– Да.
– Мне это не нравится! – запротестовал Леонид. – Она явно что-то замышляет!
– И что? Ты испугался семнадцатилетней девчонки? Хватит быть тряпкой! Тебе пистолет для чего дали?
– Ты прекрасно знаешь, что это не обычная девчонка! Она нас обманывает, чтобы этого щенка спасти!
– А вот сейчас и проверим! Детка, я хочу, чтобы ты лично поставила это клеймо. Мне любопытно, как ты держишь слово.
– Легко!
Ева двинулась вперед. Такая тонкая на вид, казалось бы, безобидная… и вместе с тем у Максима не возникало сомнений, что она сделает это.
Новый удар. Гораздо более сильный, чем оскорбления Нины. Такого предательства он не ожидал!
Девушка сделала всего пару шагов в комнату, когда Нина снова подала голос:
– Так, ну-ка, замри на месте! Ленечка, будь добр, сними с нее браслет!
– Не называй меня Ленечкой! С чего это я должен освобождать эту психопатку?!
– Не хами! Она ведь сказала, что не будет тебя трогать, чего ж ты взвился, милый? Делай, как я сказала. Если она хочет проявить лояльность, позволим ей это!
– Это не лояльность. Я просто делаю то, что мне нравится.
Чувствовалось, что Леонид возмущен до предела, однако перечить он не решился. Он отошел в сторону, достал из кармана небольшой ключ и избавил Еву от браслета. Максим же только теперь заметил, что его собственный браслет тоже отсутствует. Впрочем, сейчас это не имело значения, веревки держали надежно.
На Еву освобождение от браслета никак не повлияло. Это не было ее целью – она ни в чем не притворялась. На пару секунд девушка остановилась возле столика, который Максим толком и не видел, изучая разложенные там предметы.
– В каком состоянии клеймо? – поинтересовалась она.
– Да раскалилось уже… Так что когда будешь готова, тогда и делай, куколка!
– Разберусь без тебя. Учись.
Ева взяла большие ножницы, и секундой позже Максим почувствовал, как она оттягивает ткань его джинсов в сторону от ноги.
– Не дергайся, – предупредила Ева. – Там важная артерия есть. Задену – умрешь через пару минут.
– А может, я этого хочу? Зачем ты помогаешь им?
– Я не помогаю им. Я делаю то, что мне нравится.
– Тебе не может это нравиться, ты не такая!
– Ты не знаешь меня.
Похоже, он и правда не знал. Это была не та девушка, которую он успокаивал, защищая от ночных видений. В льдистых глазах Евы не было ни сочувствия, ни жалости. Лишь умеренный интерес к тому, что с ним произойдет, как он отреагирует.
Она отрезала солидную часть штанины, но полностью избавлять его от джинсов не стала. Она делала только то, что было необходимо для следующего шага. Если она и получала от этого удовольствие, то не так, как Нина. Ей было плевать на него лично, ее завораживал процесс.
Отложив ножницы, она стала вытягивать из джинсов ремень.
– Это тебе зачем? – устало поинтересовался парень. Сил сопротивляться уже не было. Раз и она перешла на их сторону, раз вокруг одни предатели, на что вообще надеяться?
– Это натуральная кожа?
– Вроде…
– Хорошо. Рот открой.
Она сложила ремень вдвое и заставила Максима зажать его зубами. Понятно, зачем… Вряд ли это жест заботы. Скорее, доказательство того, что она знает, какую именно боль собирается причинить. И делает это добровольно!
Ева лично достала клеймо из огня. В ее тонких ручках оно выглядело грубо и нелепо, совершенно не к месту. Вооруженная кукла – кому это нужно! Но Максиму было не до смеха. Он зажмурился, ожидая неизбежного.
Она предсказала эффект правильно и сделала все быстро и четко, не терзаясь сомнениями. Боль накрывала белой волной, поглощала все тело, и невозможно было определить, где именно она начинается, до какого предела дойдет. Он не мог ни видеть, ни думать, ни кричать. Осталось только это ощущение, настолько абсолютное, что ему казалось: оно уже никогда не отпустит.
Но, очевидно, он не был готов сойти с ума. Поэтому, когда влияние белой волны достигло предела, мозг просто отключился. И в этот момент Максиму было совершенно все равно, что с ним будет дальше.
Глава 11
– Я бы сюда не поехала, – заметила Вика, опасливо косясь в иллюминатор.
Наблюдать за огромными пространствами, распростертыми под крыльями самолета, было и правда боязно. Жилье здесь, конечно, попадалось, но на внушительных расстояниях друг от друга. В целом сама идея мегаполисов и бурлящего ритма осталась так далеко, что казалась неправдой.
– Потому что тебе и не надо было, – пожал плечами Марк. – А ей надо.
С этим не поспоришь. Самым сложным для Нины было вывезти двух похищенных молодых людей из Москвы, а переправить их сюда на частном самолете не так трудно. Здесь никто к ним присматриваться не будет… никто их не заметит. Здесь вообще законы другие!
– Все равно непонятно, почему именно сюда. Ведь у Нины никогда не было имущества в этом регионе!
