Гораздо позже Макс тихо выругался, выбираясь из постели.
— Ненавижу уходить от тебя посреди ночи, — недовольно заметил он. — Почему ты не переедешь ко мне?
Клэр подтянула простыню повыше и прикрылась, немного встревоженная мыслью о жизни с Максом. Конечно, они будут жить вместе, когда поженятся, но у нее впереди шесть недель, чтобы привыкнуть к этой мысли. Она достаточно долго прожила одна, и ей это нравилось. Нелегко будет примириться с потерей уединения.
— И куда бы я поставила свою мебель?
— Не будь логичной, — разочарованно ответил он, застегивая рубашку. — Черт, придется обдумать кучу вещей. Ты хочешь жить в моей квартире, или начнем подыскивать дом?
— Я никогда не видела твоей квартиры, — заметила она.
— Думаю, надо начать искать дом, поскольку он нам точно понадобится, — пожал плечами Макс.
Из-за детей, подумала Клэр. Она лежала на кровати и смотрела, как он одевается. Все еще обнаженная и дрожащая от той страсти, с которой он занимался с ней любовью, она думала о том, каково это — носить его детей, кормить их, смотреть, как они растут.
— Сколько ты хочешь детей? — прошептала она.
Макс взглянул на нее, на изгибы мягкого стройного тела под простыней, на темные омуты ее глаз. Руки замерли на пуговицах рубашки.
— Думаю, двоих. Может, троих. А ты?
— Неважно. Я буду рада и одному, и полудюжине.
Нет, количество действительно не имело значения.
Макс принялся медленно расстегивать пуговицы и снова снял рубашку. Отшвырнув ее в сторону, он расстегнул брюки и сбросил их.
— Я реагирую на тебя, как подросток, — сказал он.
Глаза его сузились и ярко сверкали. Снова опустившись на постель, он забыл о раздражении, вызванном необходимостью уходить от нее, а Клэр забыла о беспокойстве. Когда он занимался с ней любовью, только это и было реально.
Вместо того чтобы тратить время и ехать в Хьюстон на машине, они полетели на самолете в пятницу днем, и в аэропорту Макс взял машину напрокат. Был уже поздний вечер, но влажный воздух обволакивал, как мокрое одеяло, и Клэр издала усталый вздох. Неделя выдалась крайне насыщенной, хотя они по-настоящему ничего и не сделали. Не дожидаясь выходных, Альма звонила каждый вечер, чтобы обсудить какие-то детали, требующие немедленного решения.
Клэр закрыла глаза, желая отдохнуть по дороге в дом родителей. Принимая во внимание возбужденное состояние Альмы, она не рассчитывала лечь спать до полуночи. Предстояли невероятно долгие дискуссии относительно того, что они и так уже обсуждали бесконечно.
— Приехали, милая, — произнес Макс и дотронулся до ее руки, чтобы разбудить.
Клэр села, немного испуганная тем, что так быстро провалилась в сон. Она было вышла из машины, но снова села обратно.
— Мы не у мамы.
— Нет, — согласился Макс и потянул ее из машины.
— Ты не отказался от квартиры?
— Это показалось мне разумным. Я знал, что придется все равно приезжать сюда по делам несколько раз в год, и кроме того, мы будем навещать твоих родителей. Пока не вернется владелец, я не вижу причин отказываться от квартиры.
Клэр чувствовала странное неприятие, пока они поднимались в лифте. Она не была в его квартире с той самой ночи, когда они впервые занимались любовью. Лицо ее горело, пока Макс открывал дверь, она шагнула в элегантную прихожую, выложенную черной плиткой, с обрамленным в золото зеркалом над прелестным столиком в стиле королевы Анны. У нее сохранилось четкое воспоминание: ее белье, беспорядочно разбросанное на полу.
Макс бросил сумки там, где стоял, и запер дверь. Его взгляд обжигал.
— К твоим родственникам поедем завтра с утра.
Теперь Клэр слишком хорошо знала, что означает этот взгляд. С тяжело забившимся сердцем она отступила назад и внезапно остановилась, наткнувшись спиной на столик.
— Превосходно, — прошептал Макс, сильными руками обхватил ее за талию и подсадил на столик.
— Прямо здесь? — Клэр спрятала лицо у него на плече.
— Это мое любимое воспоминание, милая. Ты была так прекрасна… такая необузданная… готовая принять меня. Ни одну женщину я не хотел так, как тебя.
— Я себя ненавидела за это бесстыдство, — тихо призналась она.
— Бесстыдство? Ты была так прекрасна, что у меня дух захватывало.
«Прекрасна» было не тем словом, которое Клэр привыкла слышать по отношению к себе, но в ту ночь в объятиях Макса она чувствовала себя прекрасной. Она всегда будет краснеть, вспоминая ту сцену в прихожей, но станет вспоминать о ней с возбуждением и удовольствием, а не со смущением.
— Не вижу причин, почему бы тебе не быть в белом, — заметила Альма, делая пометку в пухлой записной книжке, уже наполовину исписанной напоминаниями, — сейчас же не пятидесятые. Не ослепительное белое, разумеется, — это не твой цвет, но ты всегда выглядела превосходно в кремово-золотистом.
Альма и Мартина энергично строили планы. Это была ее свадьба, но Клэр единственная оставалась спокойной. С самого приезда она слушала бесконечную болтовню, позволяя матери и сестре до посинения обсуждать детали, прежде чем они вспоминали о том, что не худо бы спросить мнение ее или Макса. Временами она смотрела на Макса, и удовольствие, отражающееся в его глазах, помогало ей оставаться рациональной.
