– Двадцать тысяч? – ошеломленно повторил Брэди.
– И знаешь, что удивительнее всего? Шум старались не поднимать, но с этими останками нужно было что-то делать, и, пока искали подходящее место, трупы сложили в подвалы Всемирного торгового центра. Клянусь тебе! Это было почти десять лет назад. Прикинь, все эти воротилы сидят на трупах! Они и сейчас там, потому что, по последним сведениям, их перевезут не ранее две тысячи второго года. Вряд ли ты что-нибудь об этом слышал!
Они уходили все дальше, вокруг уже никого не было. За стеной справа мелькнул красный огонек, и Брэди направил туда свой фонарь. Какой-то мужчина закрыл лицо от слепящего свет. Он только что закурил. За спиной у него была дверь, на пороге кто-то валялся.
Кермит отвел руку Брэди в сторону:
– Оставь их в покое.
– Что это?
– Свалка. Так они называют это место.
– Там внутри какие-то люди и… и кажется, им нехорошо.
– Сюда сползаются те, кому нужны героин, крэк и прочая дрянь, разрушающая человека изнутри и снаружи. Тут происходят вещи, о которых лучше не знать. Идем.
– В Стране Оз много наркоманов?
– К сожалению, да.
– Как они сюда попадают?
– Сценарий всегда одинаковый. Насилие в семье, ребенок убегает и оказывается на улице. Или ты теряешь работу, жену или мужа, опускаешься, и в конце концов тебя прибивает к этому берегу. Здесь хоть отбавляй трагических историй! У меня была подруга, ее звали Бонни. Она жила здесь с двумя детьми, была совершенно нищая. Потом явилась социальная служба и отобрала у нее детей.
– Вы сказали «жила». Что с ней случилось?
– Попала под поезд. Такое часто случается с теми, кто попал в Страну Оз. Что стало с ее детьми, я не знаю. А еще есть те, кого погубили наркотики. Со временем им надоедает бегать от копов и агрессивных подростков. В поисках спасения эти люди забиваются в дыры и щели, прячутся в туннелях метро. Почувствовав себя в безопасности, они заходят все дальше, пока не оказываются здесь. Зимой тут тепло, всегда есть вода, и никому нет до тебя никакого дела. Сначала ты боишься темноты, звуков, а потом привыкаешь, и однажды наступает день, когда тебе уже страшно выйти наверх.
– Они живут здесь постоянно?
– Большинство из них – да. Чтобы выжить на улице, ты должен выработать определенные рефлексы, и ты уже не можешь вернуться к нормальной жизни. Я видел бродяг, которые так долго спали на улице, что у них начиналась клаустрофобия, стоило им оказаться в четырех стенах, даже если это была уютная комната с кроватью! Когда живешь вне системы, приходится постоянно быть настороже. Ты меняешься и уже не можешь вписаться в нормальную жизнь. Обратный путь очень долгий и трудный. Многие из тех, кто перебрался сюда, наверху были уже ничем, у них ничего не осталось, им было плевать, жить или умереть. Внизу они открыли для себя другой мир, со своими законами и границами, где их никто не осуждает, – и они снова стали людьми. Все, кроме кротов.
– Кроме… кого?
– Обычно так называют всех подземных жителей, но это неправильно. Настоящие кроты живут тут с самого начала, некоторые уже лет по двадцать. Они навсегда оставили надземный мир, и чем больше тут появляется новых людей, тем дальше вглубь они уходят, чтобы их не тревожили. Они – сама память этих подземелий. Они создали свой язык, особые звуковые сигналы. Но они чудовища, и…
– Что?
– Забудь.
– Но я хочу знать!
– Мы пришли сюда из-за Руби, так давай займемся тем, что имеет к ней отношение.
Брэди с досадой покачал головой. Его странный спутник опять что-то недоговаривал. Он вдруг заметил, что, когда Кермит говорил о Руби, в его голосе звучала… нежность.
– Почему вы согласились мне помочь? – спросил он.
– Ты сам знаешь.
– Чтобы сделать доброе дело? Найти тех, кто приносит в этот мир грязь? А еще почему?
– Потому что без меня ты не справишься.
Кермит остановился, посмотрел на свои грязные ботинки, потом поднял глаза на Брэди.
– Я ее знал, – наконец признался он. – Встречался с ней два раза: на кастинге, а потом на одной вечеринке. Чудесная девушка. Растерянная, выпавшая из общества, как из гнезда, но умная, добрая, очень человечная… Она обладала именно теми качествами, которые противопоказаны в этой профессии. Руби попала в порно так же, как и многие другие: из-за денег, из-за своего парня. Но она была не приспособлена к такой жизни. Я видел ее всего два раза, но очень хорошо запомнил. Когда ты рассказал мне о том, что она покончила с собой у тебя на глазах, я подумал, что вряд ли это было случайно. Я должен тебе помочь. Ради того, какой она была. И потому, что всем остальным наплевать.
Они вышли в огромный зал с бетонными колоннами. Гулкое эхо металось под потолком, газовые лампы тускло освещали столы, старые шкафы, вещи, сваленные на полу, стены, покрытые облупившимися граффити. Перед ними был лабиринт; за его деревянными, сколоченными как попало стенами мелькали лица, освещенные колеблющимся пламенем свечей, и лачуги, крытые газетами, дырявыми покрывалами и отсыревшими картонными коробками. Пахло разогретой фасолью в томатном соусе. Ряды убогих жилищ тянулись вдоль двух широких проходов.
