- Надо бы постараться. Гроза намечается.
- Разве?
Поднимаю глаза в чистое, голубое небо, на котором не нет и облачка, и отмахиваюсь , уверенная, что он набивает себе сверху один-два медяка.
Вот только я не представляю, как сильно ошибаюсь.
Глава 42
Забираюсь с ногами на краю телеги, подтягивая юбку. Вокруг меня громоздятся мешки, корзины и свёртки — результат нашего плодотворного похода.
- Н-но, костлявые!
Две упитанные кобылки со скрипом сдвигают с места телегу, с завистью глядя на породистых коней боевиков. Напоследок глубоко вдыхаю воздух, напитанный ароматами свежего хлеба, пряностей и сушёных трав, и прижимаю к себе кошель и мешочек с вырученными за обручальное кольцо монетами.
- Ох и набрали вы, - укоризненно ворчит старичок на козлах. - Куда ж вам столько? Праздник решили устроить для всей деревни?
На мгновение теряюсь с ответом, прикидывая, стоит ли вступать в полемику, но на помощь неожиданно приходят Крис с Зиком.
- Так дедушка, приказ лорда-ректора, - с добродушной ухмылкой отвечает блондин.
- А приказы следует выполнять, а не обсуждать, - поучительно добавляет Зик.
- И то верно, - вздыхает мужичок, а я сдерживаю улыбку и украдкой бросаю взгляды на их стройные фигуры.
Надеюсь, они будут хорошими мужьями и образцовыми семьянинами. А своих жён будут любить, холить и лелеять.
Однако моё умиротворённое настроение сменяется на полное дурных предчувствий. Небо над нами постепенно затягивается тучами. Яркая синева уступает место серым, тяжёлым облакам.
Воздух становится влажным и душным, а ветер усиливается, принося с собой запах надвигающейся грозы.
- Да как так-то? - всплёскиваю руками и встревоженно оглядываю поклажу. Если дождь зальёт припасы, особенно крупу и муку, они ведь пропадут! И накрыть нечем, погода совсем не располагала к дождю.
- Ох, не к добру это, леди, - ворчит старичок. - Гроза идёт. А мы и так еле плетёмся с этим грузом. Надо бы поторопиться, да куда там… Боюсь, придётся искать место, где переждать непогоду.
- И чего я вас не послушала? - вздыхаю, мысленно распекая себя за недогадливость. Он ведь предупреждал.
- Сразу видно, вы не местные, - невесело хмыкает мужичок. - Всегда так. Если с утра стоит ясная погода без единого облачка, к вечеру жди подвох. Но молодёжь же умная, старых да мудрых не слушает.
Предпочитаю отмолчаться, но тут же тихо вскрикиваю, когда вдалеке раздаётся первый раскат грома. Потом ещё один, но гораздо ближе. Впереди конца и края не видно, до Змеиной Пасти часа два ходу, а то и все три. А справа лишь бесконечная полоска леса.
При мысли о том, что придётся пережидать грозу в пугающем лесном полумраке, я вздрагиваю и обхватываю руками плечи.
- Боюсь, у нас нет выбора! - перекрикивает ветер Зик. - Нам лучше свернуть в лес. Здесь в нас может ударить молния, а там переждём непогоду под деревьями.
- Вы ж боевые маги! - возражаю, потому что от мысли про лес волосы встают дыбом. - Разве вы не можете сделать щит или как-то защитить телегу с лошадьми? Всяко безопаснее, чем подозрительные леса.
- Создание и поддержание магического щита на длительное время требует огромных затрат энергии, - спокойно отвечает Крис и, кажется, мой вопрос их совершенно не обидел. - Мы не знаем, сколько продлится гроза.
- Часа три минимум, - добавляет масла в огонь старичок, но увидев, что лошади боевиков сворачивают с дороги, тут же идёт в обратку. - Нет-нет, господа маги, туда нельзя! Сами знаете, ежели не зазря учились.
Его слова только усиливают мой страх. Подаюсь вперёд, пытаясь расспросить подробнее:
- А почему нельзя? Дикие звери в непогоду прячутся по норам.
Старичок поднимает палец вверх и глубокомысленно изрекает:
- Они не прячутся.
- Да кто они?
- Хватит! - громким окриком Зик вмешивается в разговор. - Нечего стращать молодую леди. И звери в норах, и они по укрытиям. Оставь пустые байки для посиделок у костра.
Телега сворачивает с дороги и медленно, рискуя застрять в любой момент, приближается к тёмной стене деревьев. По мере того как мы сокращаем расстояние, температура воздуха падает, окутывая нас могильным холодом.
- Стоять! - Крис, пробирающийся первым через высокую траву, замирает, подняв правую руку в воздух.
Зику хватает секунды, чтобы, как старшему, принять решение.
- Крис, на позицию! Вы двое, марш под телегу и чтоб носа не показывали!
Лошади волнуются, с неба падают первые капли - тяжёлые, мокрые и холодные, от которых ткань темнеет и быстро намокает.
Приподнявшись, чтобы спрыгнуть, на секунду замираю и наконец, понимаю, кто такие, эти загадочные “они”.
Глава 43
Лорд Эйвар Эллеринг
Раздав задания боевикам, возвращаюсь в усадьбу и ещё на подходе слышу истошные визги Элизабет.
- Милорд, помогите! Там ОНО!
Бежит ко мне по тропинке, спотыкаясь и шлёпая босыми ногами. Глаза влажные от слёз, губы яркие, припухшие, будто искусанные. Сочная грудь, не стянутая исподним, призывно колышется под воздушной тканью розового платья.
