Ее поразительные глаза показались Меган знакомыми, она подумала, что встречалась с этой красоткой где-то раньше, но так и не смогла вспомнить, где именно.
– Благодарю вас, я добралась нормально, хотя и рассчитывала приехать на полчаса раньше. Ничего не поделаешь, все шоссе запружены автомобилями! – ответила наконец Меган. – Может быть, сразу же пройдем в библиотеку?
– Сегодня вам не придется работать, так что не расстраивайтесь из-за своего незначительного опоздания. Я чувствую, что вам нравится разбирать книги. Вы, наверное, много читаете? – промолвила Алессандра, поправив упавший ей на лоб волнистый локон песочного цвета.
– Любовь к чтению возникла у меня уже в раннем детстве, – ответила Меган. – И когда мне исполнилось десять лет, я знала наверняка, что стану библиотекаршей. Я понимала, что это не слишком престижное занятие, но это меня не смущало. Книги оказывали на меня магическое воздействие, в их окружении я преображалась, представляя себя то королевой, то волшебной феей. Возможно, моя мечтательность объяснялась тем, что я была единственным ребенком у своих родителей. Мама родила меня, когда ей было уже сорок. Вы меня понимаете?
– Мне трудно вас понять, поскольку я была восьмой дочкой у своих родителей, – сказала Алессандра.
– У меня такое ощущение, что я вас уже где-то видела, – призналась Меган.
– Вряд ли, – покачав головой, промолвила Алессандра. – Впрочем, мои фотографии украшали обложки многих модных журналов, ведь я долгое время работала манекенщицей.
– Ах так вот оно что! – воскликнула Меган. – Ну тогда все понятно. Я обожаю смотреть на снимки красивых девушек.
– У вас чудесные волосы, вы тоже вполне могли бы рекламировать различные средства ухода за ними, – сказала Алессандра и погладила Меган по голове. – Они у вас вьющиеся от природы?
– Да, конечно! Но мне бы хотелось иметь такие волосы, как у вас, – сказала Меган, с завистью глядя на шелковистые локоны блондинки, ниспадающие на ее покатые плечи.
– В самом деле? Странно. Мне кажется, вам просто недостает макияжа. Если вам подкрасить глаза, вы сразу станете выглядеть гораздо эффектнее.
Смущенная неожиданным комплиментом, Меган зарделась и, потупив взгляд, произнесла:
– Сомневаюсь, что даже моя родная мама считала меня красивой. Но все равно, спасибо за такую оценку моей внешности и добрый совет. Честно говоря, я никогда не видела большого смысла в использовании косметики, поскольку всякий раз, когда я пытаюсь сделать себе макияж, я становлюсь похожей на куклу.
– Я научу вас, как следует правильно гримироваться, пока вы будете здесь жить, – сказала Алессандра. – Поверьте, что немного румян, помады и туши вам не повредит. Как видите, у нас уже наметилась программа совместного времяпрепровождения. Думаю, что мы подружимся. Позвольте мне показать вам дом!
– Вряд ли у меня будет много свободного времени, – робко возразила Меган, следуя за ней. – Мне предстоит сделать огромную работу.
– Чепуха! Фабрицио не позволит, чтобы вы чахли в библиотеке по вечерам и выходным, – сказала блондинка.
– Мне показалось, что именно на это он и рассчитывает, – сказала Меган. – Ведь он сразу же предупредил меня, что я не смогу уезжать домой на субботу и воскресенье. Это оговорено в договоре.
Алессандра скорчила жалостливую физиономию:
– Бедняжка, как он вас напугал! Вы просто неверно его поняли, он подразумевал, что отдыхать вам предстоит в нашей компании. Здесь редко бывают новые люди, так что ваше появление привнесет в нашу жизнь разнообразие.
– Я вас понимаю, – промолвила Меган, хотя и сомневалась в том, что избалованные богачи сочтут ее интересной собеседницей и примут в свой узкий круг. Алессандра продолжала нести милую чушь, пока они наконец не очутились в спальне, где Меган ожидали ее нераспакованные чемоданы.
– Ужинаем мы обычно в восемь, – сказала Алессандра, сообразив, что пора оставить гостью одну. – Но встречаемся загодя, минут за пятнадцать, в малой гостиной, чтобы выпить аперитив и поболтать.
– А в чем следует являться на ужин? – спросила Меган.
– Да в чем угодно! Надевать вечернее платье вовсе не обязательно, – хихикнув, ответила Алессандра.
Меган натянуто улыбнулась, не удовлетворенная таким ответом. Она боялась осрамиться, показав всем свое невежество в этикете в первый же вечер. Попрощавшись с Алессандрой, Меган разобрала багаж и, развесив одежду в шкафу, пошла принимать ванну. Насладившись этой приятной процедурой и немного вздремнув, она надела незамысловатое сиреневое платье с треугольным вырезом на груди и в мелкий цветочек, черные туфельки и, оставшись довольна своим обликом, вышла в коридор.
Дорогу в малую гостиную ей любезно подсказала служанка, соткавшаяся из воздуха, как только она спустилась по лестнице и очутилась в холле. Войдя в гостиную, Меган увидела, что там уже собрались пять человек. Фабрицио, беседовавший о чем-то со своим приятелем-блондином, улыбнулся и, кивнув, помахал ей рукой.
Меган впервые видела итальянца со светлыми волосами, поэтому непроизвольно окинула его изучающим взглядом. Близкий друг и личный секретарь Фабрицио ИВ был высок ростом, однако выглядел очень привлекательно. Он был широк в плечах и обладал мощной мускулатурой, которую не мог скрыть даже пиджак. Галантно поцеловав Меган руку, он негромко произнес:
– Рад с вами познакомиться! Мы все с нетерпением ожидали вашего приезда. Добро пожаловать в нашу семью!
Меган поразили не столько эти слова, сколько холодный взгляд его голубых глаз. Она почувствовала, что по спине у нее поползли мурашки, но не подала виду, что смущена, и любезно улыбнулась в ответ.
– Что желаете выпить? – спросил Франко.
Меган замялась, не уверенная, что в этом кругу принято пить по вечерам легкое светлое пиво, как это делали дружки Ника, собираясь по субботам в пабе. Она покосилась на Леонору, одетую в облегающее черное платье, перевела взгляд на Алессандру, красовавшуюся в оранжевом платье для коктейлей и туфельках на шпильках, и неуверенно ответила, что выпила бы немного хереса.
Франко незамедлительно вновь поставил ее в тупик, попросив уточнить, какого именно – сухого или сладкого – хереса ей хочется отведать. К счастью, ей на помощь пришел Фабрицио, предложив продегустировать испанский херес.
– Он очень хорош со льдом, вам этот напиток придется по вкусу, – добавил он и подал знак лакею откупорить новую бутылку.
– Пожалуй, я последую вашему совету, – сказала Меган, хотя и не была уверена, что испанский херес нужно употреблять со льдом. Она вообще не увлекалась алкогольными напитками и плохо в них разбиралась. Лакей подал ей на подносе наполненный бокал, она сделала большой глоток и, поперхнувшись, раскашлялась так, что на глазах у нее выступили слезы. Херес показался ей чересчур сухим и обжег ей горло и язык.
Алессандра рассыпчато расхохоталась и дала ей совет:
– Его следует пить маленькими глоточками, а не залпом. Это относится ко всем сухим винам, особенно белым. Надеюсь, что со временем вы полюбите их.
Меган растерянно улыбнулась и сделала еще глоточек.
– Вы быстро учитесь, – похвалил ее Фабрицио. – Позвольте мне сопроводить вас в столовую. За ужином нам подадут не менее изысканные вина.
За столом разговор шел главным образом о лошадях Леоноры и их шансах на призовые места в предстоящих соревнованиях. Ренато шепотом поинтересовался у Меган, давно ли она работает библиотекарем, а Леонора спросила, не собирается ли она пригласить в усадьбу своего друга Ника.
– Нет, у него сейчас много работы, – уклончиво ответила Меган, решив умолчать о том, что они с Ником вдрызг разругались.
– Может быть, он обиделся на вас за то, что вы оставили его на полгода? Он у вас, вероятно, ревнивый? – не унималась Леонора. – Но так или иначе, ему придется смириться с тем, что в Линкольн вы вернетесь совершенно другим человеком. Шесть месяцев не шуточный срок.
– Я вас не понимаю, – растерянно промолвила Меган. – Почему я вернусь домой другим человеком? Переутомлюсь и изменюсь до неузнаваемости?
– Просто потому, что на протяжении шести месяцев вы будете находиться среди нас, – непринужденно пояснил ей за сестру Фабрицио. – Уже сегодня вы попробовали новые вина и блюда. Каждый день, проведенный здесь, будет непременно приносить вам свежие впечатления. Поэтому вы вернетесь к Нику уже не той девушкой, которую он знал. Мне кажется, что это нормально, ведь все мы с годами изменяемся. Не правда ли, друзья? – Он обвел взглядом собравшихся за столом. Все уставились на Меган.
Ощутив на себе их пристальные взгляды, она почувствовала себя крайне неловко. Молчание затягивалось, и Меган, собравшись с духом, нарушила его, воскликнув:
– Постараюсь не быть вам в тягость!
Все рассмеялись, посчитав ее искренние слова шуткой.
– Вот и чудесно! – удовлетворенно сказал Фабрицио. – Похоже, мы уже наладили взаимопонимание. А теперь, если желаете, можете идти спать. Ведь вы, как я полагаю, устали после долгой поездки в автомобиле.
– Вы правы, я действительно устала и хочу лечь спать пораньше, чтобы завтра утром встать здоровой и бодрой. Благодарю вас за теплый прием и замечательное угощение. Херес мне очень понравился, надеюсь, что мне подадут его и завтра вечером.
Фабрицио улыбнулся и кивнул, скользнув по ее фигуре масленым взглядом. Меган сглотнула подступивший к горлу ком и поспешила удалиться. Ложась в постель, она пыталась внушить себе, что никакого вожделения в глазах Фабрицио вовсе не было или же он смотрел на Алессандру. К счастью, вино и легкая усталость смягчили ее волнение, и она быстро погрузилась в сон. Ей приснились лазурное небо Италии и бирюзовое море.
После ухода Меган из столовой Фабрицио вновь оглядел всех сидевших за столом и спросил:
– Ну, и что вы теперь о ней думаете?
– По-моему, нам с ней чрезвычайно повезло! Не могу дождаться, когда мы начнем ее развращать! – воскликнула Леонора. – Она еще совсем наивная, но, похоже, хочет нам понравиться. А что скажешь ты, Ренато?