– Это как раз логично, – прокомментировал Эрик. – Она достаточно осторожна, и в этом ее преимущество. Ей не обязательно официально регистрировать что-то на себя, чтобы обладать этим. «Бумажным» владельцем она может сделать кого угодно, а может вообще никого не делать. Здесь очень большие… пустоши, правильное слово на русском? Очень многое может остаться незамеченным.
– Даже дом?
– Даже город.
Вика заметила, что с момента, когда самолет поднялся в небо, Эрик стал спокойней. Она не позволила себе обмануться. Наоборот, сейчас он на пределе, раз начал так очевидно скрывать это. Он понимает, сколько времени прошло, каковы шансы на успех…
Если Ева умерла, что он будет делать? Что Марк будет делать? Продумывать такой сценарий не хотелось.
Зато, если Ева и Максим до сих пор живы, им осталось продержаться совсем чуть-чуть! А дальше им обязательно помогут!
Девушка украдкой обернулась, чтобы посмотреть на сопровождающих их мужчин. Не армия, конечно, но солидный отряд! И все, как на подбор, рослые, широкоплечие, в какой-то непонятной форме и скрывающих лица масках. Вика поначалу решила, что это охрана компании Лисицына, и удивилась этому, ведь Марк сам жаловался, что его позиции еще недостаточно сильны!
Но все оказалось сложнее. Людей привел Эрик, самолет нашел он же. В подробности он не вдавался, мягко давая понять, что лучше не в свое дело не лезть. Хотя Вика и без этого догадывалась, кто ему помогает.
– Но зачем им это надо? – тихо поинтересовалась она, наблюдая, как в самолет загружают темные сумки. – Ты ведь больше не шпионишь за мафией! Это что, благодарность за то, что ты уже сделал?
– В этой сфере не бывает такой сентиментальной благодарности. Она выражается в деньгах, которые я уже получил. А это – аванс.
– За что же? Только не говори, что снова собираешься куда-то внедряться!
– Нет, с этим покончено. Я уже раскрыл себя. Но это не значит, что я бесполезен. Я планирую продолжать работу с препаратами, которые изначально создавались для мафии, – ядами, наркотиками и лекарствами. А те, кто платит мне аванс, просто готовятся стать новыми клиентами.
Она предпочла не задавать вопросы. Сейчас и так много навалилось… Главное – вернуть Еву и Максима, с остальным можно разобраться потом.
– Насколько я поняла, местонахождение установлено очень приблизительно, – Вика развернула распечатку карты. – Мы не знаем точно, где оно.
– Да, сам телефон сейчас отключен. Нам известен лишь район, где он использовался последний раз.
– И что? Весь район будем обыскивать?
– Если придется… Хотя это тяжело. Там сейчас снега по пояс, холодно…
– Да и не факт, что он все еще в этом районе, – добавил Марк. – И что Нина вообще там была. Она холод не любит… Может быть недалеко.
Ни один из них не добавил, сколько времени уйдет на такой поиск. И всегда есть вероятность, что их заметит кто-то из людей Нины и от похищенных избавятся быстрее!
– Слушайте, у нас есть хоть один шанс решить вопрос быстро?
Вике не хотелось быть главным пессимистом в компании и поднимать болезненную тему. Но кто-то же должен! От скорости в данном случае зависит все, потому что сила у них уже есть.
Ей не спешили отвечать, и от этого девушке стало вдвойне неловко. Но извиняться и отступать она не собиралась. Это не игра, все продумать надо!
– Есть, – наконец признал Эрик. – Но только один.
– И в чем он заключается?
– Мы среагируем быстро, если Максим или Ева найдут хоть какой-нибудь способ сообщить нам, где они находятся.
То, что плохо, уже не удивляло. После того, что случилось, при пробуждении и не могло быть хорошо! Удивляло другое: то, что в себя он пришел не связанным.
Максим даже решил, что еще до конца не проснулся и ему это мерещится. Он не чувствовал веревок, зато браслет вернулся на место! Когда он все-таки решился открыть глаза, его догадки подтвердились. Он лежал в своей постели, один в комнате.
Но то, что произошло, ему не приснилось. Об этом свидетельствовала тупая боль в правом бедре, как раз на внутренней стороне. Откинув в сторону одеяло, Максим обнаружил, что джинсы с него все-таки сняли, а ногу умело перевязали. Вряд ли это Леонид, должно быть, Ева все-таки решила проявить минимум сострадания!
Серьезных травм, если задуматься, у него не было. Клеймо не считается, помимо боли и унижения, вреда оно не несет. Ну еще и слабость по всему телу… И, похоже, жар. Максим не был этим слишком удивлен. Он чувствовал, что кожа в месте соприкосновения с раскаленным железом воспалена. Да и говорят ведь, что люди иногда умирают от боли…
Он сидел на кровати и не знал, что делать дальше. Не хотелось ровным счетом ничего. Физически силы у него еще оставались, он немного отдохнул. Но с эмоциональной точки зрения его энергия была на исходе. За окном густым занавесом валил снег. Из-за этого свет в доме стал серым и тусклым. Идеальная гармония внешнего мира и того, что чувствовал парень…
Оставаться здесь тоже было бы глупо. Скорее всего за ним наблюдают, и то, что он один на безопасной территории, – всего лишь иллюзия. Поэтому он заставил себя подняться на ноги.