входную дверь.
Вчерашний коридор лабиринта встретил нас привычным полумраком и… компанией. Невдалеке, явно тоже только покинув место ночевки, стояла группа из семи роденцев. Я восприняла их появление с облегчением: гнетущая атмосфера, установившаяся между мной и моим спутником, подавляла.
Нас тоже заметили. Приветливо помахали в знак приветствия и махнули рукой вправо.
— Пора, — сухо проинформировал меня роденец.
Удивительно, но «воротами», о которых я уже навоображала себе невесть чего, оказалась такая же дверь, как и та, что вела в наш двухместный отсек! Ее так же сдвинули в сторону, начертив какие-то знаки на внешней поверхности. И исчезали за ней все, просто перешагнув порог.
Мы отправлялись последними.
— Мария, не бойтесь, — наставлял меня роденец, стоило нам остаться в тоннеле лабиринта вдвоем. — Закройте глаза. Как откроете — сделайте шаг в сторону и ждите меня. Ничего не делайте, просто ждите.
Уф-ф… Решившись, я глубоко вздохнула и шагнула за порог…
Открывала глаза с затаенным трепетом. Что же тут? По другую сторону мира? Увы, мир увидеть не удалось. Меня явно переместило в какое-то гигантское помещение, схожее с ангаром: под огромным куполом находилось множество небольших летательных аппаратов. Я на автопилоте отступила в сторону.
— Тут специально надстроили крышу, — раздался в моем шлеме голос появившегося рядом роденца. — На спутнике неблагоприятный климат — постоянные ливни и сильнейшие грозы. Поэтому гораздо удобнее, переместившись, сразу пересесть в модульный аппарат и отправиться на жилую планету. Можете снимать шлем и защитный костюм, тут нет радиации. И воздух искусственный.
Я немедленно стянула с головы упомянутую деталь облачения. Группа, что уходила перед нами, уже усаживалась в один из летательных аппаратов, стоящих невдалеке. А рядом с ними, судя по жестикуляции о чем-то беседуя, стоял мужчина в одежде, которой мне видеть еще не доводилось. Пурпурного цвета эластичный комбинезон, облегающий крупное тело и перевитый чем-то похожим на металлические ленты. Самой примечательной деталью было наличие на темноволосой голове небольшой шапочки, имевшей какой-то аналог козырька-маски, что закрывал верхнюю часть лица наподобие очков. Когда незнакомец направился к нам, я поняла, что этот экран скрывает его глаза. А еще почувствовала, как каменным изваянием замер стоявший вплотную ко мне роденец…
— Брат?! — потрясенно выдохнул он, едва мужчина почти бегом приблизился к нам. — Но откуда ты здесь? Я думал, тебя отправили на Грус с миссией на ближайший жизненный цикл…
— Кау! — с непередаваемой гаммой эмоций в голосе прошипел налетевший на моего спутника незнакомец, стискивая его в объятиях. — Когда пришла весть об исчезновении звездолета, где ты служил, и твоем пленении, все бросил и вернулся. Намеревался сегодня отправляться на твои поиски. Чудо, что мы не разминулись! Мой корабль уже готов к отлету. Но что же с тобой случилось?! И где остальной экипаж?
Осознав, что передо мной тот самый капитан, что, вероятно, доставит меня домой, обрадовалась: «Ожидание не затянется!». Но, услышав его последний вопрос, вдруг поняла: стоит моему спутнику рассказать о зверствах моих соплеменников и я предстану в глазах любого жителя галактики Орес монстром. Диким и нецивилизованным чудовищем! Стыд и горечь затопили душу, голова сама опустилась вниз, а сердце переполнило ощущение одиночества.
«Я чужая тут! Более того, вряд ли желанный гость, — с правдой не поспоришь, тем более когда полностью согласен с ней. — Это судьба. И что капитан этот встретился так сразу… И что корабль готов к отлету… И что мира их не увидела… К лучшему, что все останется для меня тайной, укрытой где-то за пределами этого купола. Недостижимой загадкой… Как и мужчина, что спас меня».
Мысли промелькнули в доли секунды, и, решившись, я вклинилась в разговор, обращаясь к своему спутнику:
— Сожалею, что вмешиваюсь, — мне хотелось помешать роденцу ответить брату, — но я верно поняла: именно этот корабль доставит меня домой? И что все уже готово к отлету?
Это было верхом наглости, но… мне отчаянно хотелось сбежать.
Незнакомец резко обернулся ко мне, а вот мой спутник растерянно замер. Он молчал, сверля меня странным взглядом абсолютно темных глаз.
— Вы обещали… — совсем уже потерянно тихо забормотала я.
— Кто это? И о каком твоем обещании идет речь? — незнакомец обратился к моему спутнику.
— Это… жительница Земной колонии, — голос роденца звучал взволнованно. — Она спасла мне жизнь. И… я обещал ей помощь в возвращении домой.
Я спасла ему жизнь?!
— Скорее уж наоборот, — потрясенно возразила в ответ. — Ваш брат спас меня!
Незнакомец какое-то время переводил взгляд с меня на брата (это заметно было по поворотам головы), прежде чем сообщил:
— Что ж, обещание легко выполнимо. Мы отправимся, как только пожелаете. Через три, максимум пять дней будете дома.
Ого! Это оренское гипертопливо действительно ценное изобретение. Вслух же выдохнула с облегчением:
— Благодарю! Я готова хоть сейчас — собирать в дорогу мне нечего.
И даже нетерпеливо шагнула ближе к капитану.
— Подождите, — импульсивно вскинув руку, мой спутник придержал меня на месте. — Возможно… Мария, неужели вам не интересно побывать у нас в гостях? Отдохнуть, осмотреться? Возможно, стоит немного задержаться?
Роденец сосредоточенно вглядывался в мое лицо, незнакомец отступил, очевидно наблюдая за нами.
«Чтобы потом еще труднее было расстаться? — грустно подумала я. И так душу немногим не выворачивает наизнанку от чувства необъяснимой всепоглощающей тоски, угрожающей водопадом слез. Я только ценой огромных усилий сохраняла спокойный вид. — Расстаться с этим… мужчиной?».
— Нет! Не хочу! — ответ прозвучал грубо и поспешно, но я была на пределе и решила не усугублять ситуацию. Вдруг вспомнилось, с чего все начиналось: у роденца нет причин испытывать ко мне теплые чувства.
— Что ж… — прошипел незнакомец, но снова был перебит моим спутником.