— Свадьба должна состояться в Англии, — провозгласила Альма, задумчиво поджав губы. — Я проверила, здесь невозможно найти такую большую церковь, чтобы всем хватило места, за такое короткое время. Макс, вы уверены, что проблем с вашей церковью не возникнет?
— Абсолютно.
— Тогда оставляем Англию, и дайте знать вашей матери. А лучше оставьте мне ее номер, я позвоню сама. Подготовка будет сплошным смертоубийством. Клэр, платье придется шить здесь — после того как приедем в Англию, времени уже не будет. Придется найти огромную коробку, чтобы перевезти платье, но, уверена, портной с этим поможет.
— Я могла бы купить готовое платье в Англии, — предложила Клэр.
— И положиться на случай, рискуя не найти то, что тебе понравится? Нет, это будет ужасно. Так, мы должны быть в Англии минимум за три дня. Хорошо, за неделю. Это не доставит вашей семье неудобств, Макс?
— Ни малейших. Нас так много, что еще пару дюжин никто и не заметит. Если не возражаете, я закажу билеты на группу. У вас есть список гостей?
Альма суетливо порылась в блокноте в поисках списка и сделала Максу копию. Он бегло просмотрел список, сложил листок и убрал в карман, ни в малейшей степени не выглядя обеспокоенным из-за того, сколько людей придется перевезти в другую страну. Принимая во внимание все, что Клэр знала о больших боссах, она догадывалась, что вся организация ляжет на плечи его секретаря.
— Есть еще пара человек, но они полетят из Далласа. Я устрою так, чтобы все встретились в Нью-Йорке.
Возможно, приедут Роум и Сара, догадалась Клэр. Она увидела список и удивилась, что столько народу отправится так далеко, чтобы увидеть свадьбу. Даже Майкл и Селия собирались, а она-то думала, что после переезда из Мичигана в Аризону в трейлере они никогда уже с места не двинутся.
Ей едва хватило времени помахать Максу на прощание, как ее потащили в магазин тканей, где пристальному изучению подверглись каталоги моделей и рулоны материй. Из магазина все отправились к портнихе, и с Клэр снимали мерки, казалось, несколько часов. Затем Альма настояла на том, чтобы найти туфли к платью, поскольку уже почти июнь, а это, в свою очередь, вызвало ожесточенную конкуренцию касательно всего, связанного со свадьбами.
К моменту возвращения домой Клэр была без сил. Альма и Мартина по-прежнему оставались бодры, вероятно, из-за выброса адреналина, и Клэр стало любопытно, как они еще не свалились в обморок. Макс ждал ее и обнял надежной рукой за плечи, притягивая к себе.
— Поедем? — тихо спросил он.
Клэр закрыла глаза.
— Пожалуйста. Я так устала, что не могу думать.
Альма начала было возражать, заявив, что Клэр могла бы провести ночь дома, но взглянула на Макса и осеклась. Теперь Клэр принадлежала ему: он ясно дал это понять, хотя до свадьбы оставалось еще пять недель. Несмотря на всю его золотую красоту, в Максе была сила, которая не позволила бы никому и ничему встать между ним и женщиной, которую он выбрал.
— Это так утомительно, — вздохнула Клэр, когда они ехали к Максу.
Она сбросила туфли и пошевелила пальцами ног, гадая, придут ли они когда-нибудь в норму.
— Копать канавы и то легче, чем ходить по магазинам. Я могу отработать целый день, а потом весь вечер заниматься домашними делами, и все равно и вполовину так не устану, как сейчас. Самое ужасное — придется приезжать каждые выходные на примерки.
— Но я буду с тобой, — сказал Макс. — Если для тебя это окажется слишком, бросим все и уедем в Даллас.
— Тогда ничего не будет готово.
— По мне, пусть лучше так, чем мою жену хватит удар от усталости.
Его жену. Клэр все больше осознавала, что это действительно так, что это действительно случится. Она взглянула на жемчужно-бриллиантовое кольцо на левой руке, затем на Макса. Она так его любила, что это чувство нарастало в ней, как прилив, такое же непреклонное и вечное.
В постели она обняла его рукой за шею и прижалась к нему, блаженно вздохнув, чувствуя, как расслабляются мускулы.
Макс приласкал ее, ему нравилось ощущение ее тела в своих объятиях — там, где ей самое место. Как обычно, когда он был рядом с ней или думал о ней, ему захотелось заняться любовью, но для этого Клэр слишком устала. Он поцеловал ее в лоб и держал в объятиях, пока она не заснула.
— Всего лишь пять недель, любимая, — прошептал он в темноту.
Клэр станет его женой, и ему больше не придется терзаться беспочвенным страхом, что она ускользнет меж пальцев, как туман, тающий на солнце.
Глава 12
Клэр старательно изображала улыбку стюардессе, когда отказалась снова подлить себе чая. Они должны были приземлиться в Хитроу в течение часа; Клэр чувствовала облегчение, что долгий монотонный полет почти закончился, но внутри все трепетало всякий раз, когда она думала о встрече с семейством Макса. Она разговаривала с его матерью по телефону и почувствовала искреннюю теплоту ее поздравлений, но гадала, как пройдет испытание реальной встречей. Клэр запомнила имена его брата и сестер, так же как их супругов и кучи детей, но это была только верхушка айсбер