Она гордилась своим творением… королевством, что выстроила вместе с сестрой. Она смотрела на него, и видела, что это хорошо.
И в то же время, в этот рассветный час, она скорбела по Целозии.
Ты протянул руку и ласково потрепал её шею. Она усмехнулась в ответ.
— Это был прекрасный сон, от начала и до самого конца. Эгоистичный, инфантильный, несбыточный... но всё равно прекрасный.
Она обратила взор к «Провозвестнику» и вьющимся вокруг него призракам.
Ты же взглянул вниз, на рухнувший флот и обломки «Конкордии».
Ты бездумно скользил пальцами сквозь её эфирную гриву — она была совсем не похожа на ощупь на те розовые кудри, к которым ты начал было привыкать.
— Ты хоть чуть-чуть о нём сожалеешь?
Она мотнула головой.
— Ни капли. Если бы я позволила себе такую вольность, то, учитывая всё, что мне довелось пережить за долгие годы... меня бы просто раздавило грузом вины и угрызений совести.
Она развернулась и без тени страха взяла курс на «Провозвестник».
— Мне только и остаётся, что двигаться дальше… учиться и стараться сделать так, чтобы каждый новый день был лучше предыдущего.
Ты почувствовал, как спину стало припекать солнце; как обтекает вас встречный ветер; как её горе тает в лучах новообретённой надежды.
~~~~~~~~~
— Огось...
У леера сидели три жерёбушки и ещё несколько кобылок постарше — все с отвисшими от восхищения разверзшимся перед ними зрелищем челюстями. Даже Эпплблум, которая обычно за словом в карман не лезла, теперь изо всех сил пыталась вернуть себе дар речи. Её сестра протянула копыто и игриво взъерошила гриву кобылки.
— Чёй-та, Эпплблум? Мы ж, как урожай поспеет, завсегда рассвет всей семьёй встречаем.
Малышка тряхнула головой, поправила бант копытцем и обернулась, чтобы ответить:
— Ага, но чтоб вот такой вот! Я… ну я не знаю. Просто я так привыкла к мисс Селестии, к тому, что она и живёт, и ведёт себя как простая пони… Что забыла, кажись, что она была принцессой.
С игривой улыбкой на мордашке Луна подошла к яблочным сестрёнкам.
— Вот как? Стало быть, принцессам нельзя побыть «простыми пони»?
Эпплблум опешила сперва, а затем спряталась за ногою старшей сестры.
— Н-нет, принцесса! Я не в этом смысле!
— Не бойся, дитя, — рассмеялась Луна. — Мы знаем. Но как тебе должно быть уже известно, все мы в сущности такие же пони, как и ты. Нам не чужд ни смех, ни слёзы, мы радуемся и грустим, друзей заводим, так же, как и ты. Ответь, тебе понравилось время, проведённое с Нашей Сестрой?
— А то ж! — закивала кобылка. — Мы отправились в приключение, и мисс Селестия всегда была с нами всеми очень весёлой и доброй!
— Чудесно, — улыбнулась принцесса. — Мы рады, что вдали от трона она оказалась в компании таких замечательных пони.
Луна перевела взгляд на Эпплджек, отчего фермерша вдруг вся зарделась. Шаркнув копытом, она слегка сдвинула шляпу на глаза.
— Спасибо от души. Ток, принцесса Луна, можно вопросик, а?
— Разумеется. Всё что угодно, для подруг Сестры.
Эпплджек обернулась к «Провозвестнику» — всё такому же далёкому, но вполне различимому чёрному силуэту в ясном небе. Взгляд её зацепился за летевших к нему человеку и аликорнице.
— Ну вы вот тут так говорили, будто знаете, что творится с Твай и энтой штуковиной. А мы ж тут все испереживались, незнаючи, как ей помочь!
— Да, точно! — вмешалась в разговор Рэйнбоу. — Должно быть хоть что-то, что мы можем сделать!
Все остальные пони, кроме Мака, который так и остался у руля, обступили принцессу. От столь внезапного наплыва страждущих та даже попятилась, но затем подняла копыто, призывая их к тишине.
— Прошу вас, успокойтесь. Пусть это и государственная тайна, Мы полагаем, что с вами её можно разделить, при условии, что вы поклянётесь никому её не раскрывать. — Она пронзила пристальным взглядом Рэрити — та ответила испуганной улыбкой. — И под «никому» Мы подразумеваем НИКОМУ ВООБЩЕ.
Пинки подскочила на месте.
— Не боись, шеф… э-эм, принцесса! Я уверена, что все они с удовольствием дадут Пинки-клятву! Так ведь, девочки?
Ответом ей были дружные кивки согласия и хоровое зачитывание слов клятвы. Довольная результатом, Луна опустилась на палубу и откашлялась.
— Что ж, хорошо. Всё началось с великого магического кристалла, именуемого Тёмной Звездой. Навеки сокрытая под толщей земной, спрятанная в глубокой пещере собственными создателями, она являет собою нечто, что трудно описать тому, кто никогда её не видел...
~~~~~~~~~
Верхом на Сел ты мчался навстречу «Провозвестнику». Скорость была прямо-таки нереальной — если бы не невидимый защитный барьер Селестии, тебя давно бы уже сдуло с её спины потоком встречного воздуха. Уже отчётливо стали видны призраки, шныряющие сквозь обшивку корабля. Ты испуганно сглотнул, невольно вспомнив боль от прошлой с ними встречи.
