– Вот уж правда, страшная, – пробормотал он, выезжая на трассу.
Следом за ним выкатился черный джип. Олег ждал, что тот пойдет на обгон, но джип не спешил. Мотор «четверки» непривычно гудел, стрелка топлива была на нуле. Через двести метров Олег встал. Проклиная свою рассеянность, он вышел, закрыл машину и достал из багажника канистру. До заправки было километра три в обратную сторону. Ночь оказалась холодной, зима расходилась. Олег застегнул куртку до подбородка и сунул свободную руку в карман. Та, что держала канистру, сразу начала замерзать. Он шел по обочине, слева от него была темная стена, и справа от него была темная стена. Свет фар пробежал по тьме, осветив тесные ряды деревьев. Сзади раздался визг тормозов развернувшейся машины, мимо промчался тот же черный джип, хлестнув ледяным ветром.
Вова встретил Олега прямо у калитки. За два дня, что они не виделись, у него выросла приличная щетина.
– Был у Вали? – Олег кивнул. – Почему сразу вчера не приехал?
– Поздно очень вернулся. Устал.
Мусор у забора исчез, тропинка до дома была расчищена, внутри все было убрано и пахло стиральным порошком.
– Че она сказала?
– Сказала, что деньги в обороте, что к Новому году постарается достать. Вернет без процентов.
Вова отвернулся к электрической плитке; со спины было видно, что он медленно кивает.
– Пугала тебя? – протягивая чашку Олегу, ухмыльнулся Вова.
– Пугала.
– Это хорошо, когда пугает. Если мило с тобой разговаривает, значит, ей от тебя что-то нужно.
– Ты не расскажешь, от кого скрываешься?
– Поверь, Олег, для твоего спокойствия лучше не знать. Не бойся, я здесь с месяц пересижу, а за это время все само разрешится. Давай лучше обсудим, что дальше делать будем.
– Я на работе отпуск взял до Нового года, один хрен зарплаты не будет. Пролистал газеты, позвонил по адресам, поговорил. Вот здесь в Москве цены хорошие, про ассортимент рассказали, за наличные работают.
– Молодец, молодец, – обрадовался Вова, рассматривая товары и цены, аккуратно выписанные на тетрадный лист. – Толковый ты парень, что ж ты на заводе пропадал? С таким умом ты бы сейчас получал в сто раз больше.
– Или в могиле лежал, – доставая сигарету, сказал Олег.
– Слушай, не кури в доме, я сегодня весь день от мышиного говна проветривал. Так. Завтра надо найти машину, грузовик с водилой, но чтоб недорого. В Москву я поеду, а ты пока походи поищи, кому ты эти фейерверки здесь толкнешь и какую наценку сделаем.
– Понял, – кивнул Олег, собираясь идти.
– Погоди, дружище, у нас с тобой сегодня еще одно дело. Надо мне в гараж свой смотаться. Там бумаги всякие лежат, денег малясь и паспорта, главное.
– Паспорта?
– Конечно, ты ж не будешь под своим именем всем этим говном торговать. Еще нужны договора, накладные на всякий случай, уставные документы. – Вова рассмеялся, глядя на удивленного Олега. – Вот теперь я понял, почему ты на заводе батрачишь. Ты как думал, это работает?
– Паспорта поддельные?
– Зачем? Настоящие. Некоторые с зоны, другие от мертвых. Да это все несложно, ты быстро поймешь.
– Вот здесь тормози. Потом развернешься, и стой, жди на месте. Мотор не глуши.
Олег хотел уточнить, но Вова уже хлопнул дверью и, оглядываясь, быстро перебежал пустынный проспект Карла Маркса.
Вова прошел через неглубокий сугроб, подпрыгнул и повис на гараже. Помогая себе подтянуться, заскользил ногами по стенке и с трудом перевалился на крышу. Пригибаясь, дошел до края и осмотрелся. Налево и направо тянулись бесконечные кривые ряды гаражей. Тихо и пусто. Он прошел вдоль края, выбрал кучу снега и спрыгнул. Перебежал на другую сторону. Вот на этой двери – увесистый замок. Он зацепился за край покатой крыши, нашел ногой выступающие скобы и снова оказался наверху. Дал себе отдышаться, потом пополз. Здесь гаражи стояли в два ряда, спиной друг к другу, Вова преодолел щель между ними, у края замедлился и посмотрел по сторонам. Нестройная аллея просматривалась на полкилометра, человек или машина в этом коридоре – легкая мишень. Вроде никого, но он стал ждать.
За коробками гаражей виднелся частный сектор, над ним возвышался одинокий тополь с густой кроной из ворон. На их глухой сонный кашель почти таким же отвечали собаки. Еще дальше виднелись корпуса дурдома, излучавшие белесый свет негаснущих окон в безлунное небо. Через ватник в тело начал проникать холод стальной крыши.
Вова спустился, прошел несколько гаражей и, нащупав в кармане ключи, открыл свой. Стальные двери громыхнули и заскрипели, разрушая всю конспирацию. Теперь быстро. Вова включил свет, не глядя на полки, прошел к дальней стене, опрокинул колонну летней резины, резко рванул грязный линолеум, так, что вокруг защелкали отлетевшие мебельные гвоздики, поддел доску и стянул зубами перчатку, чтобы открыть сейф в полу. Простая комбинация – 958. Сверху лежал черный ТТ, под ним – пакет с документами. Через прозрачный целлофан виднелись черно-белые ромбики фотографий. Вова замер и прислушался. К гаражу, шурша щебнем, подкрадывался автомобиль.
