На этот раз она упорхала за скамью, чтобы там прийти в себя и спланировать следующий свой ход.
— Так, главное не паниковать. Ты успешный, востребованный автор, ты написала уйму откровенных эротических сцен с жеребцами, чьи образы строила на нём одном, потому что не знаешь других жеребцов, на кого смогла бы хоть издалека взглянуть, не лишившись при этом чувств, как козочка пугливая. И н-никакого давления, так? Просто включаем обаяние старой-доброй Флаттершай и просим его снова, на этот раз просто не сможет устоять!
Она вынырнула из-за скамьи, готовая к новому заходу. А всего через несколько секунд нырнула обратно.
— Так… это не сработало. М-может, он меня ненавидит? Или думает, что я слабая и некрасивая? А может, он за то и ненавидит меня, что я слабая и некрасивая?! Я… Мне ни за что не справиться без помощи девочек, или Энджела, или остальных моих зверюшек… — Она всхлипнула. — Ох, Флаттершай, ну что же теперь делать?
Подрожав за скамейкой ещё немного, она вдруг воспрянула.
— Постой-ка. А почему бы не проявить настойчивость? Это, конечно, ничем хорошим обычно не кончается. Но… но раз уж это нужно, чтобы помочь Твайлайт обрести свою истинную любовь, то, может, стоит хотя бы попытаться...
И снова робкая пегасочка вынырнула из-за укрытия и предстала перед непоколебимым жеребцом. Глубоко вдохнув, она заговорила:
— Слушай сюда, мистер! А ну пропусти меня сейчас же, не то пожалеешь!
— Эн-н-нет.
Она топнула, практически не издав при этом звука.
— Кому говорят, пропусти...
— Эн-н-нет.
— А ну пропусти, нефиг жопой тут трясти!!! — выкрикнула она громко и властно, чем заставила жеребца опустить взгляд на маленькую пони.
И это было ужасной ошибкой.
Её взгляд, таивший загадочную силу, стал лишать его воли. Он вдруг понял, что не в силах ни двинуться, ни заговорить, ни даже подумать о чём-то связно; как будто сами не свои, копыта унесли его прочь с пути пегаски.
— Хех. Без единой осечки! — Победоносно ухмыльнувшись, пегаска поскакала по проходу к тому месту, где стояли две аликорницы. И вдруг, всего лишь несколько шагов спустя, почувствовала странное дуновение со спины, а потом...
Биг Мак тряхнул головой, странный туман, затмивший его разум, испарился. Он обернулся и увидел распластавшуюся на полу Флаттершай, на затылке её росла шишка, а рядом стояли Меткоискательницы. У Эпплблум во рту был кусок бруса пять на пять.
Красногривая кобылка стушевалась, едва заметив, что он очухался, и выплюнула дубину.
— О! Привет, братюнь, ты как вообще?
Он ещё раз огляделся и ответил:
— ...Эпплблум, ты с подругами что, только что вырубила мисс Флаттершай ножкой от стула?
Три кобылки тут же приняли облик нашкодивших школьниц, коими, в сущности, и являлись.
— Эм… д-да? Но мы ж помочь хотели!
Жеребец кивнул.
— …Молодца, сестрён. Спасибо, что выручила, ты только это, не заводи привычки лупасить всех встречных-поперечных по затылку, ага? И вы двое тоже.
— Да, сэр! — ответили «двое», салютовав для пущей убедительности.
Эпплблум просияла гордой улыбкой.
— Ай-да, девчат, пока что всё пучком! Продолжаем держаться плана!
Недопонятый жеребец раздосадовано закатил глаза и поскакал за другой сестрой, чтобы та помогла привести в чувства пострадавшую пегаску.
Анон и Твайлайт
Ещё один камень заполнен, и ещё один занял его место, так же как предыдущий, и предпредыдущий, и пред...
Нет, не стоит на этом циклиться. Да, запас камней явно подходит к концу, но не об этом сейчас нужно думать. Нужно искать выход из положения, причём такой, в котором ты разбиваешь гейс и получаешь хоть какие-то шансы в долгосрочной перспективе.
Появление Сел помогло, и ещё как, отвлечь от тебя внимание стражей и подружек невесты, но оно же стало и препятствием. Ты не мог приблизиться к ней, не ослабив при этом. Ты не знал наверняка, на что способно проклятие, не знал, какие необратимые или просто долговременные повреждения оно может причинить своей цели, окажись та слишком близко, и выяснять это на практике не собирался. Отягчало положение то, что ты находился на дальнем краю террасы, а она — в проходе по центру, а это значило, что ни к одному из выходов ты не мог попасть, не приблизившись к ней при этом. Фактически, ты оказался загнан в один угол с ослабленной, и от того охуенно озлобленной пурпурной аликорницей.
Собсна всё, мысли кончились… разве что Твайлайт добровольно снимет с тебя гейс. Но она этого не сделает… никто на её месте не отказался бы от такого преимущества по собственному желанию. Но должен же быть...
Едва не задев тебя, мимо прокатился бело-оранжевый клубок из двух пони, сцепившихся в битве не на жизнь, а на смерть. Ты проследил за ними взглядом и с удивлением увидел, как они, остановившись у другого края террасы, вдруг прекратили драку и начали вполне себе дружественную беседу. Трудно было сказать, к добру это или нет, ведь слов их было не разобрать отсюда. А впрочем, это было и не важно, поэтому, сменив камень на новый, ты вернулся к своим размышлениям.
