– Не могу, – согласился он. – Но я мог спасти хотя бы одну жизнь.
Легкие пальцы Агнессы скользнули вниз по шее, по ключице и погладили родинку в форме звезды.
– А это, насколько я понимаю, твоя плата… Кто она?
Как бы Агнесса ни старалась скрыть свои чувства, я услышала в ее голосе ревность. Все-таки я тоже была женщиной, меня ей было не провести. Глаза Тёрна потемнели.
– Она еще ребенок.
– Да? И когда ей исполнится восемнадцать?
– Исполнилось. Вчера.
Магичка побледнела сильнее и закусила губу.
– И она до сих пор не с тобой? Сколько же ты сил тратишь, дуралей, пытаясь удержать статус-кво? Мне что, самой тебе лекцию прочитать, магистр? Или ты забыл? Ты сейчас закручиваешь магию…
– Точно пружину, – улыбнулся Тёрн. – Я помню, двоечница.
Не удержавшись, он обвел указательным пальцем контур ее нижней губы, припухшей от слез.
– И она сорвется! И размажет тебя! – разозлилась Агнесса, сжав с силой его руку. – Забери девочку!
– Не могу. Она дитя. – Тёрн повел плечом, будто говорил о чем-то само собой разумеющемся. – Что я буду с ней делать? Вернее… Ты знаешь, чем все закончится, когда я ее заберу…
Взгляд зеленых ярких глаз схлестнулся с темным, обсидиановым.
– Она останется дома, – сказал Тёрн.
И я снова услышала в его голосе суровые, жесткие нотки.
– У тебя не хватит сил…
– Сил у меня достаточно! – повторил он то же, что и прежде.
Сказал так, словно поставил точку в разговоре, и Агнесса это поняла.
– Наверное, я должна тебя ненавидеть, – прошептала она. – Но мы никогда друг другу ничего не обещали… И все же… Когда я получила твое письмо, я подумала… Тёрн! Проклятие, Тёрн! Меня сейчас разорвет от ревности!
– Не нужно, Несси, – мягко сказал он.
Он приподнял ее лицо за подбородок. Агнесса сердито мотнула головой, но, когда он, вздохнув, отодвинулся, сама обвила руками его шею.
– Глупый. Невозможно глупый и упрямый. Я тебя тоже не люблю, так и знай!
А следом… Меня будто ударило током – такого я точно не желала видеть, но считаных секунд хватило, чтобы почувствовать все. Разделить их жар. Это было… совсем иначе, чем у нас с Даниелем. Я и разглядела-то самую малость, но кровь бросилась к щекам, и внизу живота стало горячо.
Рыжие волосы, разметавшиеся по подушке, сияли, точно пламя, но фарфоровое личико от страсти не раскраснелось, а, наоборот, сделалось еще бледнее. И стонала она вовсе не от боли.
– Не останавливайся, – просила она задыхаясь. – Только не останавливайся…
И потом прижала тонкие пальцы к губам, силясь удержать рвущийся крик…
Я вынырнула из видения, обливаясь потом, и дышала так же часто, как Агнесса. Мне показалось, что я даже вскрикнула, как она. Покосилась на Тёрна, уверенная, что он услышал и очнулся, но колдун только пошевелился во сне.
Оставалось еще несколько исписанных листов, но я их ненадолго отложила и задумалась.
С детства я привыкла видеть в Тёрне человека намного старше себя. Он казался мне стариком: в сознании навсегда запечатлелся тот самый первый образ, когда я в пятилетнем возрасте увидела колдуна. Но годы шли, я взрослела, а он не менялся.
А теперь я посмотрела на него глазами Агнессы. И… О боги… Она считала его красивым! Желала его поцелуев! Она отдавалась ему с таким пылом, что я сама до сих пор горела, как в лихорадке.
Тёрн спал, а я подобралась поближе, чтобы внимательно его рассмотреть. И – вот так открытие – никаким стариком он не был. Но и юнцом, вроде моего брата Верна, тоже. Наверное, по человеческим меркам ему было лет тридцать. Его портило то, что он постоянно хмурился, но сейчас, во сне, его лицо разгладилось, сделалось спокойным и оттого выглядело особенно молодо. Острые скулы, прямой нос, тонкие черные брови.
Я поймала себя на том, что тяну палец к этой брови, чтобы погладить, и сама от себя обомлела. Переползла к противоположному краю тахты, прижимая к груди листы, и продолжила чтение.
Глава 27
Агнесса сидела, поджав под себя ноги, завернувшись в покрывало. В руках она держала бокал с горячим вином. На кухне пахло пряностями. Когда магичка пошевелилась, в складках ткани мелькнуло обнаженное бедро. Агнесса поймала на себе взгляд Тёрна, но нисколько не смутилась и улыбнулась в ответ.
– Рассказывай, – сказала она. – Зачем я тебе понадобилась после стольких лет?
– Несси, я не мог просить тебя приехать раньше, – нахмурился колдун, уловив в этих словах упрек. – Глор стал слишком опасным местом для магов…
Но остановился, заметив лукавый взгляд из-под ресниц: догадался, что Агнесса дразнит его. Смутился на секунду, а потом вернул лицу суровое выра – жение.
– Я попытаюсь закрыть Разлом. Но мне нужна помощь.
Агнесса вмиг сделалась серьезной. Подобралась и села, устремив на Тёрна внимательный взгляд. Ей было все равно, что покрывало сползло, обнажив плечи, а колдун замер, лаская взглядом нежную кожу. Магичка заметила это и рассмеялась.
– Не отвлекайся! Так что там с Разломом? Неужели ты думаешь, что можно его закрыть? После стольких лет борьбы? И значит…
Она, задумавшись, закусила губу.
– Значит, если получится в Глоре, то потом то же самое мы сможем повторить и в Блироне? И в Барке?
Колдун кивнул.
– О, Тёрн! Неужели такое возможно?
Глаза Агнессы горели от восторга. Она полностью доверяла Тёрну и даже не предполагала, что что-то пойдет не так.
А я могла только безмолвно и бессильно наблюдать со стороны. Я ничего не могла изменить в судьбе Агнессы. Рыжеволосая магичка еще не знала, что жить ей осталось несколько дней.
– Возможно. Но, конечно, не за один день. Сначала мне нужно кое-что проверить на месте.
Тёрн объяснял Агнессе план, и в этих коротких фразах я снова узнавала строгого колдуна. Агнесса внимательно слушала, сжав губы и прищурив глаза.
А я, незримо присутствующая при разговоре, не понимала и половины сказанного, потому что Тёрн использовал термины и формулы, незнакомые мне. Говорил что-то вроде:
– Применим «Лепесток розы», тогда пространство не свернется.
А магичка морщила нос и отвечала:
– Слишком энергозатратно. Попробуем «Острие клинка».
Оба из любовников превратились в профессионалов. Колдун прислушивался к ее советам, иногда соглашаясь, иногда отклоняя, последнее слово все-таки оставалось за ним.
Я поняла только то, что они должны были подъехать к северной крепости – к Улитке. Ее называли так, потому что крепость была самой маленькой из всех и буквально лепилась к скалам. От нее до границы Тени меньше километра.
Тёрн и Агнесса в сопровождении небольшого отряда подберутся к узкому краю Разлома. Решили, что выгадают время так, чтобы оказаться у Разлома в полдень: когда солнце стоит высоко в небе, случаи появления миражей редки. Тёрн пообещал командиру крепости, что в награду за помощь зарядит магией два десятка мечей, а также привезет с собой несколько амулетов. Агнесса останется на подстраховке – станет глазами и ушами колдуна, а сам Тёрн попытается войти в Разлом, чтобы опробовать на месте составленное им заклинание.
– Мне понадобится не больше минуты. Главное – продержаться это время. А после возвращаемся.
– А если заклинание сработает так, как надо? – глаза Агнессы зажглись энтузиазмом. – Может быть, попробуем сразу закрыть Разлом?
– Нет, – Тёрн произнес слово так, что стало понятно: это не обсуждается. – Это только первый шаг. Еще очень многое нужно проверить. Если будут доказательства, я смогу связаться с магами Блирона, тогда, возможно, они откликнутся…
Колдун резко замолчал, но Агнесса уже обо всем догадалась.
– Ты просил о помощи! И никто не откликнулся, кроме меня!
– Их можно понять, – сухо произнес Тёрн. – После геноцида магов в Глоре только сумасшедший вернется сюда по доброй воле…
– Но ты не сумасшедший, – мягко сказала Агнесса.
Она встала коленями на скамейку, потянулась, чтобы обнять его. Покрывало скользнуло по ее телу, упало на пол. Агнесса, беленькая и хрупкая, прижималась к Тёрну и, совершенно этого не стесняясь, целовала его щеки и губы. Она казалась беззащитной рядом с черным силуэтом колдуна, но Тёрн, несмотря на свой зловещий вид, сейчас был совсем не страшен. Наоборот… Растерян и нежен…
– У тебя нет выбора, – шептала Агнесса. – Если бы ты только мог все бросить… Эти людишки сразу поняли бы, каково это – остаться один на один с миражами…
Взгляд Тёрна затвердел.
– Даже если бы выбор был. Как бы я мог уйти?
Глава 28
Договорились, что покинут Фловер вечером, чтобы утром подъехать к Улитке. Магам сон не так необходим, как обычным людям.
Я, сидя с листами на коленях, вдруг догадалась, что Тёрн практически не спал с того самого дня. И когда я открыла дверь с миражом, пришел на выручку так быстро именно потому, что не потерял бдительности. Наверное, он не мог уснуть, бесконечно терзая себя мыслями: а что если бы я поступил так, а не иначе? Возможно, Агнесса была бы до сих пор жива…
Сначала все шло так, как задумывалось. Командир крепости хоть и не горел от радости, встречая колдуна, но все же был вежлив и свое слово сдержал: в обмен на заряженные мечи и амулеты предоставил Тёрну отряд в тридцать воинов.
– Больше выделить не получится, – сдержанно объяснил он, – Улитка – небольшая крепость, и я не могу ослабить дозоры.
Из тридцати мужчин набралось меньше десятка опытных служилых, остальные оказались зелеными рекрутами. Мальчишки сжимали оружие так неуверенно, словно и в деле никогда не бывали. Да и на колдуна косились так, будто он пострашнее миражей будет. На рыжеволосую магичку, правда, поглядывали с восторгом.
– Давай я с ними поговорю, – прошептала Агнесса, наклонившись к Тёрну: увидела, как тот хмурится, разглядывая горе-вояк.
Она изложила план, и опасная вылазка к самой границе Тени в устах очаровательной женщины превратилась для слушающих ее юнцов в захватывающее приключение. Да что там, эти мальчишки готовы были нырнуть в Разлом вслед за ней.