Трудная мишень
Заляпанная грязью «Нива» ползла между одинаковых гаражей. Никиту подмывало поиздеваться над Михасем, но тот и без этого нервничал.
– С левой стороны, точно помню. Дверь такая синяя. Ну, бля, они все одинаковые-е-е, – начал подвывать Михась.
– Мне показалось или Левый не очень Кита поймать хочет? – постарался отвлечь его Никита.
– Не хочет, нет, не хочет, – повторял Михась, вглядываясь в гаражи. – Не на этой линии, разворачиваемся.
– Почему не хочет?
– Да и так понятно, Кита подставили. Начальник так сгоряча наговорил. Так-то хер с ним.
– Че, простят его теперь?
– Ну, не простят. Просто зачем сейчас за него десять кусков отваливать? Он столько не стоит, – воспроизвел явно не свои мысли Михась.
– Вон, глянь, – Никита даже привстал. – Там свет горит.
– Да это справа, а не слева, – ответил Михась, но переключился на первую скорость, словно собираясь подкрасться.
Они были метрах в тридцати, когда из гаража вышел мужик в ватнике. Он приподнял левую руку с пакетом, заслоняясь от света фар. «Нива» подъезжала ближе.
– Бля буду, Кит! – заорал Михась и ударил по тормозам.
В это же мгновение Вова поднял правую руку и два раза выстрелил. Михась с Никитой пригнулись, но пули прошли мимо машины.
– Где пистолет?! – крикнул Никита, приподнялся и увидел, как Кит бросил на гараж свое оружие, следом пакет и, оттолкнувшись от двери, начал подтягиваться к крыше.
Никита достал из бардачка «макаров», распахнул дверь, прицелился и выстрелил. Против его воли рука в последний момент дрогнула и взяла прицел выше. Кит распластался на крыше, потом вскочил и, пригибаясь, побежал, так что железо под его ногами загромыхало. Никита рванул к гаражу. С пистолетом в руке подтягиваться было неудобно. Ничего лучше не придумав, он взял ПМ в зубы. Дверь ушла из-под ноги, Никита повис, пистолет выпал изо рта. Когда он оказался наверху, Кит спрыгнул со второй линии на улицу. С Карла Маркса донеслось «Поехали!», невидимый автомобиль закашлялся, взревел и уехал.
– Ушел, – сказал с гаража Никита подошедшему Михасю, потом заметил под ногой ТТ, брошенный Китом, и сунул его в карман куртки.
– Ты тот еще снайпер, в Кита не попал, – заметил Михась, понял, как это звучит, и начал ржать. Все еще смеясь, он поднял с земли свой ПМ. – Пацаны обоссутся, когда узнают. В Кита не попал!
Никита спрыгнул с крыши и прошел в гараж. На полках вдоль стен стояла обычная рухлядь: банки, свечи, грязные тряпки. Пахло маслом и бензином.
– Тачки тут нет, – констатировал Михась. – И че мы тогда под пули лезли?
У дальней стены валялись колеса. Никита подошел к ним и увидел в полу сейф. Как в пиратской сказке, на дне его лежали вывалившиеся доллары. Значит, правильно он думал, что у Кита есть нычка.
– Ты слышал, чтоб Кит про «СВ» говорил?
– Не, не знаю, че такое, – почесав пистолетом подбородок, ответил Михась. – Слышь, Пионер, откуда ствол взял? Э, ты в людей не целься.
Выстрел отбился эхом от стальных стен. Рука не дернулась. Михась лежал. Никита встал над ним и смотрел, как из дырки на несколько сантиметров выше левого глаза стекает кровь. А ведь целился в середину лба. Люди, конечно, не мишени, но пистолет надо пристрелять.
Огни трассы
Все шло не так, как задумывал Вова. Еще эти пустые дни на даче, когда не знаешь, чем себя занять. Обогреватель с холодом не справлялся, и в промерзшем доме все время хотелось спать. Вроде поездка должна развеять, но присыпанная снегом, однообразная трасса еще сильнее вгоняла в сон.
Старенький «ЗИЛ-130» тряхнуло, колеса зашуршали по обочине. Вове было даже неинтересно, зачем остановились, пока холод не влетел в открытую водительскую дверь.
– Какие проблемы, начальник?
– Права, техпаспорт, показывай, че в кузове.
– Пустой, – спрыгнул из кабины водитель. Грохнул задний борт кузова, шаги вернулись. – Ага, это сменщик, отсыпается, ему в ночь ехать. Да, гражданин начальник, до Москвы, как написано.
Вова чувствовал, как гаишник смотрит на него, потом дверь хлопнула, завелся мотор.
– Делать нечего, доебываются на выезде, – пробурчал шофер.
Имя водителя Вова не запомнил, поскольку разговаривать с ним не собирался. У него было широкое лицо, все в мелких угрях, и неприятная манера «по-блатному» растягивать гласные в словах. Главное, «ЗИЛ» на ходу и взял за рейс немного.
Под колесами опять был асфальт. Вова поворочался, пытаясь устроить ноги. Запах дешевой сигареты водителя мешался с тяжелой вонью тысяч выкуренных ранее. Сон путался в обрывках дурных мыслей, стараясь вырваться из неуютной тьмы и снова в нее погружаясь.
Всплывая из мутного сна, Вова зажмурился. Солнце, хоть и зимнее, нагревало стекло и слепило.
– Как на Москву едешь, все время в глаза бьет, – будто стерег пробуждение, тут же сказал водитель. – Может, пожрать остановимся? Сызрань проехали.