— Эй! — возмутилась Рэйнбоу.
Ты спешился, но руку с шеи аликорницы так и не убрал.
— Не давай ей себя подначивать.
— Я пытаюсь, — фыркнула Селестия, — но всё равно не могу спокойно слушать, как она тебя оскорбляет! Я... я не знаю почему, но кровь у меня от этого закипает. Я не стану этого терпеть!
— Ничего страшного, ты только глупостей не наделай. И помни, время нас поджимает. Нужно успеть до заката.
— Эй! А вот это уже ни в какие ворота! Завязывайте шептаться и обратите на меня хоть чуть-чуть внимания!
— Как пожелаешь. — Селестия расправила крылья и приготовилась к броску.
Рэйнбоу ухмыльнулась и встала на изготовку.
— Вот это другое дело! Надеюсь, ты готова проиграть! Но прежде чем мы начнём, я хочу сказать кое-что ещё!
Пегаска покружила, подыскивая лишённый растительности пятачок, на который и приземлилась. Она выпятила грудь, сделала глубокий вдох и заговорила:
Молчание.
Рэйнбоу сидела, совершенно потрясённая словами, только что сорвавшимися с её уст. Ты пребывал примерно в таком же состоянии.
Селестия, напротив, с трудом сдерживала смех. Копытом она прикрывала рот, сотрясаясь всем телом, а в уголках её глаз выступили слёзы. Кое-как пересилив себя, она заговорила:
— Н-ну, немного корректуры не помешает, и всё же это… это не самый ужасный Твайноним-шип-фик, какой мне встречался. Я... Я и не думала, что ты у нас писательница, Рэйнбоу Дэш. Я… приятно удив-уди… ПФ-Ф-ФХА-ХА-ХА-ХА!!!
Ага, не удержалась. К тебе подкралось чувство стыда за то, что тебя сделали героем этой пародии на литературное произведение, но… погодите-ка...
— Хочешь сказать, что есть и другие фики?! — воскликнул ты.
Селестия взглянула на тебя, пытаясь пересилить смех.
— Ой, я и забыла, что из художественной литературы ты не читал ничего, кроме рассказов о Дэрин Ду. После твоего появления в романтической литературе зародился поджанр рассказов о пони и людях. В определённых кругах они весьма популярны.
Ты прищурился.
— И ты в эти круги случайно затесалась.
Она снова рассмеялась.
— Они ужасно забавны, если расценивать их как комедию.
— Поверить не могу...
Пока Селестия ржала как лошадь, а ты пытался переварить свалившееся как снег на голову откровение, Рэйнбоу отрешённо разглядывала свои копыта.
— Оно… оно как будто выжжено у меня в мозгу. Не могу выбросить из головы образы… какого сена со мной творится?..
Она подошла к ближайшему дереву и пару раз как следует приложилась головою об ствол. Вы обратили на неё внимание, только когда она шатаясь отошла прочь.
— Ты как… в порядке? — спросил ты.
Она подняла копыто, всё ещё пытаясь восстановить равновесие.
— Всё… всё нормально. Кажется, отпустило. Уф-ф, погодь… — Вскоре её уже не штормило. — Так. Ладно, я в поряде. Мы в поряде. Всё в поряде. Итак, я хотела сказать:
Лазурная пегаска залепила рот обоими передними копытами. Мордаха её так сильно пылала от стыда, что издалека её легко можно было бы перепутать с Биг Макинтошем. Она медленно опустила копыта, легла на землю и свернулась в клубок, обхватив задние ноги передними, зрачки её сузились в точки.
— Командор! Наконец-то мы вас нашли!
К вашему удивлению, с небес спикировали пять пегасов и встревоженно обступили ментально уязвлённую Рэйнбоу.
— Командор, вы в порядке? — спросил стражник с седельными сумками, украшенными красным крестом, приступая к осмотру. — Что они с вами сделали?!
— Дженсон, что с ней? — спросил другой.
— Не знаю, сэр, — ответил медик, отдав честь. — Никакой реакции на стандартные раздражители. Нужно немедленно доставить её к докторам на «Конкордию»!
— Принято. На крыло, пони!
Двое стражей подхватили Рэйнбоу и понесли её прочь, оставшиеся трое испуганно разглядывали вас с Селестией.
— Ну что… попробуем их захватить?
— Отставить. Они победили командора, несмотря на зачарованный принцессой артефакт. У нас ни единого шанса!
— Н-ну да, верно...
Они взмыли в воздух и устремились вслед за остальными; вы с Селестией молча смотрели, как их силуэты исчезают вдали.
Немало всякой бредятины с тобой приключилось в этом мире, но только на этот раз ты действительно потерял дар речи.
Селестия хихикнула и подтолкнула носом тебя в спину.
— Пойдём. Это было, бесспорно, весело, но нас ведь ждут дела.
— Ага...
И снова, бок о бок, вы зашагали в сторону алтаря. Но на этот раз не в задумчивом молчании — Селестия напевала весёлый мотивчик, и постепенно её позитивный настрой передался и тебе.
Вы шли уже довольно долго, когда она повернулась к тебе, сияя кокетливой улыбкой.
— Знаешь, мне кажется, что самое забавное не в том, что она декламировала рассказ вслух, а в том, как она пыталась имитировать ваши с Твайлайт голоса.
Ты тряхнул головой.
— Ага, вот уж чего я точно никогда не забуду.
— Я тоже. Ей и самой, кажется, это не забудется.