– Не вздумай пялиться по сторонам, – предупредил Кермит. – Веди себя тихо. Тут все психи и параноики. Любое неосторожное слово, и все может кончиться очень плохо.
Брэди шел по пятам за Кермитом, ему казалось, что он среди декораций к фильму о конце света. Впереди была видна стальная лестница, поднимавшаяся к нависавшей над путями бывшей диспетчерской.
– Это и есть та самая вышка? – спросил он.
– Совершенно верно. Дом, милый дом. Там есть настоящая кровать и даже душ! Она принадлежит Хеккеру. Он тут главный, его все слушаются. За крохи комфорта толпятся у дверей и готовы исполнить любое его желание. Те парни, которых мы видели, собираются устроить тут государственный переворот, и это очень плохая идея.
– Трое против одного?
– Хеккер очень непрост, он умеет заставить слушаться. Очень многие будут его защищать. Здесь, внизу, не любят перемен.
Кермит огляделся.
– Что вы ищете? Я хочу вам помочь, – сказал Брэди.
– Толпу, которая начинает собираться вокруг трех доходяг.
– Что-нибудь в этом роде? – спросил Брэди, кивая в сторону, туда, где в бочке горел огонь.
Несколько человек в шерстяных шапках и грязных кепках окружало троих очень худых мужчин. Их глаза горели, но лица были бесстрастны. Все трое были разного роста, высокий, средний и низкий; при других обстоятельствах это выглядело бы даже смешно. Один из них обращался к собравшимся с речью. Грубое, будто высеченное топором лицо избороздили глубокие морщины.
Горящие глаза уставились на Брэди.
– Это Кермит! – воскликнул самый низкий.
– Кермит, и с ним Тень, – сказал тот, кто не сводил глаз с Брэди.
– Привет, ребята, – сказал Кермит.
– Кого это ты нам привел? – спросил средний.
– Никого. Это мой друг.
Брэди с тревогой посмотрел на Кермита. Что значит: привел нам? В качестве… подарка?
– Мы не любим твоих друзей! – холодно сказал низкий.
– Потому что их не так-то просто заполучить? – спросил Кермит. – Я слышал, вы собираетесь захватить Вышку.
– Новости распространяются быстро, – заметил высокий.
– Присоединяйся к нам, – добавил низкий.
– Вы же знаете, я не вмешиваюсь в местные дела. Поэтому мне здесь всегда рады.
– Если мы победим, у тебя будет власть. Женщины… – сказал низкий.
– Хватит, Ноуз. Кстати о женщинах: вы в последнее время торговали с Тенями?
Высокий зашипел, как кошка.
– Термит отобрал у нас рынок! – раздраженно сказал он.
– Спокойно, Трубка! – сквозь зубы приказал Ноуз.
Шестеро человек, стоявших вокруг, ловили каждое слово, хотя выглядели они какими-то вялыми, одуревшими – то ли от наркотиков, то ли от жизни под землей.
– Значит, с Тенями торгует только Термит? – спросил Кермит.
– Если речь о девочках, то да, – ответил Ноуз, а Трубка добавил:
– Ты пришел к нам за информацией? А что ты за нее дашь?
– Вы не знаете того, что мне нужно. Придется поговорить с Термитом.
– Мы тебе все сказали! Теперь заплати нам.
– Вот, этого должно хватить, – ответил Кермит и показал средний палец.
– Сволочь! – воскликнул Трубка. – Мы еще до тебя доберемся!
Кермит пошел прочь, Брэди поспешил за ним. Когда они отошли подальше, он спросил:
– Кто такие Тени?
– Люди с поверхности. Например, ты.
– А Термит?
Кермит перешагнул большую трубу и указал на проход, уходивший во тьму:
– Чтобы до него добраться, нужно спуститься на самое дно. И это чертовски плохая новость.
36
Лестницы, узкие проходы, низкие грязные коридоры, мостки: Брэди спускался в ад. Они шли по туннелю вдоль путей, за поворотом раздался скрежет и грохот колес, мимо пронеслась вспышка ослепительного света. Металлический червь, мчавшийся в недрах Большого Яблока, заставил Брэди и Кермита прижаться к стене.
Брэди спросил:
– Мне показалось или вы в несколько напряженных отношениях с этими парнями?
– Они мне не нравятся. Они опасны. Вероятно, в их венах наркотиков больше, чем крови! Если власть над Страной Оз попадет к ним в руки, она превратится в ад. Но их, скорее всего, убьют.
– Кто такой Термит?
– Недостающее звено.
– Между человеком и обезьяной?
– Нет, между человеком и людьми-кротами. Термит торгует женщинами и время от времени выходит наверх, чтобы встретиться с Тенями. Нам нужно вытрясти из него имя того, с кем он ведет дела.
– Похоже, тут тоже процветает проституция…
– В подземелье быть женщиной труднее, чем где-то еще. Здесь у всех есть или парень, или сутенер. В Страну Оз просочились те же пороки, от которых страдает все человечество, в том числе и жажда плотских утех, и насилие. В мире, лишенном закона и морали, люди опускаются.
– Так Термит сутенер?
– Он скорее посредник между здешними девицами, которым нужны деньги, и мужчинами с поверхности, которые ищут тех, кто готов на все. Наверху не всякая проститутка согласится на то, чего они хотят. А здешние женщины непривередливы.