— Так это те же самые, которые были в пещере? — спросил ты. — А здесь они чего забыли?
Селестия отклонилась от прямого курса на корабль, решив, видимо, зайти на него сверху.
— Так уже случилось однажды с Балиосом. Осколок убедил его построить мощную резонансную камеру. Стоило её активировать и зарядить достаточным количеством магии, как стали появляться призраки. Нам удалось вовремя воспрепятствовать воплощению его плана в жизнь, однако, если верить добытым нами записям, истинное предназначение камеры — призвать Тёмную Звезду в Эквестрию. Резонансная камера при этом служит маяком для заклинания перемещения, подобного тому, что предтечи использовали для Портальных врат Испытаний. И хотя количество необходимой для этого магической энергии огромно, появление призраков явно говорит о том, что проход почти уже открыт...
Она увеличила угол подъёма, и ты крепче вцепился в её гриву.
— А что будет, если ей всё же удастся притащить эту хрень сюда?
Аликорница прекратила подъём, зависнув прямо над каменной громадой корабля.
— Никто не знает. Однако предтечи спрятали её не просто так, и как носитель магии, что они оставили в наследство будущим правителям мира, я намерена сделать всё, чтобы она так и осталась спрятанной!
Она крутанулась и с места спикировала прямо на корабль, ты только и успел, что вскрикнуть и вцепиться в неё покрепче. Приближаясь к каменной громаде, вы заметили, что призраки оставили свои бесцельные скитания и с пугающей скоростью всей гурьбой устремились к вам. Поняв, что твоя особенная пони даже не думает свернуть или хотя бы сбавить скорость, ты почувствовал, что начинаешь терять самообладание.
— Эм, Сел?!
Не-а, она не сбавила скорости и не свернула в сторону.
— Не волнуйся. За мною солнце, и ситуация нам благоволит, так оторвёмся же по полной!
Рог аликорницы окутало золотистым сиянием, и в яркой вспышке солнечного света, источаемого, казалось, всем её телом, те призраки, которым не посчастливилось оказаться слишком близко к вам, испарились без следа. И снова спасибо той странной рассветной магии, всё ещё текущей в твоих жилах — лишь благодаря ей ты не ослеп, да и в остальном не пострадал, разве что дыхание перехватило на миг.
Так много времени прошло, так сильно изменилась самоя суть ваших отношений, что запросто можно было забыть, насколько могущественна была Селестия. Но с восхода солнца и до сих пор на тебя так и сыпались напоминания о том, что она — одно из самых могучих созданий, какие только ступали на земли мармеладных лошадок, на земли, что стали тебе новым домом.
И ко всему прочему, сейчас она предельно серьёзна и гораздо более целеустремленна, чем во время Испытаний Эквуса. Ты чувствовал это в каждом движении её тела и, если честно, это было слегка жутковато. Ты даже подумал, что остроты в её адрес пока стоит попридержать, однако память услужливо подсказала, что даже став воплощением праведного гнева, она всё равно останется твоей Сел. Какой бы силой она ни обладала, она всё равно та же любительница нет-нет, да подурачиться, всё равно не устоит перед оставленным без присмотра кексиком, всё равно обладает прекрасным чувством юмора, и тут ей нужно отдать должное.
Прокрутив всё это в голове, ты решил, что можно даже расслабиться слегка, невзирая на то, что корабль становится всё ближе и ближе.
А нет, погодь, она опять светится. Кажись, рановато ещё расслабляться...
Золотистое сияние магии окружило её тело, а с ним и твоё тоже. Где-то ты такое уже видел, вот только где...
О нет. Ой, блядь, нет. Это ж заклинание луча Луны, только другого цвета!
Ты принялся отчаянно лупить Солнцелошадь по загривку, стараясь как можно скорее донести до неё всю глубину своих переживаний.
— НАПОМИНАЮ: У ТЕБЯ ПАССАЖИР, КОНЯГА ЕБАНУТАЯ!!! НЕ СТРЕЛЯЙ ЛУЧОМ! НЕ СТРЕ...
Она выстрелила лучом.
Ощущения специфические. Ты оказался внутри луча. Всё так же сидя у неё на спине, благодаря новообретённой способности беспрепятственно видеть то, что раньше скрывалось за ослепительно-яркими вспышками, ты узрел завитый в спираль мощнейший выброс магии — чистой, прямо-таки наичистейшей — с поразительной точностью направленный в обшивку корабля под вами. Он без всякого вреда струился вокруг вас; ты с трудом подавил желание протянуть руку и коснуться его.
Но не успел ты вдоволь насладиться зрелищем, как поток иссяк, бесплодно разлившись по пурпурному щиту, окружившему «Провозвестник». Селестия тихонько выругалась и резко сменила курс, уводя вас от верного столкновения с каменной поверхностью. Удалившись на безопасное расстояние, она зависла в воздухе, а центральная сфера тем временем породила новую волну призраков.
— Проклятье… вопреки всему понесённому урону, щит всё ещё исправен. Нужно найти способ преодолеть его, иначе нам ни за что не остановить зарождающийся портал, и уж тем более не достучаться до Твайлайт.
— А ты его не можешь пробить? У Луны, вроде бы, получилось.
Она покачала головой.
— Нет, ты только что увидел предел разрушительной способности моей магии в её чистом виде. Магия Луны была значительно усилена фокальной палубой «Конкордии». Без подобного усилителя мне не преодолеть защитную магию предтечей...