Только мне уже приелись её прелести.
Бросается мне на шею, повиснув как нескладная, тряпичная кукла, вызывая в голове лишь одно желание - оттолкнуть, чтобы не липла, обдавая приторным запахом духов.
- Какое, к демонам, оно? - холодно спрашиваю у нахалки, с наслаждением отдирая её влажные пальцы от лацканов камзола.
- Эйвар, родной! Оно шуршит на кухне! Это Виктория его приманила! Я уверена! Она хочет меня напугать! Ревнует! Завидуе-е-ет! - скулит дурочка, заглядывая в мои глаза, будто побитая болонка.
Вместо жалости, которую так отчаянно ждёт Лиззи, я испытываю лишь глухое раздражение. Пронзительные вопли и истеричные всхлипы вызывают откровенную брезгливость.
И уже не раз себя проклял за то, что дал слабину и разрешил ей поехать со мной. Но я запечатал дар Виктории, а мне нужен был ещё один целитель.
Велел быть тише воды, ниже травы, всем видом показывал, как сильно она надоела, но бесполезно!
Цепляется за меня будто клещ. Усиленно делает вид, словно не понимает, что всё, что мне было надо - это безотказное девичье тело.
Стиснув зубы, резким движением отстраняю назойливую дуру.
В кого она уродилась?
Никогда бы не поверил в их родство с прежней Викторией до того, как я узнал о предательстве жены.
Довольно!
Гнев вспыхивает в груди подобно спичке. За секунду разгорается в адское пламя, что воскрешает неприятные воспоминания и грозит вырваться наружу.
- Да заткнись ты наконец! - рычу на неё, в ярости сжимая хрупкие плечики. - Это домовой дух. Хранитель. Посмеешь его хоть как-то обидеть - вышвырну из дома. Будешь ночевать за забором.
Лиззи что-то жалобно пищит, но мне глубоко плевать. Спешу на кухню и в дверях сталкиваюсь с Домовладыкой.
- Хозяин, я честно не хотел обидеть молодую леди, всего лишь спросил, что она желает на завтрак. Кто ж знал, что она такая пугливая?
- Верю, - отмахиваюсь и иду на кухню.
В горле пересохло и нестерпимо мучает жажда. Домовой дух следует за мной и, обогнав меня в дверях, уже наполняет кружку чистой водой из подземной скважины.
- Где Виктория? - спрашиваю лишь из вежливости. Уж больно вывела меня из себя панибратством с деревенскими.
Рисуется передо мной, провоцирует, играет в недотрогу. А сбежавший зверь по какой-то причине потворствует её капризам.
- С утра дома была, - пожимает соломенными плечами, а сам незаметно отводит дыры-глазницы в сторону.
Что-то здесь нечисто. К тому же эти двое успели подружиться.
- А сейчас? - делаю шаг, спрашивая обманчиво спокойно.
Неужто снова задумала какое-то возмутительное безрассудство?
- Не видел, - бурчит Домовладыка, и чувствую - не врёт.
- Ты уверен, что не знаешь, где она? - голос звучит тихо, но в нём звенит сталь. - Может быть, она что-то говорила?
Дух испуганно трепещет, опуская голову:
- С утра её не видел, но слышал, что она очень хотела попасть в соседний город. Однако зная Викторию, она…
- Ни черта ты её не знаешь! - озлобленно рявкаю на притихшего духа и вижу в отражении зеркала, как на лице проступают желваки, выдавая закипающий гнев.
Проходит час, и я ловлю себя на том, что не могу найти себе места.
Мысли упорно возвращаются к Виктории.
Где она?
Почему так долго?
Встретила кумушек и языками чешут?
Подсознание подбрасывает более тревожные варианты, которые я решительно отметаю прочь. Проговариваю вслух, выбрасывая из головы ненужное беспокойство.
- Ничего с ней не случилось. А вернётся - устрою разнос. И плевать, что я сам отправил её в Змеиную Пасть, пока я здесь - чтоб никакого самодурства!
Проходит ещё два часа, и небо заволакивает тучами. Зик и Крис ещё не вернулись, и я сам иду к старосте.
- Они... ещё не прибыли, милорд, - вздыхает и мнётся мужик. Неловко ему разговаривать с власть имущим. Поглядывает на небо и, пораскинув мозгами, добавляет, - Митри телегу привёз, ваши парни уже разобрали. А те двое в городе задержались.
Прибью.
Но сначала заставлю вручную огороды перепахать.
- С ними сам разберусь, - хмуро цежу сквозь зубы. - Супругу мою не видели?
Староста мотает головой, а вот его жена, выбежавшая погреть уши, любезно подсказывает:
- Так уехала с вашими. Митри сказал, из-за неё и задержались.
Глава 44
Ярость клокочет, выплёскиваясь наружу, будто раскалённая лава, сжигающая всё на своём пути.
Да как она посмела?
В этом вся Виктория!
Лживая и насквозь прогнившая, для которой такая мелочь - нарушить мой запрет. Кулаки сжимаются так сильно, что ногти впиваются в ладони, оставляя кровавые следы.
- Может, скоро будут? - робко интересуется староста. Прикладывает натруженную ладонь козырьком ко лбу и всматривается в даль.
Зря.
Никого там нет.
- Милорд, - подаёт голос его нахальная жена, - может отправить кого-нибудь на быстрой лошадке к ним навстречу? У вас вон какие кони! Выносливые, породистые.