Ты усмехнулся, представив, как Рэйнбоу пересказывает это происшествие пони-психоаналитику. Селестия заметила это и толкнула тебя крылом в бок.
— Что ни случается: плохое ли, хорошее, становится гораздо легче и приятнее, если поделиться с другом. Не так ли?
Она наклонила голову, чтобы ты почесал её за ушками.
— Именно так.
~~~~~~~~~
Вдох, выдох. Ты пытался очистить разум, но воспоминания о случившемся за день ломились в него всё так же настойчиво.
Захватывающая битва дирижаблей. Головокружительный полёт верхом на Селестии под градом магических снарядов.
Встреча с Твайлайт во плоти и последовавшая за этим аварийная посадка на воду.
Сон, в котором ты чуть не утонул, и портал, подсказанный загадочной Принцессой Ночи.
Возвращение на Эквус, но теперь не в одиночестве. Поездка верхом на Селестии через лес...
...И разумеется, полная безумия встреча со Скиттлс, всё ещё вызывающая противоречивые чувства.
И вновь ты здесь на закате такого богатого на воспоминания дня. Волей-неволей задумаешься, что же будет завтра...
— Открою тебе тайну, Анон.
Ты расщеперил один глаз и наткнулся на ласковый взгляд улёгшейся рядом Селестии.
— На самом деле, медитировать не нужно. Достаточно просто быть здесь в нужный момент.
Выдохнув с облегчением, ты облокотился на алтарь и вытянул ноги, не пытаясь больше безуспешно изображать позу лотоса. В небе над вами неспешно плыли облака, и пусть заходящее солнце было сокрыто вершиной вулкана, оно всё же раскрашивало их бесконечным великолепием цветов, дрожащих и переливающихся в свете уходящего дня.
Ты почувствовал… почувствовал, как через тело побежали потоки древней, загадочной магии. Это было ни с чем несравнимо. Началось всё с покалывания в пальцах, затем ощущение растеклось по рукам и ногам, и наконец волна энергии достигла груди, где стала кружить, пытаясь войти в ритм с твоим сердцем.
Ты поднялся и, сложив ладони лодочкой, поднёс их к алтарю. Сгусток мягкого света вырвался из твоей груди и поплыл к ладоням, где и материализовался во невзрачный хрупкий камушек.
— Ну что ж, вот и он, — прошептал ты.
Осторожно перекатывая камень в пальцах, ты разглядывал его матовую поверхность. Селестия назвала его «уникальным магическим артефактом, не похожим ни на один другой», но этих слов, пожалуй, недостаточно.
Он твой. Он был создан из некой неотъемлемой части тебя, и пусть вес его был невелик, значимость его была огромна. Это сокровище, которое просто невозможно украсть; только лишь отдав его добровольно, можно пробудить истинный свет Шара. Если же создатель так и не расстанется с ним, то он навеки останется всего лишь камнем, а потому неудивительно, что с их помощью на свет появилось так мало аликорнов. Не всякий решится отбросить собственную жажду могущества и пройти все Испытания ради кого-то другого.
Ты спрятал камень в карман и обернулся к своей розовогривой спутнице. Мда, на этот раз всё совсем иначе. В прошлый раз ты добыл камень, чтобы купить себе свободу от Твайлайт. Ты отдал его Солнечной Принцессе, которая, в свою очередь, отдала его своей Звёздной Ученице, ну и так далее. Но хоть ты и отдал камень Селестии добровольно, тебе было совершенно плевать на неё. Ты просто хотел, чтобы она разрешила твою проблему.
А теперь… ну да, ты всё так же пытался сбежать. И да, это всё так же был единственный путь к свободе. Но, стоя здесь и глядя на неё, ты осознавал, что ни бегство, ни свобода уже не имеют значения. Ты делаешь это ради неё и только ради неё. Ради самой любимой из ненормальных коняг. Этот камень твой, и в то же время это её камень. И не было в этом никаких противоречий.
Она отступила от алтаря и повернулась к тебе. Обменявшись кивками, вы спустились к разбитому у лесной опушки лагерю. Высеченной ножом из кремня иcкрой ты подпалил растопку и принялся подкармливать зарождающееся пламя сухим валежником. Когда костёр занялся, ты распаковал походную утварь и ингредиенты для похлёбки, которыми вас заботливо снабдила Эпплджек.
Расположившись у костра, Селестия наблюдала за твоими манипуляциями, тщательно, хоть и безуспешно, пытаясь скрыть предвкушение ужина. Вскоре похлёбка была готова и вы приступили к трапезе, беззаботно болтая о всякой всячине.
Минул час. Воспользовавшись заминкой в разговоре, ты плеснул себе добавки и уже собирался предложить и Селестии, но вдруг увидел, что та отвернулась и смотрит теперь на висящий в небе серп луны.
Ну, в принципе, можно было и не спрашивать. Ты и так знал, что от добавки она не откажется, а потому наполнил её чашку и поднёс ей. Но лишь приблизившись к белой аликорнице, ты заметил, что скрывали пляшущие тени...
Взгляд затуманен. Ушки прижаты. Крылья и хвост не находят покоя. Все те едва уловимые признаки беспокойства вернулись.
— Эй. — Ты отставил плошку и почесал её любимое местечко на шее. — Не хочешь поделиться?
Она расслабилась слегка и устало вздохнула.
— ...Всё, что сказала Луна сегодня — чистейшая правда.