Бессмыслица какая-то. Ты знал, что Сел не заявилась бы сюда, не будь у неё плана, как победить Твайлайт. Наверняка он был, тогда остаётся только понять: какова твоя роль в нём? Что ты должен делать? Неужели она подала тебе знак, а ты пропустил его? Неужели Эпплблум только что огрела Флаттершай дровиной по затылку?
Ну, хотя бы на последний вопрос у тебя был точный ответ. Да, и, кажется, вырубила её. Вон и Мак кинулся к ЭйДжей и Рэрити, наверное, за подмогой.
Ты обернулся к Твайлайт, та, судя по затуманенному взору, вообще не видела, что вокруг творится. Вся её воля была направлена на противодействие тебе. Может быть… может быть, твоя роль заключается в том, чтобы переубедить её? Но практика подсказывает, что, когда речь заходит о тебе, всякий здравый смысл выветривается из её головы напрочь, так что...
— А-а-ай!
Руку, в которой ты держал камень, пронзила острая боль, да такая сильная, что ты, вскрикнув, рухнул на колени. Ты едва не растерял всю сосредоточенность, необходимую для поддержания откачки магии. Вот это Твайлайт сразу же заметила.
— Что… больно, Анон? А я-то думала, когда уже начнётся...
Ты пересилил боль и зыркнул на неё.
— Что ты сделала?
— Ничего, — усмехнулась она. — Это магическое изнурение. Твоё тело не привычно к тому... чтобы пропускать через себя такие объёмы магии, пусть они и сливаются в камни. Это первый звоночек, если пропустишь его мимо ушей, то вскоре лишишься чувств. Со мной такое случалось в жеребячестве… и ещё потом, в ученичестве, когда я только развивала свой талант.
Ты попытался встать, но с ужасом обнаружил, что ноги тебя больше не слушаются. Ты сменил камень на свежий и попытался побороть подступающий приступ паники.
Нехорошо. Со всей частью плана, которая подразумевала перемещение на своих двоих, можно было смело попрощаться. Заебись...
Ты услышал звук телепортации и, подняв взгляд, увидел, что Луна куда-то делась, оставив Селестию одну в центральном проходе. Остальные пони были кто где: ЭйДжей и Рэрити, а с ними и Мак, приводили Флаттершай в чувства, Меткоискатели о чём-то шептались в углу. Рэйнбоу и Пинки вообще куда-то пропали, что, в принципе, было не так уж и плохо, скорее даже хорошо.
Ты медленно вдохнул, борясь с болью. Хотелось бы тебе назвать нынешнее своё положение более выгодным, но толку-то врать самому себе? Хотя... раз уж ты теперь ничего толком делать не можешь, кроме как лясы точить, так почему бы не попытать удачи на этом поприще?
— Ты же видишь, все твои подружки, кто в нокауте, кто пропал, а кого перевербовали. Стража тебе не поможет, да и Луна смоталась. Всё кончено, Твайлайт… хватит дурить, снимай гейс.
Хихикнув и фыркнув, она ответила:
— Мило. Очень мило, Анон… Я люблю тебя, но не настолько, чтобы совершить такую нелепую ошибку. Ты что-то совсем отчаялся... неужели камни заканчиваются?
— Размечталась.
У тебя ж ещё целых четыре в запасе, ага.
— Ты что, забыл? Я ведь уже говорила, что по губам вижу, когда ты лжёшь, Анон. — Она улыбнулась. — Пускай… пускай свадьба и не прошла так, как я планировала, но до восхода солнца мы будем обручены. А потом... начнётся наш медовый месяц... и никто, даже вы, НЕУГОМОННЫЕ КОБЫЛКИ, НЕ СМОЖЕТЕ ЭТОМУ ПОМЕШАТЬ!!!
Возгласом аликорницы Метконосцев, а равно и их дубину, отбросило прочь, куда-то в ряды скамеек. Фигасе, а ты ведь даже не заметил, как они подкрались… они, наверное, рассчитывали, что и она их не заметит.
ЭйДжей, Рэрити и Мак бросили уже перевязанную, но всё ещё не пришедшую в себя Флаттершай и кинулись к малышкам убедиться, что с ними всё в порядке. Ты заметил, как Эпплджек взглянула на Твайлайт с нескрываемой яростью, затем перевела взгляд на Селестию, будто спрашивая разрешения. Белая аликорница покачала головой, и фермерша взревела в отчаянии, но с места не двинулась.
А кстати… если задуматься, то ни она, ни Мак, ни Пинки даже не пытались приблизиться к Твайлайт, пусть та и была ослаблена. Вот только почему?..
Ты взглянул на Сел и неожиданно наткнулся на встречный взгляд. Она прошептала что-то и сделала шаг к тебе навстречу. Поморщилась от боли, но тут же расправила плечи и сделал ещё один шаг, и ещё один.
Нет… хрена ли она вытворяет?! Нельзя ей приближаться! Ты попытался отползти, но ноги всё так же тебя не слушались...
— Сел, стой! Гейс!
Она не слушала. Она сделала ещё один шаг. И ещё один. На следующем она споткнулась и повалилась на ковровую дорожку. С третьего раза ей удалось подняться на копыта, чтобы сделать ещё один шаг. И ещё один, заставивший её вскрикнуть от боли и едва не лишивший снова равновесия.
— Что… что она делает? Она в своём вообще уме?! — воскликнула Твайлайт.
Похоже, происходящее смутило её не меньше, чем тебя. Оба вы стали безучастными наблюдателями развернувшегося перед вами зрелища. Селестия снова прошептала что-то, но теперь ты смог прочесть по её губам: